— Нет, дорогуша, ты что это тут нюни распустила? Ну-ка поднимайся, поедем ко мне, подберем наряд и поедем разоблачать драную Чебурашку. Пусть никто ее не узнает, но я-то точно уверена, что это она. Специально обученные люди выследили ее и сделали эти снимки. И когда мы их предъявим перед всей публикой, она не сможет отпереться!
Спорить бесполезно. Кажется, если бы Нику пустили к Гитлеру двадцать второго июня сорокового года, она бы его отговорила против вероломного вторжения. Что поделать? Едем к Нике. Терплю бесчисленные примерки и уничижительные комментарии подруги.
Оказывается, мне неплохо бы похудеть. И это мне, которая каждый день спортом занимается! Морщинки какие-то нашла, кончики волос посеченные, а губы увеличила бы тут же на дому, вызвав личного косметолога. В общем, я готова была надеть рыболовную сетку на голое тело, лишь бы меня выпустили из дома подруги.
Но нет, обошлось вполне себе приличным платьем. Коротким, правда.
С открытой спиной, обтягивающим. Ярко-красного цвета.
Усаживаемся мы, значит, в лодочку и несемся в сторону яхты.
— Мне кажется, это полное сумасшествие! — ору Нике сквозь брызги воды и шум мотора, держась за края лодки. В крови бушует адреналин, катастрофа приближается с каждой секундой. Чувствую отбитой пятой точкой.
— Узбагойся, подруга, всё будет тип-топ!
Никогда еще она так не ошибалась…
Глава 9. Случайности не случайны
— Ты уверена, что мы именно там, где нужно?
— Конечно! Пошли! — Исаева уверенно топает по палубе, громко стуча каблуками, а потом вдруг замирает на месте. До нас обеих одновременно доходит очевидное. Не знаю, как так получается, но стонем мы в унисон:
— Мы перепутали-и-и яхты-ы-ы…
Пространство приличного размера белой яхты заполнено нарядной молодежью, которая орет и развлекается вовсю возле бассейна, и я практически уверена, что это не помолвка Марка и Эвелинки.
— Как такое могло произойти? Что делать? — размахиваю руками и подбегаю к борту посмотреть, не уплыл ли тот парень, который нас сюда доставил, а Ника уже вцепилась в смартфон и клацает по нему ногтями.
— Какими судьбами, Исаева? А говорила, что, если окажешься от меня на расстоянии шага, пристрелишь саму себя.
Очевидно, что к нам подвалил очередной бывший парень Ники. Неудивительно, что мы его здесь встретили, все Никины ухажеры баснословно богаты, а этот красавчик и хозяин жизни в джинсах и с голым торсом явно представитель золотой молодежи. И не холодно же ему? Ветер тут — далеко не средиземноморский бриз.
— Баров, хочешь верь, хочешь нет, но я здесь совершенно случайно! — Никин равнодушный взгляд даже не залипает на загорелом теле парня. Она орет в трубку нашему доставщику, чтобы возвращался, но на яхте вечеринка, шум-гам, смех толпы, танцующей у бассейна, и поэтому ничего не слышно.
— Все случайности не случайны, — пафосно заявляет этот самый Баров с наглой рожей, а потом быстрым движением кобры хватает телефон Ники и выбрасывает его за борт.
Немая сцена.
Я замираю от шока, провожая взглядом несчастный гаджет и слыша прощальный «бульк». О нет.
— Ненавижу! Гад! Что ты наделал? — Ника совершенно слетает с катушек, бегая вокруг борта и высматривая потерянную безвозвратно технику.
— Зачем вы так? — я пытаюсь призвать к раскаянию парня, одновременно вытаскивая из омута памяти воспоминания… Баров… Баров… Кажется, его зовут Арсений, но Ника всегда звала Арсом или Барсом. Во время приступов романтизма. Но в основном Арсений, сын олигарха, ничего хорошего в ее жизнь не принес.
— Хотел меня задеть своей детской выходкой? Мстишь за прошлое? Это низко даже для тебя! — До Ники наконец доходит, что телефон не вернуть, и она направляет свой гнев на парня: — Ты хоть понимаешь, что наделал?
— Внимание твое на себя обратил, — наглая ухмылка обнажает ровные белоснежные зубы. Они как стол руки в карманы, так и стоит, нагло улыбается, довольный жизнью.
— Молодец, Баров! Жизнь человеку сломал! Там были бесценные снимки, которые нужно было сегодня предъявить одному человеку!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Меня окатывает теплой волной благодарной любви к подруге: она потеряла столько фотографий и вообще всего важного, что было в смартфоне, а беспокоится лишь из-за изобличительных снимков Чебурашки.
— Мои-то все в облаке файлы, а последние сохраненные я не успела переместить! Так что мне вред ты не нанес, не радуйся, а вот подруге моей подгадил.
— Не верещи, Исаева, от твоего кошачьего визга у меня мозги всмятку!
— У тебя еще остались мозги? Ну надо же!
— Да, ты мне их не полностью прокомпостировала. Приплыла закончить дело?
— Вот еще. Я же говорю, случайно здесь оказалась!
— Да что за дичь? Как можно случайно оказаться на чужой яхте в день рождения своего бывшего?
Эти двое переругиваются, а я трогаю Нику за плечо, чтобы обратила на меня внимание. Конечно, облако. Вот почему она еще не вырвала себе все волосы от потери драгоценной вещи. Надо будет тоже в облако свои фотки перекачать, уж очень мы все цепляемся за гаджеты, и у меня во время полета Никиного телефона мелькнула мысль, что происходит катастрофа.
Но нет. Гаджет можно купить новый, фотки забрать из облака. А вот если я не остановлю разгневанную фурию в Никином лице, придется сушить сухари, так как она готова прибить своего бывшего.
— Ты умеешь управлять этой посудиной? — деловито спрашивает она, а я смотрю удивленно. — Брагина, не думала же ты, что я сдамся?
— Ник, так нет смысла уже добираться до яхты Фишеров, они уже, наверное, о помолвке объявили… — с грустью признаю поражение.
Это так глупо с моей стороны. Никина затея с самого начала была безумством, ведь я бы всё равно как-то помешала ей прилюдно изобличить Чебурашку, но в глубине души я хотела оказаться на яхте и убедиться, пусть издалека, что Марк женится и для меня потерян. Зачем тогда я согласилась на план подруги? Сама не знаю. Наверное, просто не могла выносить бездействия и неопределенности. Нужно было разрубить этот Гордиев узел.
— Фишер? Марк Фишер женится? — парень неожиданно смотрит на меня, оживляясь от имени моего босса.
— Ты знаешь Марка?
«Кажется, все знают Марка, кроме меня», — осознание этого факта задевает за живое.
— Старик пытается приучить меня к труду, на день рождения подарил место в совете директоров, — рассказывает Арсений со скучающим видом, — так я вчера присутствовал на жутко скучном совещании, и рядом сидел Марк Фишер. Он ничего не говорил о помолвке.
— Бедненький, он, может, и говорил, но твой обезьяний мозг неспособен был воспринимать больше одного тезиса в полчаса, — противным голоском дразнится Ника. Мне даже становится чуточку стыдно за нее. Зачем так над парнем издеваться? Он не производит впечатления недалекого человека. Наглый, хитрый и самовлюбленный — да, но не глупый.
— По себе судишь, Исаева? — прищуривается парень. — Помню, как ты стонала, пытаясь вникнуть в одно приложение…
— Ребят, я понимаю, что вам есть что вспомнить, но я замерзла и хочу домой, — вмешиваюсь в нескончаемую перепалку бывших влюбленных. — Мне на вас даже смотреть холодно, — признаюсь Арсению, ежась и обнимая себя руками.
Уже в который раз кто-то подзывает именинника от нас обратно в толпу, но он будто прилип к Нике.
— Домой? Брагина, мы едем разоблачать Эвелинку!
— Какую Эвелинку? Фомину? — взгляд бывшего Ники блестит озорством. — Она — та самая невеста?!
— Баров! Я знаю этот взгляд! Ты знаешь Линку? — Ника наступает на парня, а тот достает телефон из заднего кармана джинсов и вертит его в руках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как вы собирались ее разоблачить? Насколько компрометирующие были снимки? Или это было видео? Мне как-то не улыбается, что мое хоум-видео станет достоянием общественности. Исаева, ты решила совместить приятное с полезным? Помочь подруге и меня заодно опозорить? Не надейся, ты просто повысишь мою популярность, а себя выставишь посмешищем.
