трех были механические неисправности, а один застрял из-за обрушения туннелей в обоих направлениях. Еще шесть единиц не смогли отчитаться. Патч проверила свои датчики. Пять из шести все еще функционировали, но были обозначены как “NLS” и не подавали признаков жизни. На шестом были слабые признаки того, что экипаж все еще жив.
— Генерал, если вы передадите управление подразделениями NLS мне, я смогу управлять ими как беспилотниками и продвигаться к Зоннебеке.
— Отрицательно, Патч, экипажи могут быть еще живы при поврежденной телеметрии. Мы задействуем команду RTB, чтобы вернуть их в Ипр.
— У нас есть брешь над Зоннебеке. Я могу продвинуться к Вестрозебеке по краю поля Фландрии, но при этом оставлю за собой брешь. Вы можете прислать подкрепление?
— У нас есть танки, но нет экипажей.
— Это не проблема, помните? Если они оборудованы как контроллеры дронов, их можно переделать в беспилотники.
— У нас нет времени на перепрограммирование…
— Я могу программировать быстрее, чем они. — Патч знала, что прерывать своего командира было плохой идеей, но она знала, что права.
После долгой паузы генерал снова вышел на связь.
— Я не уверен, что мне нравится, как выглядит твоя собственная телеметрия, Патч, но я готов это разрешить. Сейчас мы отправим тебе коды доступа для устройств CT1732, CT1733, CT1784, CT1801 и CT1918.
— Принято, генерал. Я буду использовать их должным образом.
— Я знаю, что так и будет, Патч. Удачи и счастливого пути. Если ты сможешь взять Вестрозебеке, мы вытолкнем червей из фузита. Если нет, откуси кусочек и держи его. Откуси и держи, CT1917.
— Так и будет, генерал. — Патч переключилась обратно на внутреннюю связь. — Эй, Мак, нам отдали 1918-й. Это твое старое подразделение, верно? — Прежде чем член ее команды успела ответить, она продолжила. — Нам придется дать ей имя. Поскольку она из Лилля, я думаю, мы назовем ее Лили.
— Все в порядке, Патч, — слабым голосом ответила Мак и закашлялась.
— Эй, в чем проблема, Мак?
— Что-то в воздухе, Патч. Я думаю, что рециркуляторы не восстановились после отключения.
— Хорошо, я увеличу подачу на ноль-два. Это улучшит воздухообмен и, возможно, поможет охладиться.
— Ценю, о мой танк.
— Все, что угодно, для моей девушки.
— Все, что угодно, для моего танка.
Патч попросила Мак подготовить основной магазин с проникающими. Тем временем она удаленно проделала то же самое с пятью танками, которые теперь были ее беспилотниками. Продвижение было медленным, так как им нужно было расчистить туннели, где взрывы беспилотников вызвали обвалы, и в нескольких случаях они оказывались на открытом месте, когда карабкались по обрушившимся крышам туннелей, которые были прорваны до самой поверхности.
Потребовалось много часов, чтобы добраться до края месторождения фузита и предполагаемой базы анелиад, названной Вестрозебеке. Когда маршал Бинг давал названия достопримечательностям, он хотел назвать конечную цель Пашендалем, но генерал Пламер отговорил его от этого. Патч была рада. Ей действительно не нужна была эта ассоциация. Коммуникационный трафик показал, что четыре из шести танков с экипажами преодолели нейтральную полосу из обрушившихся туннелей, грязи и разрушенного грунта. Теперь, когда они миновали район, заминированный самоликвидирующимися дронами, туннели были чисты, и Патч отдала приказ своим дронам вооружиться взрывчаткой и плазменными зарядами.
Пришло время встретиться с врагом лицом к лицу.
— Держись крепче, Мак, я вижу впереди какие-то неровности, а также скопление червей. Похоже, это может быть их главная база. — Подтверждения не последовало, но Патч могла видеть по своим сенсорам и индикаторам, что Мак вернулась на свое место и закрепилась в кресле. Температура немного понизилась, но в отсеке для персонала, когда они проходили через зону поражения от многочисленных взрывов термоядерных установок, температура поднялась почти до 50 °C. Она знала, что Мак, должно быть, чувствовала себя неуютно, но ее “органическое дополнение” никогда не жаловалось.
Туннель заканчивался отвесной стеной. Не было ни поперечного туннеля, ни каких-либо признаков входа сверху или снизу. Он просто заканчивался стеной. Более того, стена была цельным…. оганессоном? Это не имело смысла. Залежи фузита образовывали ровный слой толщиной в полкилометра, залегавший примерно на глубине от пяти до пятидесяти метров под поверхностью. На всем месторождении не было вертикальных граней — фактически, по краям оно сужалось до толщины не более метра. Края и естественные разломы на поверхности были единственной причиной, по которой можно было добывать фузит. Сильфы поделились оборудованием для добычи и обработки огнеупорного материала, хотя и не раскрывали науку и технологию, лежащую в его основе. Тем не менее, даже эта передовая технология, казалось, не могла создать стену, которая была перед ней.
Потребовалось всего мгновение, чтобы понять, откуда взялась баррикада.
— Мак, ты видишь это? Чертовы черви съели фузит и изрыгнули его в виде барьера. — Ответа не последовало, и Патч почувствовала легкое беспокойство, но ей пришлось подавить его и двигаться дальше. Компьютерный интерфейс облегчал работу в режиме многозадачности, а также позволял ей разделять свои тревоги. Она проверила системы жизнеобеспечения, и они были… адекватны. Что ж, у нее была работа, которую нужно было сделать, а беспокоиться будем позже.
— Командир, это Патч. Энни построили баррикаду из фузита.
— Интересно, Патч, это именно то, что ты предсказывала. Тогда пришло время для специальных пенетраторов.
— У меня есть только один, что насчет остальных танков?
— Три ваших беспилотника, CT1732, CT1784 и CT1918, оснащены зарядами TS. Четыре танка с экипажами прошли Фландрию и сообщают о том же барьере.
— Итого восемь. Это будет непросто. Если мы сосредоточим все четыре атаки на одном и том же месте, то сможем гарантировать поражение.
“Специальные” пенетраторы, называемые TS — боеприпасами, были результатом исследований способности Анелиад добывать фузит — по-видимому, путем его расщепления с помощью биохимического процесса. Следы “слюны червя”, обнаруженные в новых туннелях, содержали высокие концентрации элемента, расположенного слева от OG в периодической таблице, — теннессина — из того же класса элементов, что и высокореактивные галогены хлор, фтор, бром и йод. Теннессин отличался от OG всего одним протоном и электроном, теория заключалась в том, что плазменная боеголовка, обогащенная TS, по крайней мере, ослабит фузитовый компонент OG, что позволит обычным боеприпасам пробить баррикаду. Собственная теория Патч заключалась в том, что для этого потребуется несколько боеголовок, подорванных либо одновременно, либо в течение очень короткого промежутка времени.
— Это будет трудно согласовать, Патч, — раздался на линии новый голос. — Вы находитесь довольно далеко от базы, учитывая помехи и отражения сигнала от фузитового заряда.
— Я знаю об этом, маршал Бинг. Вот почему я хочу, чтобы вы передали управление взрывом мне. Я могу определить задержку сигнала от себя до каждого
