Положив трубку, мгновенно перемещаюсь в приложение, где любая уважающая себя девушка старается отразить жизненные успехи. Мне дрожать сейчас нечего, поэтому мой профиль в инсте пуст, как холодильник у алкоголика.
Вот оно! Жадно изучаю фотографии. Конечно же, как я и ожидала, Марк не позволил себя фотографировать, но я узнала край его пиджака, который попал в кадр. Вместе с большой мужской рукой. По телу проходится непонятный трепет.
Рука как рука. Вроде бы. Но почему-то я представляю, как Марк касается ею Линки, и от непрошеной, незаконной ревности закусываю губу.
Марк мне и слова не сказал, посмотрел так, будто я пустое место. Конечно, я его в очередной раз унизила, отшила, хотя он у меня ничего не просил. Нам теперь даже по-дружески не поздороваться. Я заслужила только презрение. Обидно, конечно, что такой мужик Чебурашке достанется, но что поделать? Должен когда-нибудь на ее пути грузовик с пряниками перевернуться…
Глава 5. Тринадцатое собеседование
— Исаева, могла бы и сама приехать подругу поддержать! — снова на созвоне с Никой, как только сажусь в машину. Она прислала мне своего водителя с платьем. Вадик смиренно дожидался, пока я оденусь, теперь плавно трогается с места.
— Зай, извини, мне нужно на ламинирование ресниц, а потом встречаюсь с мамой, хочет уговорить меня с папой помириться, а потом…
— Знаю, — перебив, продолжаю за нее, — у тебя очередное свидание. Ты на них ходишь с такой же периодичностью, как я на собеседования…
— Не завидуй, подруга, — смеется на том конце связи Ника, — свидания полезны для здоровья, а вот твои собеседования тебе поломали всю нервную систему. Только я не понимаю, куда ты едешь на этот раз? Ты ничего не говорила. Ну-ка колись, Брагина!
Но я кремень. Не хочу и не готова пока рассказывать.
— Потом-потом, ладно, мне звонят по другой линии, — придумываю глупую отмазку и кладу трубку, крепко сжимая гаджет в руке.
Еще немного — и он треснет. Вадик с любопытством меня смотрит, но молчит. Милый паренек, серьезный, деловой.
— Смотри на дорогу, — говорю строго, когда замечаю, как его взгляд через зеркало заднего вида лазером прицеливается в мой вырез. Сканирует. Есть на что посмотреть, не спорю. Но мне не до флирта с водителем Ники. Все мысли только об одном.
Собеседование! Меня снова подбрасывает на месте от возмущения…
Громкий будильник разбудил, как обычно, в восемь утра, вырывая из сумбурного сна. Мне снилась выставка кошек, которых я вела на поводке. Пять штук. Только призовые места заняла Линка со своими сфинксами, которым надели короны. Поздравлял соперницу вальяжный и расфуфыренный Марк. Я же протянула ему рюкзак, оказавшись вдруг маленькой девочкой, но он его не взял, а молча развернулся и пошел к довольной Линке…
Дурацкий сон, едкое чувство обиды, плохое настроение на весь день гарантированно. Обычно я бегала по утрам, чтобы придать себе бодрости духа, сохранить фигуру, а также потому, что каждый день наблюдала, как губительно и расслабляюще на человека действует отсутствие работы и надобности куда-то идти.
Появляется томность и медлительность движений.
Даже мозговая активность становится иной. Заторможенной.
Я не хотела повторять путь мамы! Я отчаянно хотела работать!
И вот когда я, разгоряченная и потная, слава богу, не встретив Марка, возвращаюсь домой, тишину квартиры разрушает судьбоносный звонок. Даша Жданова, жена моего бывшего любимого начальника (прим. автора: герои романа «Нежданчик для Биг-Босса), предлагает мне работу.
Совесть ее до сих пор из-за моего ухода мучает, хотя она от мамы пострадала больше всего, трудясь бесправно под ее началом несколько лет, и уж совершенно точно не виновата ни в конфликте, ни в моем увольнении. После разговора с ней я понимаю, что где-то сверху насчет меня строятся грандиозные планы.
А чуть ниже — уже в нашем мире — кто-то очень хочет мне отомстить.
Что мы имеем? Марк Фишер ищет секретаршу.
Его помощница уходит в декрет, поэтому срочно требуется замена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Нет, Даша ничего не знает о нашем знакомстве.
И надо же, она совершенно случайно мне позвонила.
Вывести на чистую воду жену босса не удалось.
Пришлось закрыть рот и проглотить лезущие наружу вопросы.
Они пузырились во мне и шипели, словно я была бутылкой колы, в которую бросили шипучие таблетки.
От дикого забега по квартире с яростными криками «А-а-а-а!» меня спасают два фактора: мама еще спит и надо срочно выбрать, что надеть.
Двенадцать платьев на собеседования показали свою несостоятельность, то есть оказались несчастливыми. Быстро набираю номер подруги и требую приехать со счастливым платьем.
Оно у нее есть. И мы оба в него влюблены.
Оно кожаное, черное, гладкое и суперобтягивающее.
Длина приемлемая, чуть выше колен. Узкое.
Главный секрет — молния впереди, вырез можно регулировать.
Чем ниже молния — тем труднее дышать мужчинам.
Обожаю этот эффект. Хочу незамедлительно проверить его на Марке. Ворваться в его офис и высказать всё, что я думаю о подстроенных им планах меня унизить.
Ну, я ему покажу, где раки зимуют!
— У тебя такая кровожадная улыбка, будто ты не на собеседование едешь, а кого-то убивать. Где спрятала пушку, Карин? — ухмыляется Вадик, и тут я понимаю, что он долго мне что-то говорил, но я настолько ушла в свои мысли, будто нырнула в глубокую прорубь без звуков и света.
— Ась? — встряхиваю головой, чувствуя, как завитые локоны нежно касаются щеки.
— Говорю, улыбка как у акулы! Не завидую тому, с кем ты будешь разговаривать! Ты с этой красной помадой и в этом платье как миссис Смит из фильма!
— Вадик, ты меня подожди, я недолго, — стискиваю маленькую сумочку на тонкой золотой цепочке в руке, а потом отбрасываю ее на сиденье. — Только поднимусь наверх, с мистером Смитом поболтаю — и обратно.
— В кафешку заедем? — радостный возглас парня уже не слышу, но машинально киваю.
Наверх меня несет праведный гнев, чувство обиды, помноженное на унижение возле подъезда и страшной силы любопытство. Ну зачем, зачем Марк подстроил это собеседование?
У меня нет совершенно никаких сил разговаривать с секретаршей, сидящей в приемной, куда меня провожает молчаливый охранник. Зачем мне налаживать с ней контакт, если я точно не буду здесь работать?
А офис мне, как назло нравится. Здесь так приятно и дорого пахнет кофе, свежим, элитным, только что сваренным. Вкусовые рецепторы шалят, память незамедлительно переносит меня в такую суетливую, но любимую атмосферу офиса.
Мне действительно нравилось работать секретарем и качественно, с усердием и самоотдачей выполнять свои обязанности, и жутко не хотелось увольняться.
Чуть не задохнувшись непрошеными слезами, врываюсь в кабинет Марка. Кабинет генерального директора. Огромный, весь в стекле, черной коже и глянце, с огромными панорамными окнами с видом на другие такие же стеклянные офисы.
— Ты опоздала, — первое, что я слышу от Марка, сидящего в черном кожаном кресле со сцепленными в замок руками. Замечает, что перепуганная секретарша забежала следом за мной и кивает ей: — Марьяна, это ваша секретарша на замену. Прошу любить и жаловать: Карина Брагина. Брагина же? Или ты замуж вышла? — обращается ко мне, едва заметно заломив бровь.
Ох и хитрец!
Вскипаю, как электрический чайник с бурлящими внутри пузырьками. И кнопку некому нажать.
— Нет, я не замужем, — чещу сквозь зубы, проходя внутрь и плюхаясь на кресло напротив Марка, куда меня никто не приглашал. Эта Марьяна говорила Даше, что ее босс идеальный. Вежливый, ответственный, спокойный. А еще он говорит такими фразами, будто Льва Толстого начитался. «Любить и жаловать!»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Кофе, Марк Феликсович? — пищит Марьянка, держась руками за огромное пузо, которое я только сейчас замечаю. Неужели мне не соврали? Прищуриваюсь.
— Прошу, — медленно кивает и переводит взгляд на меня, когда секретарша тихо прикрывает дверь. — Ты опоздала.
