ксерокопия. Хорошо, что только внешне, это прямо радует…
Мой случайный собеседник, легко считав весь тот посыл, что я пыталась передать мимикой, только улыбнулся еще шире, и у меня сердце засбоило… Ох… Он, пожалуй, покруче Валерки будет…
Подальше от таких радостей, таких сравнений! Подальше, ей-богу!
– Я спросил, малыш, ты из этого подъезда? – бархатный обволакивающий голос, еще на полтона ниже, чем до этого. Ох, умелец…
Я снова хотела скорчить физиономию умудренной опытом матроны, чтоб понимал, засранец, с кем дело имеет, но вместо этого почему-то лишь кивнула.
И взгляда от его серых, таких понимающих глаз, не смогла отвести.
– Хорошо… Мне бы соседку твою найти, Мирославу Андреевну Верещагину. Мне сказали, что она во дворе, на лавочке будет ждать…
Я снова машинально кивнула.
Он меня знал, этот роскошный мальчик. Верней, не меня, а мое имя.
– Знаешь ее? – уточнил парень, видно, отчаявшись услышать от меня еще хоть какие-то слова.
Кивнула.
Откуда он знает меня? Мое имя?
Вариантов было несколько: полиция, коллектор, если Валерка снова умудрился взять кредит под мое поручительство, судебный пристав… Хотя, последние два – маловероятны. Я быстро учусь и на одни и те же грабли два раза не наступаю.
Но что полиции от меня надо? Неужели… Димасик?
Как всегда, при одном лишь подозрении, что с ребенком может случиться что-то нехорошее, резко подурнело и одновременно силы прибавились.
Я поднялась со скамейки, оказавшись по плечо парню, и отрывисто спросила:
– Что с Димой?
– Эм-м-м… – он, судя по всему, не ожидавший от меня такой активности, удивленно поднял бровь, – а что с ним будет? Он просил передать кое-что его маме… Она куда ушла? Говорила что-то?
Ох…
Облегчение, накатившее по мере осознания слов парня, было невероятным. Все в порядке, боже… Все в порядке! Просто знакомый… Видно, Димасик нашел таки кого-то, кто сможет “решить вопрос”.
От резкого прихода чуть подломились колени, и я пошатнулась, но мой собеседник среагировал мгновенно, легко подхватив меня за талию.
– Эй, ты чего? – встревоженно спросил он, – тебе плохо, что ли?
Его горячие ладони на талии ощущались странно правильно. И надежно. Чересчур.
Я попыталась высвободиться, потому что слабость прошла, и ноги уже держали вполне уверенно, но он словно не заметил моих попыток.
Наоборот, большие пальцы легко, будто даже не намекая ни на что, прошлись вверх и вниз по талии.
Черт… Давно меня никто не обнимал вот так, с намерением, четким, вполне однозначным! И это было волнующе.
И я бы даже, в другой реальности, задумалась…
Но не судьба.
Я снова задрала подбородок, встречаясь с серьезным и уже чуть хмурым взглядом парня.
– Ты его девушка, что ли? – сухо спросил он. Но рук так и не убрал. Интересно, то есть предположение, что я могу быть занята, могу быть девушкой его приятеля, приостановило, но не до конца? Просто до прояснения ситуации? О моральных ценностях не слышали, нет?
Горячий какой, надо же. Ну ничего, сейчас остынешь. Окончательно.
– Нет, – с легкой иронией, которую даже не планировала скрывать, ответила я, – я – его мама. Мирослава Андреевна Верещагина.
И не смогла отказать себе в удовольствии насладиться зрелищем.
А оно того стоило!
Парень замер, глаза его чуть расширились от неожиданной новости, от удивления.
Ну давай, мальчик, приходи в себя! И отпускай уже меня, ей-богу! А то как-то все неправильно и неловко… Да и глупо, чего уж там…
Но парень, вместо того, что отпустить, наоборот, сильнее сжал меня и подтянул ближе! Чуть ли не над землей приподнял, рассматривая лицо, словно неведомую зверюшку, пристально и неверяще.
– Эй… – вяло запротестовала я, глупо вися в его лапах нелепой тряпочкой.
– Ты же шутишь, малыш? – с надеждой спросил парень, – да? Прикалываешься надо мной?
Да что он о себе?..
– Да что ты о себе думаешь? – я, наконец-то приходя в себя, уперлась обеими ладонями в его широченную горячую грудь, – отпусти немедленно! Какие шутки могут быть? Я тут уже час сижу под окнами квартиры!
Парень еще чуть-чуть помедлил, словно принимая решение, отпускать меня, или нет, но затем все же поставил обратно на землю.
И лапы свои огненные убрал.
С видимой неохотой.
– Прошу прощения, – вздохнул он, – я – Матвей, друг Погран… То есть, Димки. Он сказал, что вам надо помочь открыть дверь.
– Да… – я тоже пришла в себя настолько, что смогла внятно обрисовать проблему с потерей ключей и сложным замком, который мчс-ники откроют, конечно, но дверь разворотят знатно.
Матвей покивал, не сводя с меня внимательного, до сих пор удивленного взгляда.
– Пойдемте посмотрим.
– Пойдемте… – пожала я плечами, – но я, честно говоря, не знаю, чем вы…
Я старательно придавала голосу нейтральный оттенок, каким и следовало разговаривать с друзьями сына. И совсем не имеет значения, что этот друг слишком уж… привлекательный. И чересчур наглый.
Тем более, что налицо ошибка, больше такого не повторится.
Матвей понял, что просчитался, как с моим возрастом, так и с моим положением. Одно дело – подружка друга, а другое – его мама…
Подъездную дверь мы миновали легко, даже не пришлось звонить соседям, просить, чтоб впустили, Матвей просто на что-то нажал пару раз – и все.
Пока я удивлялась, как, оказывается, не крепка наша подъездная крепость, мы успели подняться на наш этаж, и там Матвей, внимательно осмотрев замок и хмыкнув, как мне показалось, презрительно, достал связку ключей, поперебирал, находя нужный, сунул его в замок…
А в следующее мгновение я с огромным удивлением услышала щелчок!
– Как вы это?..
– Да ничего сложного, – пожал плечами Матвей, с легким весельем глядя на меня.
– Вы…
– Я всего лишь слесарь, – перебил он меня, не отводя вновь ставших внимательными и глубокими глаз.
– Спасибо… – неловко кивнула я, – я вам что-то?.. Сколько я вам?..
– Кофе будет достаточно.
– Кофе?
– Кофе.
Глава 7
Мне до сих пор краска приливает к щекам, когда вспоминаю это… кофе.
А ведь я не девочка уже. И давно не девочка. И перестала быть девочкой, еще когда этот мальчик в школе учился!
И от осознания своей дикой реакции вдвойне стыдно.
Нет, в самом начале того вечера все было более чем пристойно.
В конце концов, что такого в том, чтоб угостить кофе приятеля сына? Парень помог мне в трудной ситуации. Сорвался с места, хотя, наверно, у него имелись свои планы перед женским праздником. Вероятно, где-то его ждала молоденькая красивая девушка… А он все бросил и примчался спасать из беды престарелую матушку своего друга.
Конечно, его надо было вознаградить!
И угостить кофе!
Вот я и угостила…
В моей крошечной кухне Матвей смотрелся странно. Ему явно было тесновато. Слишком уж… большой.
Конечно, Димасик мой тоже не крошка давным давно, но как-то он вписывался в обстановку всегда. Оно и понятно:
