— Сейчас покажу, как я тебя «не хочу»! — ответил я, стягивая с неё футболку. — Ты ещё пожалеешь о сказанном!
И показал. И она не пожалела, конечно. Но спалось нам потом хорошо.
* * *
— Опоздали, что ли? — Аннушка ударила по тормозам, «Чёрта» слегка занесло, и мы остановились посередине проезда, не доехав до растерянной компании корректоров.
— Ну, вроде все живы, — успокоил я её, — остальное поправимо.
— Лиарну не вижу… — девушка вылезла из машины, покачнулась и чуть не упала. Пришлось опереться бедром на крыло. — Ох, эта поездочка долго мне икаться будет. Эй, молодёжь, что тут у вас творится?
— Ты не поверишь, — сказал, подходя к нам, Сеня, — нам было явление.
— Христа народу? — спросил я.
— Земляк, что ли? Нет, Мелехрима корректорам.
— Лично соизволил? — удивилась Аннушка. — Вы ещё что-то натворили, пока меня не было?
— Ну, как тебе сказать… — замялся тот. — Почти ничего. Лиарну разве только подключили в здешнюю сеть. Кайлитку нам не разрешили, а ей терять нечего. После того, как ты рыжульку увезла, ей опять поплохело, речь стала пропадать…
— И вы решили её добить, чтоб не мучилась?
— Не, идея была в том, что у неё и так в башке гвозди и кукуха в свободном полёте. Может, они с местным псевдоинтеллектом друг друга легче поймут.
— Сеня, это тупо даже для вас.
— Аннушка, что ты на меня-то едешь? Я был против. Но когда эти синеглазики меня слушали? Одну Ирку я бы ещё уболтал, но когда они собираются больше трёх, то средний интеллект падает по нижней планке. В данном случае, это Лиарна, она сама захотела. Остальные поддержали, потому что деваться некуда.
— Вы же так радовались, что всех надули? Что изменилось?
— А ты не чувствуешь? Даже меня пробирает.
— Я так устала, что меня пни — я не почувствую. Хотя…
— Ага, поняла?
— Да, чёрт меня подери. И как давно?
— Ирка с утра почуяла.
— Да что творится-то? — не выдержал я.
— Коллапс, — коротко ответила Аннушка. — Этот срез закрыло. Теперь сюда могут попасть только корректоры, а раз они уже тут и в количестве…
— То всё будет быстро и печально, — кивнул Сеня.
— Фокус уже нашли?
— Чёрта с два. Он же в вирте, сигнатура размывается. Словно размазан по всему городу. А бегать и всем спящим в капсулах веки поднимать, проверяя на синеглазость, слишком долго. Кроме того, как его из среза вытащить, если он подключённый? Отключишь, а он кони двинет, тогда уж точно всем станет некогда.
— Ясно. А Мелех что сказал?
— Что мы тупые долбодятлы.
— И не поспоришь. А ещё?
— Что мы обосрали четверть века работы Конгрегации из-за того, что у нас детство в жопе играет. Ну, меня конкретно он в виду не имел, но…
— К чёрту, по делу что?
— Что мы должны немедленно прекратить заниматься фигнёй и вернуться в Школу. Или, если мы совсем идиоты, проваливать ко всем чертям и сдохнуть где угодно, но не здесь, потому что у него на этот срез большие планы и их ещё можно попробовать реализовать.
— И всё?
— Нет. Очень жалел, что кайлитку ты уже утащила, надеялся тут застать.
— В кои-то веки я успела раньше него. Ещё что-то?
— Сказал, что если мы немедля не свалим, то даже до коллапса не доживём, потому что он пришлёт группу зачистки. Я хз что это, но прозвучало не очень.
— Но вы вместо того, чтобы сделать, как он сказал, затолкали туда Лиарну? Мелехрим слишком хорошо о вас думает.
— Чёрт, я же сказал, я был против!
— Сеня, я поняла. Но если ты хочешь спасти худую жопу твоей жены…
— Аннушка, я бы дал ей по башке и унёс на руках, но тут даже сортира нормального нет!
— Какого сортира? Причём тут сортир?
— А, забей, неважно, всё равно кросс-локусы уже не работают. В общем, никто меня не слушает, и…
— Тут начинается коллапс! — заявила белобрысая девчонка Джейн. — Мы корректоры! Мы не можем бежать от коллапса! Это наша работа! Наш долг!
— Понимаешь, почему я сбежала? — спросила меня Аннушка страдальчески.
— Ага, — кивнул я. — Карьера воспиталки в детском саду не для тебя.
— Что с ними делать? И сами убьются, и срез угробят…
— А ну, — рявкнул я своим лучшим сержантским голосом, — стой, раз-два! Р-р-разговорчики в строю! Команды трындеть не было!
Все, включая Аннушку, заткнулись и выпучили на меня глаза.
— Оборону рубежа отставить! Для спрямления линии фронта отходим на запасную позицию. В целях сбережения личного состава объявлена экстренная эвакуация, оружие, снаряжение и бэка не бросать, раненых выносить в тыл. Исполнять, мать вашу, бегом! Эвакуационный транспорт будет…
— Что у нас с транспортом? — повернулся я к Аннушке.
— Они корректоры, сами себе транспорт.
— Транспорта не будет, отходим индивидуальным порядком. Быстро, но организовано и без паники. Точка сбора…
— На Терминал идите, — сказала Аннушка, удивлённо косясь на меня, — Алина вас прикроет, скажите, что от меня. Только нигде не задерживайтесь, а то и правда нарвётесь. Вряд ли Мелехрим блефовал насчёт зачистки.
Кван первый отсалютовал мне сжатым кулаком, сделал несколько шагов и исчез.
— Вот так с ними и надо, — одобрил Сеня, — жаль, я не умею. Не служил.
Он хлопнул меня по плечу и, открыв дверь ближайшего домика, выкатил оттуда два велосипеда.
В конце концов, рядом с нами на дорожке осталась только надутая Джен и таскающийся за ней хвостиком немой растрёпанный парнишка лет тринадцати.
— Лиарна… там. Лежит, — сказала белобрысая девица недовольно.
— Твоя была идея? — спросила её Аннушка.
— Блин, надо что-то с этой лысой башкой делать? Она чот совсем никакущая. Как бы не учинила глупость какую. Геманта её было поправила, она даже говорить начала, но потом пошёл откат, и стало даже хуже, чем было.
— Такие вещи за раз не исправляются. Да и Геманта совсем неопытная. К Меланте бы её отвезти, в Эрзал…
— Слушай, — загорелась девчонка, — отвези, а? Что тебе стоит, ты же курьер! Я тебе заплачу, у меня есть…
— Не было у бабы забот… — вздохнула Аннушка. — Купила баба… Что там она там на самом деле купила, солдат, я забыла? Ты должен знать, вы с Ольгой земляки.
— Порося, — пояснил я.
— А зачем?
— Чтобы откормить и съесть, я полагаю.
— Она хоть понимала, за что страдает, а я?
— Да ну вас, — обиделась Джен, — сами вы это самое… порося. Мне ещё этого малолетнего пасти приходится, потому что Лиарна в него вцепилась, как дурная, а сама ни бэ, ни мэ, ни кукареку.
Девушка ткнула мальчика острым маникюром в плечо, он вздохнул и почесал пострадавшее место.
— Вы же никогда с Лиарной не ладили, — удивилась Аннушка, — вечно ругались. Ты от неё сбегала, она публично отказывалась от наставничества… Стоп, ты же ей в спальник насрала! Да ещё завернула, чтобы не пахло и сунула в рюкзак! Она уже на полевом выходе обнаружила и обещала тебя убить! Мне Сеня рассказывал. И до сих пор вместе?
— Перестань, — густо покраснела девчонка, — мне тогда было как ему, — она показала на пацана рядом, — дурочка малолетняя. А Лиарна мне что-то запретила… Не помню уже, что, прикинь? Ну, я и обиделась, да. Всю жизнь мне теперь этот сраный спальник вспоминать будут? Она тётка упёртая и тугая, не так чтобы умная, иногда люто бесит, но, чёрт побери, у меня никого больше нет!
Джен неожиданно всхлипнула, шмыгнула носом, и, подняв очки, быстро вытерла глаза рукавом.
— А ты что пялишься? — сердито сказала она пацану.
Тот неожиданно шагнул к ней, обнял, прижался щекой к плечу и погладил ладонью по спине.
— Этот вот ещё… — вздохнула девочка. — Приблудился… Ладно, ладно, прости, мелкий. Ты не виноват.
