хуже. Страна быстро менялась. Нация формировалась, по выражению Валентина Акудовича, «без нас», то есть без абстрактных мыслителей, идеологов, партийных функционеров и прочих мечтателей.
С начала нового столетия для всех беларусских политиков, академических учёных, комментаторов-журналистов Беларусь – это «тёмный лес», как говорят учителя двоечникам, которые не учат уроки.
И ведут они себя в Беларуси, как в тёмном незнакомом лесу. Кто-то бродит наугад и попадает то в болото, то в непроходимый хмызняк. Кто-то совсем заблудился и тихо плачет, присев на пенёк. Ну, а самые умные ходят только по проторённым и знакомым дорожкам, которые точно не ведут к цели, но зато и все неприятности на них уже известны. Время от времени эти горе-охотники и грибники натыкаются друг на друга, могут даже пройти часть пути вместе, потом снова теряются в дебрях.
Ну, а что же философ? Тот, кто поставил себе задачу исследовать свой лес до последнего кустика, посчитать всех ёжиков, оценить популяцию короедов и долгоносиков?
Где в этой ситуации находится философ?
Ну, уже не на белом коне и не впереди группы заплутавших охотников на мамонтов, которые в этом лесу не водятся.
Философ в этой ситуации должен находиться за рабочим столом, на котором разложены:
– снимки леса из космоса и сделанные дронами с высоты птичьего полёта;
– карта леса со всеми тропинками, боровыми запрудами, логовами волков, ручьями и грибными местами;
– таблицы динамики популяции зайцев, лосей и др.;
– прогнозы распространения короедов и долгоносиков;
– схема радиационного заражения, помеченная местами экологических опасностей;
– фотографии и досье браконьеров и честных охотников;
– и всякое такое.
Философ соотносит всё это и разрабатывает программу экологической санации леса, план работ по предотвращению пожаров, загрязнения ручьёв и прочее.
Итак, ответственный и знающий своё дело философ обустроил себе домик, верхом на коне (белом или в яблоках) или квадроцикле объездил весь лес вдоль и поперёк и расположился в кресле перед столом и экраном, где представлены вся собранная и необходимая информация и знания.
И что же он теперь делает, этот философ?
Или как называлась популярная книжная серия в советское время – «О чём думают философы?»
Правда, злые языки, понимая, что советские философы не очень-то свободны думать, обозвали эту серию иначе: «Чем думают философы?»
У меня такой вопрос тоже возникает, когда я вижу «философов» из ИФ НАН, с философических кафедр вузов, даже свободно бродячих, независимых, созерцающих собственный пуп и углубляющихся в глубины собственного сознания.
Но я тут рассказываю про конкретного философа. Поэтому вопрос актуален.
***
Слезай с коня, садись за стол! Работай!
И вот сидит грустный философ за рабочим столом. На столе разложены материалы его собственных исследований, материалы его же расследований. Статистические данные по экономике, социологии, демографии. Международные договоры и конвенции, подписанные беларусским государством. Указы и декреты. Партийные программы. Результаты выборов за все годы по всем округам. Свидетельские показания активных участников важнейших событий в стране. Комментарии экспертов и аналитиков по ключевым вопросам современности. Сводки новостей за последние дни. Впечатления от разговоров в трамвае, с соседом по подъезду, с активистами из районного города. Повестка в суд за участие в акции. Подборка фотографий с различных акций оппозиции. Приглашения на собрания различных групп, движений, советов и проч. Несколько модных книг популярных и новых авторов. Проповеди протестантских пасторов. Программа телепередач всех каналов. Статьи иностранных и отечественных политологов о нашей стране. Сводки погоды и битвы за урожай. Реклама IT-компаний. Жалобы тунеядцев. Отчёты правозащитников…
И что же со всем этим делать?
Однажды дочь подарила коробку пазлов, из которых собирается картинка. Пазлов – криволинейных кусочков большой картинки со множеством мелких деталей, в коробке было 6000. На даче не нашлось ни одного стола достаточного размера. Пришлось использовать завалявшуюся чертёжную доску. Но полностью картинку так никто и не собрал.
Но пазлы – это фрагменты картинки в одной плоскости, они состыкуются между собой по линиям и цвету. А на рабочем столе аналитика и философа картинки разных масштабов: от вида из космоса и с высоты птичьего полёта до мелких детальных сведений, полученных от конкретного обывателя, налогоплательщика, или избирателя. Они никак не состыкуются в одной плоскости. Это фрагменты многомерной модели. Причём размерность этой модели неизвестна.
Как всё это можно сложить в одну картину?
Вопрос «как это сделать» – методологический. Для этого и нужна методология.
За рабочим столом разложено огромное множество материалов, документов, знаний, мнений, домыслов, вымыслов, планов, фантазий – это всё про Беларусь. Это всё Беларусь.
Можно ли выбросить что-то из этого множества материалов? О чём-то забыть, что-то проигнорировать?
Обычно специалисты и эксперты так и делают.
Экономисты отбирают только то, что соответствует их предмету и дисциплине. Проповеди попов их не интересуют, они их выбрасывают. Ещё могут выбросить статистику самоубийств, конвенцию по культуре и правам человека.
Социологи выбрасывают одну часть материалов, политологи другую, юристы третью.
В результате у каждого специалиста остаётся одно- или двумерная, то есть плоская, картинка, пазлы которой могут состыковываться друг с другом.
Каждый специалист и эксперт получают свою картину.
Это картина Беларуси?
Конечно. Только плоская и однобокая. Это не картина Беларуси целиком, а в лучшем случае это проекция или срез объекта (Беларусь в разрезе).
Такие проекции и модели объекта в разрезе очень нужны и полезны. Правда, только в том случае, если они правильно построены. То есть если они истинны хотя бы в каком-то приближении.
Но ЛПР (лица, принимающие решения) принимают решения в отношении к целому. И то, что может выглядеть правильным решением на плоской проекции, оказывается неэффективным, а то и вовсе неправильным в многомерном целостном объекте.
Можно вспомнить кубик Рубика. Многим удаётся собрать на этой игрушке одну грань куба из ячеек одного цвета, реже получается собрать весь кубик, чтобы каждая грань была одного из шести цветов. Бесполезно собирать две грани, три грани. Нужен алгоритм из множества ходов-поворотов, где только последний ход-поворот приводит к решению задачи.
Можно вспомнить более простой пример. Объёмный ландшафт может быть изображён на плоской карте. На плоскости расстояние между двумя точками может составлять один сантиметр, что в масштабе читается как 10 километров. Но между этими двумя пунктами может быть расположена гора, или скалистый горный хребет. И тогда реальное расстояние нужно вычислять не по прямой – кратчайшему расстоянию между двумя точками, а по кривой. Либо по кривой в третьем измерении – карабкаться в гору, либо в двумерной плоскости – идти в обход.
Кубик и ландшафт пересечённой местности – трёхмерные объекты. А сколько измерений у Беларуси? У любой страны и нации? Их множество. И ни одна из моделей (экономическая, политическая, социологическая, демографическая, юридическая…) не может претендовать на полноту.
А игнорирование любой модели ведёт к неполноте решений и к ошибкам. Порой к грубым, фатальным, непоправимым ошибкам.
«Так что же делать в такой ситуации?» – задумчиво вопрошает
