- Сегодня у нас на голосование будет поставлен необычный вопрос, - слова Демона заставили меня снова сосредоточиться на происходящем, и я почему-то не к месту вспомнила, что короля зовут Коул. Так, кажется, его назвал Кирк, когда думал, что я – это Тельмина? Интересно, я единственная из жителей Глоу, кто знает настоящее имя Угольного короля? И какая мне от этого будет польза? Зачем-то же он его скрывает.
- …кто за то, чтобы потребовать за эту девушку выкуп?
Я вздрогнула. Кажется, громкий голос Угольного короля был слышен в каждом уголке крепости. Руки голосующих стали подниматься, но вяло. Интересно, почему? Люди не верили, что за меня хорошо заплатят? Я горько усмехнулась. Я тоже в это не верила. Думаю, мой отец не даст за меня и ломаного гроша, учитывая наличие смертельного проклятия родовой магии. Он всегда был очень практичен.
Кирк подсчитал голоса, и Демон продолжил:
- Кто за то, чтобы заточить ее в темнице в качестве заложницы?
Этот вариант мне понравился намного меньше, и я начала всерьез нервничать, когда руки стали активно подниматься вверх. Я не хочу закончить свои дни в затхлой каменной комнатушке два на два!
Король прошелся вдоль стола, ожидая, когда Кирк подсчитает голоса. Через пять минут томительного ожидания он наклонился к «конюху», выслушал его и объявил:
- Большинством голосов решено: чужачку ждет заточение в темнице на неопределенный срок.
Я даже приподнялась немного в волнении, пытаясь понять, будет ли уместно сейчас попросить для себя слово, когда внезапно совсем рядом, буквально у меня за спиной, раздался выкрик из толпы:
- Разве мы не должны казнить девчонку из Глоу? Они – наши смертельные враги!
Одобрительный гул, прокатившийся над площадью, заставил меня заледенеть. Сделать… что? Казнить? Но ведь я не сделала им ничего плохого!
Король мазнул по мне равнодушным взглядом и поднял руку, призывая к тишине:
- Мы не казним женщин и детей.
Одобрительный гул сменился злым шепотом, а потом толпа и вовсе стала расходиться.
- А как же слово обвиняемой? – мой голос предательски сорвался на последнем слове, но меня услышали.
Толпа застыла на месте, сотни глаз уставились на меня со всех сторон. На них было написано такое удивление, будто на их глазах заговорило дерево! Я прокашлялась:
- Почему вы не спросите меня, зачем я сюда пришла?
- А ты сможешь дать честный ответ? – голос короля был бесцветным, но в глазах… в темных глазах Демона плескалась обжигающая ярость.
И, будто подпитавшись этим огнем, внутри начал стремительно нарастать привычный жар. Меня накрыло отчаяние. Ничего я не успею рассказать! Сейчас все присутствующие будут наблюдать спектакль с «девчонкой из Глоу» в главной роли.
Кажется, король что-то понял по моему лицу, потому что он внезапно хлопнул в ладоши и объявил:
- Совет окончен. Расходитесь!
Ко мне тут же подошел Кирк и повел обратно в темницу. Я была уже на грани приступа, и цеплялась за гиганта, еле переставляя ноги. Только бы дойти!
Когда я упала на сено, накрытое одеялом, и приготовилась окунуться в боль, чьи-то горячие руки приподняли меня и насильно раскрыли рот, вливая в него обжигающую настойку.
Глава 11. Все тайное становится явным
- И зачем же?
Голос казался знакомым, но я никак не могла понять, кто же это говорит. Наш дворецкий? Или же… приехал отец?
Эта мысль обдала меня холодом, заставив моментально принять вертикальное положение. Я даже попыталась дрожащими руками пригладить спутавшиеся волосы, но потерпела фиаско – на голове будто птицы гнездо свили. Представляю, как это выглядит со стороны!
Неудача с приведением прически в порядок заставила меня поморщиться: отец не любил, когда во внешнем виде наблюдался беспорядок. Даже одна выбившаяся прядь в его глазах выглядела ужасным нарушением этикета.
Кстати, о глазах… Пора бы и мне свои открыть. Сказано – сделано. Я медленно осмотрела помещение, в котором находилась, наткнулась взглядом на прислонившегося к стене мужчину, и тут же осознала: это не отец, и я не в нашем поместье.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Что «зачем»? – переспросила, пытаясь осознать, о чем меня спрашивает король Тосхэша. Голос дрожал, хрипел и пропадал, будто я долго разговаривала. Или кричала.
- Ты собиралась рассказать, зачем пришла в долину. Извини, толпы зрителей здесь нет, - насмешка была очевидной, но я ее молча проглотила, - зато я готов тебя выслушать. Один раз. Если соврешь…
Демон не договорил, но я и так прекрасно уловила суть.
В голове завертелись мысли: могу ли я довериться этому человеку? По всему выходило, что нет. То, что я услышала и увидела на Совете, совершенно не располагало к откровенности. И король, и его подданные явно меня ненавидят только за то, что я из Глоу.
Будь я здорова или имей другой способ решения своей проблемы, я бы никогда не стала откровенничать с королем Тосхэша, который столь явно показывал свою неприязнь ко мне. Но, увы, я была не в том положении. Если хочу получить помощь, придется сказать правду. И лучше сделать это сейчас, пока он дает мне такой шанс.
Я глубоко вздохнула, медленно встала со своей постели из сена и шагнула ближе к Демону. Качнулась, но тут же ухватилась за стену. Стоять смогу. Это необходимо, если я хочу говорить с Угольным королем на равных.
Кажется, мои действия вызвали в мужчине недоумение – во всяком случае, левая бровь опять немного приподнялась.
- Я расскажу вам правду, - выдохнула, собираясь с мыслями.
Когда молчание затянулось, Демон внезапно шагнул вперед, схватил меня за руку и посмотрел на часы:
- У меня мало времени.
Я разозлилась. Видел же наверняка, как тяжело мне дается этот разговор, но все равно решил поторопить! Что ж, вероятность, что он проникнется ко мне после моего рассказа, была и так ничтожно мала, а теперь я и вовсе оценивала ее как почти нулевую. Но это самое «почти»… Оно заставляло меня на что-то надеяться. «Люди живут надеждой», - так, кажется, говорила моя нянюшка.
- Моя болезнь – это не обычная простуда. Лекарствами она не лечится.
- У вас же есть магия, - с неожиданной злостью протянул мужчина, - или услуги ваших магов слишком дороги?
Я мысленно усмехнулась. Если бы он знал! Мой отец мог позволить себе оплатить услуги любых лекарей-магов, вот только они ничем не смогли мне помочь.
- И магией тоже не ле…
- Почему? – грубо перебил Демон. Он стоял так близко, что мне захотелось отодвинуться. Слишком страшно оказалось находиться рядом с огромным недружелюбным мужчиной, когда ты сама не вышла ростом, да еще и еле держишься на ногах.
Но показывать свой страх я не собиралась.
- Потому что она вызвана моей магией.
Король неверяще выдохнул, а затем снова схватил меня за руку, до боли сжав ладонь:
- У тебя есть магия?
Я поспешно кивнула, но поспешила разъяснить:
- Только я ей не управляю. Именно поэтому она сжигает меня изнутри. Такое случается часто: при передаче родовой магии наследники не всегда могут принять магию своего рода, и тогда она становится своего рода проклятием.
О том, что родовую магию чаще всего не могут принять наследники женского пола, я упоминать не стала. Зато попыталась рассказать про ощущения во время приступов, но, кажется, Демон меня уже не слышал. Мужчина шагал из угла в угол, о чем-то напряженно размышляя, и совершенно не реагировал на окружающий мир. Но я еще не сказала самое главное!
- Возвращаясь к вопросу, зачем я здесь. Я пришла просить о помощи, - пришлось даже повысить голос, чтобы обратить на себя внимание, - один человек мне сказал… точнее, намекнул, что вы знаете, как избавить меня от этого проклятого дара.
Король резко остановился и посмотрел на меня так странно, будто только что увидел в первый раз. Взгляд мужчины прошелся снизу вверх, потом сверху вниз. Я передернула плечами, ощущая себя племенной кобылой на выставке домашнего скота.
