Сгребаю какую-то бумажку на столе и рьяно комкаю ее. Уела меня, лохудра такая! Мое желание перепрыгнуть стойку и вцепиться в наращенные волосы Линки так велико, что только Марьяна, вышедшая из кабинета, гасит мой порыв. Она на удивление проницательно улавливает витающую в воздухе атмосферу. Видимо, наши позы наизготовку слишком красноречивы, чтобы ошибиться в их значении.
— Девочки, не смейте устраивать кошачьи бои! Сейчас у Марка Феликсовича будет онлайн-конференция с Японией. На десять человек. Эва, посиди пока тут, на диванчике, а ты, Карин, иди настрой связь и поставь всем минералки. Звони, если что. Ну, я полетела!
«Скорее, покатилась», — думаю я, с тоской и страхом наблюдая, как моя единственная соломинка, за которую можно ухватиться, покидает приемную. Конечно, обмениваться колкостями с Линкой куда приятнее, но необходимо пройти в конференц-зал и настроить связь.
— Как ты здесь оказалась? Увидела нас вчера с Марком и решила попробовать его себе захапать? Ничего не выйдет, я первая! — преследует меня прилипчивая Линка, пока я курсирую из закутка с продуктами в конференц-зал, нося и расставляя ледяную минералку на столе.
— Да господи! Забирай со всеми потрохами, мне всего лишь нужна работа! — отфыркиваюсь от ходящей за мной хвостом девушки, голова уже забита тем, что я должна найти телефон айтишника. Модель спикерфона, стоящая в центре длинного продолговатого стола, мне не знакома, и я боюсь напортачить.
— Найди себе работу в другом месте, подальше от Марка! — продолжает приставать Чебурашка, совершенно не волнуясь о том, что повышает голос и мешает мне готовить переговорную. Вот сразу видно, что человек никогда не работал и не знает, что такое дедлайны, дефицит времени и форс-мажоры.
— Боишься, что он выберет лучшую? — удержаться от ехидной подколки крайне сложно, и я, в конце концов, не железная. Нужно же мне себе пилюлю подсластить после вчерашнего инцидента.
Я подпалила фитиль — и сейчас рванет! Чувствую всеми фибрами своей черной душонки и с интересом наблюдаю за реакцией своей вечной фанатки.
— Я пойду поговорю с Марком! — она фырчит и громко топает к кабинету, а я с облегчением вздыхаю и начинаю заниматься своим делом. Когда спикерфон и телевизор настроены, а бутылки выстроились в ровные ряды, спешу к кабинету начальника. Глухие голоса неразличимы, но, кажется, двое за дверью переругиваются. Какая услада для ушей! С довольным видом усаживаюсь в кресло и прокручиваюсь вокруг своей оси. А потом внутренний телефон разрывается трелью.
— Да, Глеб Сергеевич! — хватаю трубку, на автомате выпаливая имя прежнего начальника, застрявшее на подкорке. — Ой, Марк Феликсович. Простите…
Пауза длится, кажется, целую минуту, за которую мое сердце проходит стадии от полной остановки до тахикардии. Господи, ну это же Марик из детства, почему меня так волнует то, как он говорит и что думает?! Немыслимо!
— Вы подготовили переговорную? — цедит он почему-то слишком официальным тоном.
— Д-да-а… — отвечаю с придыханием, крепко стискивая трубку и зажмуриваясь от волнения.
— Прошу вас, пока будут идти переговоры, заехать домой за документами для трудоустройства и заодно переодеться. Ваш вид неприемлем для этого офиса.
Глава 7. Шпионскому расследованию быть
— Ну что, Брагина, вещай! — Ника бросает сумку и телефон на стол в маленькой уютной кофейне возле моего офиса, куда прибыла на мой зов С.О.С.
— Неужели ты снизошла до своей лучшей подруги? — фыркаю, осматривая ее видок. Отлично выглядит, зараза. Свежа, прекрасна, никаких тебе темных кругов под глазами или серого цвета лица от недосыпа и стресса, как у меня.
— Не драматизируй, Брагина, я устала как собака и едва выкроила для тебя часок, папаша решил перезнакомить меня с половиной потенциальных женихов этого города, и я вся в мыле! — она жалуется, поправляя платиновую прядь волос и изучая меню.
— Почему только половину? — поддерживаю беседу, честно пытаясь вникнуть в чужие проблемы, хотя мне невыносимо хочется поделиться своими бедами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Потому что с другой половиной я уже знакома, конечно же! И руководствуясь правилом шести рукопожатий, скоро меня уже познакомят и с твоим Марком, — улыбается она понимающе, будто прочитав мои мысли.
Чувствует, зараза, что мне не терпится высказаться.
— Кстати, о нем, — говорю как ни в чем не бывало, словно не заметила ехидного тона и намеков на принадлежность мне босса. — В общем, две недели — и ничего. Марк не колется. Мы просто босс и его секретарь. Кстати, должность звучит как секретарь правления, — подбоченившись, гордо называюсь я, а подруга смеется.
— Сильна, мать, сильна, мне нравится. Тебе самой впору секретаря нанимать, и телохранителя в придачу.
— Ну нет, секретарша я обычная, это просто название такое громкое, — сконфуженно утыкаюсь взглядом в красную скатерть, а потом снова перехожу к сути дела: — Я не знаю, как к нему подступиться. Он ведет себя как незнакомец. Вежливый, даже чересчур. Всегда на «вы». Будто забыл, что мы общались по-дружески. От его «пожалуйста» я скоро сойду с ума! И еще я не понимаю, куда делось его заикание! Он до жути правильный и идеальный! Так не бывает, правда же? Всегда есть изъян, подвох, какая-то червоточинка!
— Ну почему же? — посмеивается подруга, на фоне взбудораженной меня оставаясь до неприличия спокойной и уравновешенной. Но именно ее здравый смысл мне сейчас и нужен, потому что я не в состоянии рассуждать разумно, когда дело касается Марка Фишера. — Я вот идеальна. Разве нет? — встряхивает волосами и растягивает губы в улыбке Елены Троянской, способной побудить мужчин на раздор или войну.
— Идеальна, идеальна, — быстро соглашаюсь, желая снова вернуться к интересующей меня теме, — но Марк точно не идеальный. Он что-то скрывает. Возможно, он что-то задумал.
— Что, например?
— Не знаю, — жму плечами, нервно теребя несчастную салфетку, ставшую жертвой моего волнения, — может, хочет устроить мне испытание и с позором уволить? Дать почувствовать все грани страданий, которые испытывал в юности от меня? Или же хочет, наоборот, выручить друга, моего бывшего босса, и просто помог мне не остаться безработной. Или же он, — говорю с придыханием, чувствуя прилив жара к щекам, — тайно влюблен, но очень сдержан и из-за обиды не показывает своих чувств?
— Ты-то сама чего хочешь? Просто работать или влюбилась уже? — вздыхает подруга, участливо смотря на меня.
— Влюбилась? — мотаю головой в отрицании. — Ну это вряд ли. Мне просто жутко интересно, что вообще происходит. А еще хочу спасти его от Линки, не чета она ему. Он хороший парень и заслуживает лучшего.
— Это вот точно! Первостепенная задача просто, — кивает оживленно подруга, — давай с нее и начнем.
— С нее? Начнем? А что начнем? — пытаюсь понять, что она задумала, и подаюсь вперед с невероятным воодушевлением. Если за дело взялась Исаева, то берегись, всяк скрывающий тайны.
— Изучим ее инсту, выясним, где и как они с Марком познакомились, предоставь это мне, — деловито обещает подруга. — Узнаем про их отношения.
— И что это даст?
— Как что? К Марку, как ты говоришь, не подступиться, но к Чебурашке же можно?
— Ладно, а что дальше? — спрашиваю с не меньшим интересом, чувствуя, что мир становится намного красочнее.
Да, я нашла прекрасную работу, она доставляет мне удовольствие и приносит доход, мамы стало меньше в моей жизни, и она прекратила меня пилить, но зуд любопытства из-за Марка не дает мне спокойно существовать.
— А дальше мы проследим за ними и выясним всю подноготную!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 8. Безумная парочка
— А мама-мегера где? — подруга переступает порог и заходит в прихожую, деловито озираясь по сторонам. Когда наклоняется, чтобы скинуть дизайнерские туфли, из-под короткого платья выглядывают голые ягодицы, разделенные полоской стрингов. Ника такая Ника.
Интересно, куда она в таком провокационном виде намылилась?
