class="p1">Когда мы подъехали к её дому, она тихо поблагодарила меня и быстро вышла из машины, не оборачиваясь. Я смотрел ей вслед, чувствуя странное чувство внутри, смесь уважения и любопытства. Малия была загадкой, которую я не ожидал встретить. И хотя я всё ещё думал о её сестре, именно Малия сейчас занимала мои мысли больше, чем хотелось бы признавать.
***
Я стояла у окна, глядя на свадебное платье, которое словно белым облаком повисло на плечиках рядом с кроватью. Оно было нежным, почти воздушным, расшитым тончайшим бисером, который переливался в свете утреннего солнца. Я не могла отвести от него глаз, не понимая, как так вышло, что теперь это платье предназначалось не мне, а моей сестре. Жизнь перевернулась всего за несколько дней, и теперь я с трудом верила в происходящее.
Комната была украшена лепестками роз, фотозона, над которой мы с Алией провозились почти всю ночь, стояла идеально, готовая принять невесту. Только вот самой невесты нигде не было.
Дверь осторожно приоткрылась, и мама, взволнованная и немного бледная, зашла ко мне:
– Малия, стилисты уже приехали, нужно срочно начинать готовиться. Где Алия?
Я повернулась к ней, чувствуя, как внутри нарастает тревога:
– Я думала, она у тебя в комнате. Я её с утра не видела.
Лицо матери мгновенно изменилось. В глазах мелькнул страх:
– Нет, я была уверена, что она здесь, с тобой.
Мы переглянулись, и что-то неприятное сжалось в груди. В этот момент казалось, будто воздух в комнате загустел, стал тяжелее, словно предчувствуя беду.
Мама выбежала в коридор, зовя сестру:
– Алия, где ты? Ответь, пожалуйста!
Ответом была тишина, тревожная и глухая, как никогда прежде. Я присоединилась к поискам. Мы осмотрели весь дом – кухню, гостиную, ванную комнату. Мама поспешила к бабушке наверх, проверила каждую комнату, заглянула в шкафы, как будто Алия могла спрятаться там, шутя.
Сердце билось всё быстрее, паника начала охватывать нас всех.
– Её нет, – тихо сказала я, возвращаясь к маме, которая замерла посреди гостиной с телефоном в руках, снова и снова пытаясь дозвониться до Али.
– Это невозможно, она не могла просто исчезнуть… – прошептала мама, сжав губы.
– А если могла? – слова сами вырвались из меня. Я почувствовала, как мама напряглась.
– Нет, Малия, она бы не стала…
Но мама замолчала, не закончив мысль, словно боясь признать очевидное.
В этот момент в дверь постучали резко, настойчиво, будто кто-то принёс ужасную новость. Я открыла дверь и увидела соседку, тётю Асму. Её глаза были огромными от испуга, дыхание сбивчивым:
– Алия… Я видела, как она садилась в машину с сумкой. Она… кажется, сбежала!
Глава 6
В комнате повисла мёртвая тишина. Я медленно повернулась к маме, встретившись с ней взглядом. Она побледнела ещё сильнее, едва не потеряв сознание от услышанного.
Теперь уже не было никаких сомнений. Сестра исчезла прямо в день своей свадьбы. Алия действительно сбежала, бросив всё и всех.
– Что же теперь делать… – выдохнула мама, и её голос сорвался на всхлипе.
Слова тёти Асмы эхом разлетелись по гостиной, погружая комнату в тяжёлое, мучительное молчание. Мама стояла посреди комнаты, прижав ладонь ко рту, и в её глазах застыл ужас. Соседки, родственницы – все замерли, не решаясь даже шелохнуться. Я ощутила, как ледяная волна страха и непонимания накрыла меня, сковывая дыхание.
– Позовите отца, – тихо произнесла мама, словно боясь собственных слов. – Срочно.
Дядя Рамазан поспешно вышел из гостиной. Я опустилась на диван, пытаясь осознать услышанное. Моё сердце стучало так громко, что я была уверена, его слышат все вокруг.
«Сбежала…» – снова и снова это слово билось в моей голове. Как могла Алия? Моя родная сестра, моя половина. Как она могла просто взять и оставить нас всех? Оставить меня одну перед этим страшным, нависшим позором?
Я вспомнила её глаза накануне – тёмные, горящие каким-то отчаянием. Я думала, она просто нервничает. Думала, что ей страшно, но она смирится, примет всё. Ведь так было правильно. Так требовали обычаи, так решила семья. Но Алия решила иначе.
Мама металась по комнате, набирая номер сестры снова и снова, но трубка упорно молчала. Я смотрела на её руки, которые дрожали всё сильнее с каждым новым гудком, остававшимся без ответа.
В гостиную вошёл отец. Он шагал медленно, тяжело, будто каждая ступенька стоила ему огромных усилий. Его лицо было каменным, глаза суровыми, но я знала – внутри он раздавлен. Такой позор был страшнее любого горя.
– Что случилось? – его голос прозвучал глухо и бесстрастно, словно он уже знал ответ.
– Алия сбежала, – едва слышно сказала мама, голос её дрожал от отчаяния. – Она… соседка видела её с сумкой. Телефон не отвечает.
Отец закрыл глаза, медленно, словно эти слова причиняли ему физическую боль. Молчание было невыносимым. Наконец, он открыл глаза и резко ударил кулаком по столу, отчего все вздрогнули.
– Как она могла! – его голос был полон ярости и боли. – Как она могла так поступить?! Это позор! Позор на всю нашу семью!
Я чувствовала, как по моим щекам медленно текут слёзы. Я не могла поверить, что это действительно происходит. Что моя сестра, моя Алия, оставила нас в самый ответственный момент.
– Я не понимаю… – пробормотала мама, бессильно опустившись на диван. – Почему она не сказала? Почему не поговорила с нами?
Отец подошёл к окну, глядя куда-то вдаль, словно пытаясь отыскать там ответы. Он молчал, и это молчание казалось самым страшным приговором.
– Мы должны что-то делать, – тихо сказала тётя Салима, которая до этого стояла в стороне, не вмешиваясь. – Люди уже собираются, гости в пути. Что мы им скажем?
Отец медленно повернулся и посмотрел прямо на меня. Его взгляд был таким тяжёлым, что мне захотелось провалиться сквозь землю.
– Нам придётся снова заменить невесту, – сказал он медленно и отчётливо, словно сам не веря в свои слова. – Малия…
Я замерла, ощущая, как по телу разливается ледяной холод. В комнате воцарилась мёртвая тишина. Все взгляды устремились на меня, и я почувствовала себя абсолютно беззащитной, одинокой и испуганной.
– Папа… – прошептала я едва слышно, но он не дал мне договорить.
– Другого выхода нет, Малия, – сказал он жёстко и бескомпромиссно. – Ты должна спасти честь нашей семьи.
Я опустила голову, не в силах что-либо сказать. В ушах звенела только одна мысль: «Снова я?»
И в этот момент я поняла – жизнь снова изменилась. Теперь уже навсегда.
***
– Нет, – мой голос прозвучал тихо, но твёрдо. Я смотрела на отца и чувствовала, как
