На глаза сами собой навернулись слезы.
- Ты закончила жалеть себя? – голос Демона грубо выдернул меня обратно в реальность.
Быстро смахнула слезы, надеясь, что сделала это незаметно, и поспешно поднялась. Покачнувшись от слабости, я все же сумела устоять на ногах.
Демон обернулся, смерил меня нечитаемым взглядом и сложил руки на груди:
- Дальше не поедем, пока не расскажешь, что с тобой происходит. Ты больна? Это заразно?
Боится, что привезу заразу их Угольному королю? Почему-то захотелось рассмеяться.
- Я больна, но это не заразно, - помедлила, раздумывая, сколько я могу рассказать о себе. - Поэтому и решила прийти сюда, в долину. Одна ярмарочная ведьма сказала мне, что в Тосхэше знают больше о… серьезных болезнях.
Про магию и ее проклятие я говорить не стала. Интуиция подсказывала: откровенничать с этим человеком не стоит. Во всяком случае – сейчас.
Демон несколько секунд молча сверлил меня взглядом, будто пытаясь проникнуть в мои мысли и разглядеть там правду, а потом резко кивнул и зашагал к лошади.
Я поспешила за ним, чувствуя, как подгибаются колени и дрожат руки. Весь оставшийся путь я опиралась на грудь мужчины чуть больше, чем позволял кодекс благородной девицы, но мне было на это наплевать. За эти два часа я пережила еще три приступа.
Когда вдалеке показалась настоящая крепость с башнями и высокими стенами, которую я разглядывала с большим интересом и - чего греха таить - восхищением, Демон прервал молчание:
- Почти приехали. Приступ близко?
Я взглянула на часы и кивнула. Судя по моим расчетам, до него оставалось минут десять, не больше.
- Тогда остановимся и переждем здесь, - мужчина не спрашивал, он ставил перед фактом, - мне не нужны лишние вопросы.
Я подумала, что мое появление в любом случае вызовет некоторые вопросы, но вслух этого произносить не стала. Уверена, Демон умеет оценивать ситуацию не хуже меня. Скорее всего, даже лучше.
- Как родители отпустили тебя сюда?
Я вздрогнула, выронив травинку, которую по старой детской привычке украдкой сунула в рот. Вот уж не ожидала, что мой хмурый конвоир снова заговорит!
- Они не отпускали. Я сбежала.
На лице Демона не дрогнул ни один мускул, но я, натренированная светскими раутами, все же уловила, как на пару миллиметров удивленно приподнялась его левая бровь. Значит, сумела-таки удивить этот кусок льда? Почему-то это меня странным образом развеселило.
Больше мужчина ни о чем меня не спрашивал, и ровно через девять минут после начала привала я снова провалилась в свой личный ад.
Глава 8. Пленница
Сознание возвращалось медленно. Голова ощущалась гулкой, пустой, и кто-то глухо стучал по ней молотом, как по наковальне: «тук! тук! тук!». Лишь через несколько секунд я поняла, что это кровь стучит в моих висках.
- На, - мне в губы ткнулась кожаная фляжка, остро и горько пахнущая травами, - выпей это. Ты так и до крепости не дотянешь, немощь бледная. А хотела, помнится, с самим Угольным королем повстречаться!
Несмотря на спутанное сознание и головную боль, в последней фразе я все же без труда сумела распознать иронию. Вот только причин для нее не находила. Неужели Демон насмехается надо мной? Разве я сказала какую-то глупость про Угольного короля?
- Его что, не существует? – переспросила с подозрением, отхлебнув пойла из фляги. И тут же закашлялась, хватаясь руками за обожженное горло. Даже спрашивать не буду, что это такое, потому что мне уже совершенно все равно. Если поможет хоть ненадолго избавиться от боли в голове и груди – выпью еще и не поморщусь. Надеюсь лишь, что жители долины не настаивают эту гадость на чьих-нибудь экскрементах. А то была у нас в Глоу одна знахарка...
- Настойка притупит боль на несколько часов. Используй их с толком. Поехали! - Демон смотрел с непонятной злостью. Жалеет, что пожалел меня?
Жар в груди и головная боль после выпитой настойки действительно отступили, и мне тут же захотелось петь и танцевать. Как мало нужно человеку для счастья! Например - всего лишь перестать чувствовать себя умирающей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Всю оставшуюся дорогу до крепости я улыбалась. Зеленой траве, начинающим цвести деревьям и солнцу, которое светило по-весеннему ласково, согревая, кажется, саму душу. Подумалось, что скоро на моем носу появятся веснушки. «Появились бы», - поправила сама себя. Знала бы я, годами изводя себя мазями, чтобы сохранить аристократическую бледность, что когда-нибудь буду с надеждой ждать появления россыпи золотистых пятнышек…
А еще я подставляла лицо ветру, который здесь пах как-то по-особенному: талым снегом, горными ирисами, раскаленными на солнце камнями. И бесконечно всматривалась в стремительно приближающуюся громаду, пытаясь угадать, сколько лет эти древние камни простояли в долине Тосхэш. Крепость казалась поистине огромной: наверняка и ворот в ней несколько, не только те огромные с коваными створками, что видны издалека. Рва вокруг крепости не наблюдалось, но она все равно выглядела неприступной: такие высокие каменные стены просто так не перемахнешь. Если жители крепости закроют ворота – попасть внутрь будет уже никак. И выйти наружу – тоже. От последней мысли по спине пополз предательский холодок.
Демон за все оставшееся время пути не проронил больше ни слова, словно все еще злился на меня за что-то. Только иногда поторапливал коня - видимо, ему не терпелось поскорее приехать домой. Во всяком случае, я полагала, что его дом здесь, за этими крепостными стенами, но, возможно, горные стражи живут где-то в другом месте? Например, в хижине у подножия хребта…
На воротах никого не было, ни одного самого завалящего охранника. Это меня удивило, но не слишком – возможно, в долине просто некому нападать на крепость?
Мы спешились и подвели коня к длинному одноэтажному зданию с навесом. Судя по непередаваемой смеси ароматов свежего навоза, конского пота, старой кожи и сухого сена, здесь содержались лошади. Я поморщилась: с детства не люблю этот запах. Но, так как Демон не давал мне никаких указаний, приходилось везде следовать за ним.
Высокий мужчина, закидывающий вилами сено лошадям, кинул взгляд через плечо и обрадованно гаркнул:
- Коул! Вы уже вернулись? Нашли Мину? – в этот момент детина наконец разглядел, что девушка рядом с Демоном – вовсе не Тельмина, и нахмурился. – А это еще кто?
Демон ответил с секундной заминкой, будто и сам не знал, кто я такая и как ко мне следует относиться.
- Беглянка из Глоу. Во всяком случае, она так говорит.
- Будем требовать выкуп? – конюх – а я решила, что это именно он – отряхнул руки от сена и заинтересованно оглядел меня с ног до головы. – Может, себе оставим? Я давно жениться хочу, ты знаешь.
- Кирк, она больна. Кому нужна такая жена, да еще и из Глоу? - бросил с презрением Демон. - Жду тебя через пятнадцать минут. Переоденься!
Наговорил гадостей, надавал указаний - и пошагал семимильными шагами, не дожидаясь ответа. А я за ним, как привязанная. Да только куда мне за здоровым мужчиной угнаться с его-то ростом и длиной ног! Мелькнула шальная мысль юркнуть в сторону и затеряться в переходах огромной крепости, но Демон будто почувствовал, что я обдумываю побег. Обернулся, притормозил - и стоит, смотрит внимательно. Опять в моем лице что-то разглядеть пытается, и от взгляда этого хочется зябко поежиться и глаза отвести. Но воспитание, опять же, не позволяет! Поэтому я в ответ лишь выпрямилась и голову вскинула. Вышло даже более дерзко, чем рассчитывала. Мужчина нахмурился:
- Посидишь несколько часов в темнице. О твоем жгучем желании поговорить нашего короля поставят в известность, - от знакомого выражения, которое в нашем доме означало вежливый отказ, неприятно кольнуло в груди. - На многое не рассчитывай: ты всего лишь пленница.
Вот и сказаны главные слова. Я - пленница долины Тосхэш.
