— Ладно, выдумывай, если хочешь, — сердито ответил он. — А мне и этого хватит.
Но жизнь показала, что «этого» ему не хватило. И несомненно способный спортсмен так и не сумел подняться выше среднего уровня. Мне вспоминается такой случай. На одном из тренировочных сборов я был прикреплен к тренеру Николаю Кошелеву. Мы готовились к очередному чемпионату страны. Среди многих заданий, которые давал мне тренер, было приседание со штангой. По его замыслу с каждым днем вес штанги в приседании должен постепенно возрастать. Анализируя это задание, я пришел к выводу, что предложенный тренером метод тренировки может «подорвать» ноги. Я высказал ему свои сомнения. Он не сразу согласился со мной. Но вечером в спокойной обстановке мы все обсудили и решили, что приседания со штангой выполнять нужно обязательно, но вес штанги в последних тренировках перед соревнованием следует сократить.
Этот пример я привел для того, чтобы еще раз подчеркнуть: чью бы волю ни выполнял спортсмен, он должен к каждому указанию подходить творчески, осмысленно. «Иначе, — как поется в нашей любимой песенке, — вам удачи не видать».
…Отшумели спортивные сражения в Воронеже, и мы вернулись домой. На следующий день я пришел на тренировку. Роман Павлович был уже в зале. Началось занятие. Но на этот раз оно оказалось необычным.
Подозвав меня к себе, в центр зала, Роман Павлович предложил:
— Ну-ка, попробуй прыгнуть с места в длину…
— Зачем это? — удивился я.
— Потом расскажу. Только старайся как можно дальше прыгнуть.
Я прыгнул удачно. Потом Роман Павлович предложил мне прыгнуть в высоту. Помню, бился-бился, да так и не смог преодолеть планку, установленную на высоте один метр.
— Да, десятиборца из меня не выйдет, — горько пошутил я.
— Думаю, — перебил меня Роман Павлович, — что при такой общефизической подготовке из тебя и хорошего штангиста не выйдет. — И, усадив рядом с собой, он начал со мной беседу: — Понимаешь, сейчас ты подошел к такому рубежу, за которым начинаются высоты, доступные лишь немногим, тем, кто хорошо подготовлен к штурму.
— Разве я мало работаю?
— Нет, не мало. Но однообразно. Техника и сила были предметом твоего внимания. Этого мало для большого мастера. Чтобы уметь выполнить за короткое время сложное по координации движение да еще с огромным весом в руках, нужны скорость, резкость, подвижность. Понимаешь?
— Конечно, Роман Павлович…
— А для того чтобы приобрести эти качества, нужно полюбить гимнастику, легкую атлетику, спортивные игры.
С этого дня характер занятий был изменен. Каждый урок начинался с легких пробежек. Потом прыжки. Было обидно и стыдно, что я спортсмен и не могу преодолеть метровую высоту, вскочить на козлы. Но со временем скованность исчезала, результаты становились все лучше и лучше. Теперь я без особого напряжения прыгаю с места на гимнастические козлы высотой 130 сантиметров. Случается, зайдут на тренировку совсем молодые парни, увидят такой прыжок, захотят повторить — а не выходит.
— Что за чертовщина? — удивляются и досадуют они.
Тогда я отвечаю им по-дружески:
— Чтобы так прыгать, ребята, надо пуд соли съесть!
Что касается меня, то я лично «съел» с той поры далеко не один пуд. С наступлением весны часть занятий Роман Павлович перенес на стадион. Я занимался прыжками и спринтом. Мой дебют на стометровке был не блестящим-15 секунд, но уже через год-полтора я пробегал эту дистанцию за 12,3–12,5 секунды.
— Ну, Леша, — шутили друзья-штангисты, наблюдавшие за моими занятиями, — теперь тебе надо к легкоатлетам подаваться.
— Ничего, — отвечал я им, — это мне и в штанге пригодится.
Я продолжал усиленно заниматься легкой атлетикой, гимнастикой, элементарной акробатикой, плаванием, а зимой, кроме всего, лыжами.
Хорошо шли дела и на заводе. Спорт не только не мешал трудиться, но и помогал нам, придавал бодрость, энергию, задор. Бригаду, в которой я трудился, все называли физкультурной. В ее состава были один мастер спорта, два перворазрядника по стрельбе, чемпион завода по боксу. А бригадир наш был бессменным капитаном футбольной команды.
Жили и трудились мы дружно, весело. Бригада одной из первых на заводе, на два года раньше срока, завершила пятилетний план. У всех у нас повысился заработок.
И все-таки настало время, когда мне пришлось расстаться с заводом. Война помешала закончить образование. Мечта о дальнейшей учебе не давала мне покоя. И вот, успешно сдав экзамены, в 1949 году я поступил в физкультурный техникум.
Бригада провожала меня тепло. Друзья написали приветственный адрес, подарили портфель и все учебные принадлежности.
— Помни, Леша, что человек ты рабочий. Дорожи этим именем, береги рабочую честь, — сказал мне на прощание бригадир Николай Иванович Карпенко. — И нас не забывай.
Пришел я попрощаться и в созданную при моем участии заводскую секцию тяжелой атлетики. Она разрослась вдвое. Были уже здесь свои разрядники, рекордсмены и чемпионы. Я радовался, что в этом есть и моя заслуга.
А через несколько дней я уже сидел за партой. Не скрою, после долгого перерыва учеба давалась с трудом. И тут пришли на помощь мои старые товарищи по обществу «Крылья Советов» Доронин, Шелешнев и другие. Часто по вечерам после тренировок мы подолгу задерживались в раздевалке. Друзья объясняли мне сложные теоремы, помогали найти ключ к решению трудных задач. А главное — давали советы, как лучше организовать занятия, правильно записывать лекции, вести конспекты.
Летом 1949 года Всесоюзный комитет по делам физкультуры и спорта включил меня в состав команды для поездки в Будапешт, на II Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Когда я узнал об этом, на сердце было радостно и тревожно. Шутка ли, ведь впервые нужно было пересекать границу, выступать за честь советского спорта, представлять на международной спортивной арене наше студенчество.
Но вот суета сборов, волнения, расспросы остались позади, и наш специальный поезд тронулся в путь. Стук колес и свистки локомотива не могли приглушить царившего везде веселья. Без конца гремели песни, радостные, задорные, как сама молодость! Они стихали только на стоянках. Тогда все пассажиры, одетые в тренировочные костюмы, выскакивали из вагонов и начинали разминку. Гимнасты подтягивались на ветках деревьев, легкоатлеты-метатели искали камни, остальные просто бегали, прыгали, приседали.
Каждый делал то, что позволяли дорожные условия.
В лучшем положении оказались мы, штангисты. Сразу за паровозом был прицеплен товарный вагон, оборудованный под своеобразный тренировочный зал. Там имелись штанги, гантели, гири. Здесь мы пропадали на остановках, а иногда даже оставались на перегон между двумя станциями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
