монотонно. На середине рассказа о стрижке овец он вдруг прервался. Он снял очки с кончика носа и оперся обеим руками на стол.
— Господа и юные дамы, — начал он, слегка наклонив голову, — прежде чем мы продолжим наше занятие, я хотел бы спросить вас, известен ли вам смысл одного слова, без понимания которого вам нечего делать в старшем классе. Это слово «фантазия».
Все начали переглядываться. А Кристи тут же подняла руку и была спрошена учителем. Не ней сегодня был сиреневый комбинезон по причине очень холодного утра.
— Мама говорит, что фантазия – это ложь и обманывать нехорошо. Когда мы фантазируем, мы придумываем небылицы, а потом сами путаемся, где правда, а где нет. Лучше говорить правду.
— Верно, госпожа Остин, — похвалил Гримм. — Но я вам скажу, что фантазия не всегда бывает плохой. Есть безобидные фантазии, а бывают и полезные.
Гримм смотрел в глубину класса, но я вдруг понял, что все это он говорит именно ему.
— Полезные фантазии, дети, это моделирование. Мо-де-ли-ро-ва-ни-е. Запишите. Например, если мне нужно предположить сколько грядок с картофелем я должен разместить на земле Пруст, а их усадьба мешает расчетам, я просто предполагаю, что дома там нет или он на берегу озера.
— Э – э, — послышалось из-за парты Льва.
— Или мне нужно рассчитать площадь поместья Остин, но мне мешает овраг, я представляю, что оврага нет и произвожу расчеты. Понятно? Большинство таких моделей я записываю или зарисовываю в своих бумагах, которые вам видеть не нужно. Ведь это моё моделирование и для вас эти записи бесполезны.
Гримм снял очки, чтобы протереть их клетчатым носовым платком и, слегка изменив тон, добавил:
— На этой неделе участились случаи нападения диких животных, особенно в ночное время и, особенно, на северных фермах. Я, как ваш учитель, должен предупредить вас об опасности, надеюсь, что временной, и предостеречь от появления на улице с закатом солнца, — он пристально осмотрел лица учеников. — Особенно в ночное время!А теперь продолжим урок.
Я почувствовал легкий холодок внутри. И эти слова учителя касались меня. Наша ферма была самой северной из всех земель Конфедерации. Потому предупреждение учителя касалось, прежде всего, моей семьи. Из памяти всплыли обрывистые рассказы отца о новых нападениях, о необходимости укрепить ограду с севера и востока и о том, как семья Пруст выставляет дозоры на каждую ночь уже около недели.
На всякий случай я перебрал в уме всех известных мне диких животных, особенно опасных. Конечно, в первую очередь в голову приходили псы – огромные свирепые стаи, кочующие с востока на запад и обратно по северным землям. Еще я помнил о свирепых кабанах, голову которого видел как-то в здании Совета, выделанную и прибитую к стене. Еще были лисы, но они не представляли особой опасности. Остальных чудовищ северных лесов я не знал и почти не верил в них. Если они и существовали, то не подходили близко к фермам, опасаясь собак и сторожевого огня.
Ко второму уроку пришел Ру. Он был хмур, а на нем красовался нелюбимый красный свитер. Задание по землеведению он отчитал без ошибок, чем заслужил похвалу учителя. Только после урока по ирригации я смог поговорить с ним, все таким же мрачным и сердитым на жизнь и на свитер.
— Мама застала меня с ее пилкой и отняла все глясы, а я только четыре успел сделать. Заставила работать все утро до пяти часов и одеть в школу ее любимый свитер. Марк, мы же когда-нибудь, повзрослеем, да? И все эти издевательства закончатся.
— Ты потратил всю ночь, вытачивая глясы? – не поверил я, проигнорировав вопрос.
— Ерунда. Только три часа, пока мама не застукала. Зато ты бы их видел! Один из желтого стекла – просто шедевр. Ну да ладно, остаток ночи я обдумывал одно интересное дело, в которое могу посвятить только тебя. Помнишь вчерашние рисунки учителя Гримма?
Я усмехнулся.
— За полчаса до твоего прихода он убеждал нас всех, что это его выдумки. Как-то это называется даже…
— Моделирование, — подсказал тонкий голосок сзади.
— Именно! Фантазии для простоты составления карт.
— Глупости, — отмахнулся Ру, — я уверен, что это для отвода глаз, — ввернул Ру взрослую фразу. — Значит так, я все продумал…
Ру пододвинулся ближе и перешел на громкий шепот.
— Исчезнувшая ферма почти на четверть должна была располагаться на землях семьи Остин, а где-то рядом должен быть и особняк. Ну, или то, что от него осталось. Это очень далеко отсюда и добраться туда незаметно почти нельзя. Но на следующей неделе день семьи Остин и вас обязательно пригласят, так как ваши семьи дружат, а это значит, что вы проведете в поместье всю ночь и, возможно, половину дня. Если ты пригласишь меня —мы же друзья, то я могу попросить маму отпустить меня с вами в гости, и вряд ли Остин будут возражать. Поедим пирог и ляжем спать, но, когда про нас забудут, тихонько проберемся к заднему выходу и выйдем на ферму. Час бега через поля Остин, и мы на месте. Думаю, что до утра нас никто не хватится, а нам и трех часов хватит вполне.
Я пожал плечами.
— Замерзнуть утром в поле? Заманчиво.
— Лучше так, чем остаться в неведении. К тому же, я попытаюсь стянуть из дома пару теплых вещей. А ты подумай о провизии и свечах, желательно и спички прихватить. Пару штук. Эх, Марк, если мы найдем в том доме старинные вещи – ты первый возьмешь то, что тебе понравится. Но, чур, не глясы! Они мои в любом случае!
— Так это из-за глясов? – Марк не поверил ушам. — Все это только ради стекляшек?
Ру покачал головой.
— Марк, с момента нашего знакомства — это самое интересное из того, что с нами происходит. Все остальное – это уроки Грача по земледелию, — он говорил страшным шепотом, зло, но в то же время восторженно, — это здорово, Марк, наконец-то прикоснуться к тайне. Пусть даже небольшой. Это же на самом деле приключение!
— Из которого можно извлечь горстку глясов, — улыбнулся я.
— Именно, — улыбнулся Ру. — Беру тебя в свой клуб искателей приключений.
— Я думал, что это наш клуб.
Ру вдруг обернулся, заподозрив неладное. Кристи стояла позади него, уперев кулачки в бока.
— Ты придешь
