Честное слово, я не читала чужих посланий. Я просто пыталась не лопнуть от любопытства. К тому же мои слабенькие девичьи мозги не в состоянии запомнить больше пяти печатных слов. Но кое-что я все же выяснила — адресат приходящих писем обозначался как «Энтони». И никаких титулов.
Интересно… Минуточку! Здесь же есть точное время! Все-таки в замке имеется работающий хронометр? Я ткнулась носом в угол монитора. И там… Там значилось полседьмого. Вечера? Что-то непохоже. Я знаю, что уже перевалило за полдень, но не настолько же! Ну конечно. Точное время установлено согласно Нью-Йоркской бирже. Увы, время другого полушария планеты мне ничем не поможет.
Я постаралась оставить РС в том же положении, в каком его нашла, и собралась покинуть апартаменты графа. Но обнаружила, что дверь личных покоев заперта снаружи… Какая же я глупая! Я же вошла с балкона.
Но ведь особой роли не сыграет, если я задержусь еще на минутку? А вторую такую книгу я вряд ли в жизни увижу…
Заинтересовавший меня фолиант выглядывал из-под низкого кресла, небрежно брошенный хозяином. Оклад его (язык не поворачивается назвать это переплетом), как мне показалось, был сделан из чеканного золота, украшен крупными алыми камнями, круглыми и гладкими, как капли крови. В рамке из корундов красовалось выгравированное изображение единорога. Знаю-знаю, символ чистоты и невинности. Со звоном отскочили застежки. И я раскрыла Книгу. Бумага вроде бы не старая — листы гладкие и эластичные, как шелковые. Так-с, книжка попалась с картинками, этакие готические гравюры на тему «Падшие ангелы и семь смертных грехов». Вот только текст к ним, хоть и выписан тщательной рукой какого-то древнего монаха, ну совершенно непонятен! Буквы будто латинские, а что за язык — убей не пойму. Лишь пролистав книжку до конца, я обнаружила вложенную записку на вразумительном местном наречии. На клочке бумаги спешащим мелким бисером черкануто:
«Каждое полнолуние 48 раз = 4 года + 1 мес. сверху. Купить лунный календарь!!!»
И что бы сие значило?…
Посреди раздумий я спиной ощутила чей-то взгляд. За мной следят?
Я обернулась. На перилах балкона сидела толстая сорока и нагло на меня пялилась. Подмигнув желтым глазом, птичка взмахнула крылом, ехидненько так рассмеялась и улетела.
Интересно, к чему бы это?
Но за мной наблюдали, оказывается, с двух позиций! И как это я раньше не приметила того самого рыжего кота, с которым нынче утром познакомилась в постели. Он сидел среди книжек, изображая статуэтку, и укоризненно смотрел мне в глаза.
Я оставила реликт-артефакт в кресле (под оное бросить не решилась) и подошла к зверю.
— Пойдешь, — спрашиваю, — на ручки?
Зверь лениво, будто мне одолжение делает, сполз я книжной полки поближе. Я взяла его на руки — тяжеленький оказался, одни стальные мускулы, — и покинула наконец кабинет через балкон.
Будучи уже в коридоре, я вдруг осознала: в только что оставленной мною комнате я видела весело потрескивающий дровами камин и даже мимоходом поздоровалась с существом, устроившимся перед огоньком на низеньком табурете, которое грело озябшие копытца и поджаривало насаженное на кочергу большое яблоко. Пытаясь сообразить, по какой причине могли возникнуть галлюцинации, я вернулась и, осторожно приотворив дверь, заглянула в комнату. Странно, но теперь там дымом не пахло. Не говоря уж о прочих видениях.
Отступление № 3, про конюшню и чернику
Любопытство мое только стенами замка не ограничилось. Разумеется, я обошла и вокруг него.
Как и полагается, неподалеку обнаружились хозяйственные постройки. Правда, по большей части деревянные, они находились в крайне плачевном состоянии: крыши провалились, внутри буйно цветут иван-чай и прочая полынь. Но одно строение отличалось вполне терпимой профпригодностью. Подойдя ближе, я поняла, что этот длинный амбар не какой-нибудь сарай, а настоящая конюшня. Разумеется, я заглянула внутрь. В аккуратно выкрашенных стойлах на свежей соломе дремали лошади. Штук пять их было: гнедая, серая в яблоках, белая, черно-белая в пятнах (как корова) и, конечно, вороной — мой вчерашний ночной знакомец. Так как у меня с собой не оказалось ни кусочка сахара, я не стала им докучать своим обществом. Интересно, кто за ними ухаживает? Точно не Марта. И вряд ли у хозяина замка нашлось бы время заплетать в косы гривы всему табуну. Я присмотрелась к следам, коих на мягкой земле возле ворот имелось предостаточно. В основном тут натоптала я. Но обнаружилось еще несколько четких отпечатков: цепочка от больших подкованных копыт шла со стороны замка до стойла вороного. А рядом наследили копытца поменьше — туда, обратно и вообще вокруг конюшни. Человеческих следов не наблюдалось. Интересно, тут за конями козы присматривают, что ли? Или все ж мои галлюцинации о хвостатых человечках вовсе не плод ненормальной фантазии?…
Кажется, я уже упоминала о живописном озере перед фасадом дворца. В сопровождении рыжего хвостатого заместителя владельца я спустилась по мраморным ступеням крыльца к самой воде. Честное слово, как приятно знойным летним полднем (а может, и не полднем) посидеть на нагретых солнцем каменных ступеньках, спустив ноги в прохладную воду (разумеется, сняв предварительно босоножки). Кот с поистине княжеским видом уселся рядом — но будто в стороне — и стал всматриваться в воду. Что ж, почему бы не помедитировать вдвоем?…
Солнечные блики, яркие, глянцевые, едва скользили по недвижной водной глади. Блестящими зелеными блинчиками плавали листья кувшинки, а ее огромные бело-розовые цветки, словно засмотревшиеся ночью в зеркало пруда и упавшие с неба сахарные звезды, стыдливо прятались в тени пышной сочной осоки. Какая-то мелкая водоросль с изумрудными листиками-сердечками неровными пятнами раскрашивала воду под узор хаки. В промежутках между этими островками зелени свет пронзал толщу воды до самого дна. Я видела старую лягушку, притаившуюся в глубине на гладком камушке. Из-под большого кувшинкиного листа на нас с котом поглядывал окунек. Я узнала его по алым перышкам и полосатой спинке. А его приятель, чуть крупнее ладони, подплыл к самым моим ногам, я и не заметила как. Интересно, при стольких кошках рыба здесь непуганая…
Но не успела я додумать сию мысль, как мой хвостатый спутник молниеносным движением лапы — неожиданно для его ленивого поведения — подцепил рыбку. Да уж, когти вам не удочка. Трепыхающуюся добычу рыжий зверь взял в зубы и деловито уволок подальше, в укромное местечко. Хищник, одним словом.
— Госпожа Фрося! — Замкоуправительница стояла на крыльце среди каменных горгулий, как деревенская хозяйка среди кур. — Вот вы где! За вами не уследишь. Вы, сударыня, все равно без дела гуляете. Так шли бы лучше чернику собрали на пирог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
