– А что Джо делает в офисе? – спросил он.
– Звонит знакомым по. телефону, хвастает тем, что совершил. Неллу Хартник, его секретаршу, пришлось отправить в больницу, она была в истерике.
– Он звонил… Рут?
– Не знаю.
Фурлоу подумал о Рут впервые с того дня, когда она отправила ему кольцо с коротенькой запиской, в которой сообщала, что вышла замуж за Нева Хадсона. Фурлоу учился тогда в Денвере, получив стипендию от Национального Научного Фонда.
“Каким я был идиотом, – подумал он. – Эта учёба не стоила того, чтобы потерять Рут”.
Он спрашивал себя, должен ли он позвонить ей и сообщить о случившемся как можно осторожнее? Но он понимал, что такую новость нельзя сообщить иначе, как резко и жёстко, без подготовки. В таком случае нанесённая рана, зажив, оставит минимальный шрам…, насколько позволят обстоятельства.
Морено был маленьким городком, и Фурлоу знал, где работает Рут после замужества – ночной сестрой в психиатрическом отделении Госпиталя Графства. Сейчас она должна быть на работе. Пожалуй, не стоило звонить ей, лучше поехать к ней самому.
“Но после этого я буду непременно ассоциироваться для неё с трагедией, – подумал он. – А я не хочу этого”.
Он вздохнул. Лучше пусть кто-нибудь сообщит ей о случившемся. Сейчас другой человек должен нести за неё ответственность.
Офицер справа от Фурлоу поинтересовался:
– Как думаешь, он пьяный?
– Ты его видел хоть раз с похмелья? – отозвался Моссман.
– Клинт, а тело ты видел?
– Нет, – сказал Моссман, – но Джек мне все описал по телефону.
– Пусть он только попадётся мне на мушку, сукин сын, – проворчал первый офицер.
“Ну, вот начинается”, – подумал Фурлоу.
Раздался визг тормозов подъезжающей машины, и он повернул голову. Из автомобиля выскочил низенький толстый человечек в брюках, надетых поверх пижамных штанов. В руках он держал фотоаппарат со вспышкой.
Фурлоу отвернулся, когда человек поднял фотоаппарат. Яркий свет сверкнул в ущелье улицы… потом ещё раз.
Ожидая ослепляющей вспышки, Фурлоу смотрел в небо, чтобы уменьшить боль в повреждённых глазах. Когда сверкнула вспышка, он вновь увидел странный объект. Тот висел в воздухе примерно в десяти футах от окна Мёрфи. Он не исчез из виду и после вспышки, правда его очертания потускнели, и теперь он напоминал небольшое облако.
Фурлоу смотрел вверх, потрясённый. То, что он видел, не могло быть галлюцинацией или следствием повреждённого зрения. Силуэт объекта был ясно различимым, реальным. Это было нечто вроде цилиндра, примерно в двадцать футов длиной и пять футов в диаметре. На конце цилиндра, который был ближе к окну, имелись полукруглые выступы, напоминавшие оттопыренные негритянские губы. Как раз между выступами расположились две фигуры. Насколько можно было разобрать, они направляли небольшую консольно закреплённую трубу в окно Мёрфи. В фигурах было что-то лягушачье, но тем не менее это были человекоподобные существа – две руки, две ноги. Ростом они были, пожалуй, не более трех футов.
Фурлоу содрогнулся: перед ним нечто, не поддающееся объяснению. Пока он разглядывал объект, одно из существ повернулось и посмотрело прямо на него. Фурлоу различил блеск его глаз. Оно слегка подтолкнуло локтем другую фигуру. Теперь оба существа смотрели на Фурлоу – две пары сверкающих глаз.
“Может быть, это мираж?” – подумал Фурлоу. Тогда мираж должны были видеть все остальные. Моссман, стоявший рядом с ним, не отрывал глаз от окна, за которым находился Мёрфи. Но он никак не обнаруживал, что видит этот странный цилиндр. Продолжавший свою работу фотограф приблизился к ним. Фурлоу узнал его: это был Том Ли из Сентинел.
– Мёрфи все ещё там? – спросил Ли.
– Точно, – сказал Моссман.
– Привет, доктор Фурлоу, – поздоровался Ли. – На что это вы уставились? Это окно той самой комнаты, где засел Мёрфи?
Фурлоу схватил Ли за плечо. Два существа на цилиндре теперь повернули свою трубу в направлении группы полицейских. Фурлоу кивнул на них. Его передёрнуло от острого запаха одеколона, которым разило от репортёра.
– Том, что за чертовщина там в воздухе? – воскликнул он. – Ты можешь сделать фотографию?
Ли повернулся, держа камеру наготове и недоуменно огляделся:
– Где? Что снимать?
– Эту штуку перед окном Мёрфи.
– Какую штуку?
– Разве ты ничего не видишь в воздухе как раз напротив окна?
– Мошки роятся. Их много в этом году. Они всегда слетаются, если где-нибудь горит свет.
– Какой свет? – не понял Фурлоу.
– Хм, ну…
Фурлоу сорвал очки. Похожий на облако цилиндр исчез. На его месте он видел лишь смутные туманные очертания, внутри которых двигались крошечные точки, и угол здания. Он снова надел очки. И опять увидел парящий цилиндр с двумя фигурами на полукруглом выступе. Теперь они направили свою трубу на двери конторы.
– Вот он! – громко крикнул кто-то слева.
Ли чуть не сбил Фурлоу с ног, бросившись вслед за Моссманом с камерой наготове к входу в здание. Офицеры тоже ринулись вперёд.
В проёме появился невысокий лысоватый человек в синем костюме. Он прикрыл рукой глаза, ослеплённый светом прожекторов и вспышкой. Фурлоу прищурился. Глаза снова начали слезиться.
Полицейские плотным кольцом окружили стоящего в дверях человека.
Ли суетился рядом, подняв камеру над головой и направив её в центр группы.
– Дайте мне заснять его лицо! – вопил он. – Расступитесь немного!
Полицейские не реагировали на его просьбы.
Ещё раз сверкнула вспышка.
Фурлоу мельком увидел лицо задержанного – маленькие мигающие глазки на круглом багровом лице. Его удивило спокойное выражение глаз, когда они встретили его взгляд, затем Мёрфи узнал психолога.
– Энди! Позаботься о Рути! Слышишь? Позаботься о Рути!
Мёрфи превратился в дёргающийся кружок лысины, продвигающийся в тесной группе фуражек. Его засунули в машину, стоявшую у правого угла здания. Ли все ещё вертелся вокруг, несколько раз сверкнув напоследок вспышкой своего аппарата.
Фурлоу перевёл дыхание. Ему казалось, что воздух вокруг сгустился, запах толпы разгорячённых людей смешивался с запахом выхлопных газов отъезжающих машин. Запоздалая мысль о таинственном цилиндре заставила его посмотреть вверх – он успел заметить, как цилиндр удаляется от здания и постепенно растворяется в небе.
Один из младших офицеров подошёл к Фурлоу:
– Клинт благодарит вас, – произнёс полицейский. – Он говорит, что вы сможете поболтать с Джо через пару часов – после того, как с ним поработают, или утром.
Фурлоу облизнул губы. Он ощутил металлический привкус во рту:
– Я… утром, я думаю. В следственный отдел зайду, попрошу дать мне с ним свидание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
