я предлагаю и настаиваю? — он кладет руку мне на левую голень и медленно ведет вверх к коленке.
Я замираю, пытаясь понять как действовать. А может это мой сонный мозг не сразу реагирует, но как только до меня все же доходит смысл этого движения, я тут же дергаюсь и скидываю его руку с себя.
— Не трогай меня.
— У какая, — хмыкает, — а днем куда резче визжала. Что, сейчас уже задумалась, да?
— Нет.
— Ну, ну, не надо этого, — вижу, как он машет рукой из стороны в сторону, — знаю я вас, баб, как вы любите поломать комедию.
— Я ничего не ломаю. Просто не надо меня трогать так, — я пытаюсь скрыть дрожь голоса.
Сердце начинает ускорять свой темп.
Не было печали, снова заскучали! Его приставаний мне сейчас только и не хватает!
— Как «так»? — снова слышу ухмылку в его тоне.
И даже вижу в потемках как растягивается щель у него под носом — попытка улыбнуться.
— Вот так? — он снова тянет руку, теперь уже к бедру.
Я шлепаю ему по ладони, отталкивая ее в сторону.
— Или так? — рука касается талии.
Я дергаюсь уже куда сильнее, буквально скидываю его жадные культи с себя. Сердце настойчиво стучит о ребра, чувствую как пульс отдает в висках.
— Отвали, — подбираю ноги под себя, готовая оттолкнуться и бежать.
Куда, не знаю. Но надо хотя бы разорвать дистанцию между нами.
— Чо, думаешь смелая такая? — его тон меняется.
Он хватает меня за лодыжку, я пытаюсь вырвать ее из его хватки.
— Думаешь, я тебя сразу не раскусил? Выбежала она папаню защищать, телка бешеная. Таких как ты надо объезжать. И усмирять. Иначе проблем не огребешь, — Кир хватает меня за вторую ногу.
Я лягаю его в печень. Он охает. Я сваливаюсь с подоконника, путаюсь в занавеске.
— Куда поползла, сучка? Я, бля, знаю таких! Борян уже поплыл! Здесь ты, бля, побудешь! Дает он блять второй шанс! Повлияла она на него. На кого ты там повлияла, сука рыжая, а? Какой нахуй второй шанс? Ты бля вообще знаешь, кто мы? И что мы делаем с такими, как твой жалкий папаша⁈ А кто я знаешь⁈ И что я делаю с такими сладкими сучками, как ты⁈ Щас узнаешь! — я не успеваю добежать до двери.
Кир перехватывает меня за талию. Хватает за волосы и оттаскивает к кровати. Только и успеваю, что громко выдохнуть в пустоту, вместо того, чтобы заорать.
В темноте не разбираю ничего. Теряюсь в пространстве на мгновение. Потолок и пол меняются местами.
Мгновение, и я падаю на кровать.
Тут же сверху меня придавливает Кир, обдавая горячим несвежим дыханием.
— Я тебе покажу, как должна вести себя баба! Смирно! Смирно, я сказал! — он задирает мои руки наверх, задирает майку и лифчик, шарит по моей груди, а потом спускается к джинсам.
Я набираю в легкие воздух и начинаю кричать.
— Ааааа! — брыкаюсь.
Не долго получается. Он сразу же влепляет мне оплеуху и затыкает рот.
Не знаю, на что он рассчитывает. Только рук у него всего две. Одной держит мои руки, второй мой рот.
Что он там собрался делать дальше, ума не приложу. Но я не собираюсь тут разлеживаться и ждать!
Дергаюсь, извиваюсь. Его рука соскальзывает с моего лица. И я вгрызаюсь в нее со всей щедростью, какую нахожу в себе. Не разбираю, куда именно.
— А! Сука! — он орет, дергается.
Отпускает мои руки.
Зубам неприятно. Вкус потной руки — солоноватый, с привкусом чипсов.
Тошнотворно…
Но я терплю и продолжаю сжимать челюсть под его завывания.
Вдруг раздается треск, грохот и в комнату проникает свет. Я разжимаю челюсть.
— Какого хрена ты здесь делаешь, дебил⁈ — раздается раскатистый голос Лиса.
Вижу, как он хватает за шею и руку Кира и буквально стаскивает его с меня, отшвыривая в сторону.
Кир падает на пол, баюкая покусанную левую руку. Я сваливаюсь с кровати.
— Ты совсем рехнулся, придурок⁈ — Лис рычит. Лис недоволен. Лис очень недоволен!
Я отползаю подальше, поправляя лифчик и майку. Не разгибаясь, поднимаюсь и забегаю в ванну. Захлопываю дверь и щелкаю замком.
Все. Все… обошлось.
Пока что обошлось.
Дыхание сбилось. Сердце колотится как бешеное. Во рту мерзкий привкус чужой грязной руки и крови.
Фу!
За дверью явно что-то происходит. Голоса, какая возня, стук, вибрацию которого я чувствую ногами по полу.
— Да пошел ты! — доносится до меня довольно отчетливо.
Голос Кира. Несколько секунд тишины, а затем я слышу шаги. Они приближаются.
Ручка двери в ванну дергается. Я отшатываюсь от нее и забиваюсь между стеклянной стенкой душевой кабины и раковиной.
Бежать некуда.
— Открой, — строго велит хозяин дома. Даже через дверь я слышу напряженные ноты его голоса. — Я войду так или иначе, но я бы не хотел выламывать еще одну дверь в собственном доме.
Я гипнотизирую дверную ручку и сама желаю выйти отсюда как можно скорее, но мне так страшно… Даже шевельнуться не могу.
— Так, ладно, — слышу удаляющийся голос.
В тишине я стою еще где-то минуту.
Но шаги возвращаются. Да такие уверенные, что снова напрягаюсь. И не зря.
Дверь вздрагивает от удара с той стороны. Она выдерживает лишь раз, а на второй распахивается, треснув вокруг замка…
Глава 8
Ты в безопасности
Я вжимаюсь в стену, глядя прямо на разгоряченного Лиса. Я понимаю, что еще чуть-чуть и сползу прямо на пол. Ноги подводят.
Я вцепляюсь в раковину мертвой хваткой, не отводя взгляд от мужчины. А он сканирует меня, нахмурившись.
— Ты в порядке? — басит Лис требовательным тоном.
Я хлопаю в растерянности глазами.
Что он только что спросил? В порядке ли я? Конечно, нет!
Я дергано жму плечами, не в силах сделать что-либо еще. Я боюсь его реакции и дико удивлена, что он вообще поинтересовался моим самочувствием. С чего бы это?
— На выход.
Я сглатываю и делаю шаг вперед. И еще. И еще.
Не дожидаясь, когда я со своей черепашьей скоростью дойду до вышибленной двери, Лис надежно берет меня за плечо и тянет вон из ванной. Он буквально тащит меня куда-то по своему дому, а я чувствую, как напряжение в горле перерастает в боль невыплаканных слез.
Еще немного и я точно разревусь, только мне нельзя! Ни в этом месте, ни в это время, ни при этом человеке!
Мы проходим по коридору, он открывает ключом запертую дверь и впихивает меня внутрь.
— Сиди здесь, — сурово отдает приказ и захлопывает дверь.
Щелкает замок.
