были найдены фрагменты оригинальной дощечки.
Следователь молчал, в ожидании, что Пётр Павлович продолжит говорить.
– Этот символ, – снова заговорил Пётр Павлович указывая в самый центр глиняной дощечки. – Был позаимствован египтянами у цивилизации шумер. А откуда появился этот знак у шумаер – неизвестно. Это точная копия настоящей таблички из кургана.
– Вам известно для чего эта дощечка была нужна Фёдору?
– Некоторые считают, что этот символ отпугивает злых духов. То есть нечисть.
Образовалось молчание, где усталый следователь наблюдал за своим собеседником, будто они были и не в кафе вовсе, а на допросе. К столу незаметно подошла официантка.
– Многие ниточки ведут к вам, Пётр. И если вы не будите со мной откровенным, то все зацепки могут вылиться в дело.
– Вам что-нибудь принести? – официантка перебила следователя.
– Принесите ещё одну чашку кофе.
Пётр Павлович упёрся взглядом в Гущина. Они молчали, до тех пор, пока официантка не ушла.
– Мы же сейчас говорим не о пожаре, ведь так? Вы думаете я виноват в исчезновениях? – с иронией в голосе спросил Пётр Павлович смотря на следователя поверх своих очков.
«Я докопаюсь до правды, чего бы этого не стоило. И сдержу своё слово», – мелькнуло в голове Гущина. Он сделал небольшую паузу, снова заглянув в свои документы. – Вам известно, что Полина была приёмной дочерью Фёдора?
– Нет. Я не знал… С ней что-то случилось?
– Она исчезла.
***
В гостинице «Маяк».
Гущин слегка коснулся двери в свою комнату, и она медленно стала открываться с оглушительным скрипом. Он ждал до тех пор, пока глаза не привыкнут к полумраку освещенному тусклым светом коридорных ламп. У окна Ян заметил легкое мерцание разлитой на полу темной жидкости. Всё ещё стоя у входа, он начал ощущать поначалу еле уловимый сладковатый запах, который перерос в отвратительный смрад состоящий скорее из смеси запахов. Сочившиеся зловоние то и дело подхватывалось потоками сквозняка и в такие моменты этот удушливый смрад становился не выносимым. Это был гнетущий запах крови, смешанный с чем-то ещё. Крепко сжимая пистолет в руке Ян шагнул внутрь комнаты.
Стояла мёртвая тишина и только тяжелые шторы качались из стороны в сторону в углу комнаты. Напрягая глаза Ян из-за всех сил старался внимательно всматриваться в полумрак, наводя пистолет то на непроглядную темноту в углах, то на монотонно колышущиеся ткань. Сердцебиение с шумом отдавалось в затылке. Ян потянулся к выключателю света. Освещение в комнате включилось с ослепительной яркостью, и вместе с тем последовал звонкий хлопок. Гущин отпрянул назад, но остановился на полушаге, это был звук лопнувшей лампочки. Комната и всё крыло здания моментально погрузилось в темноту. Гущин молча стоял, прислушиваясь и стараясь дышать как можно тише. На лбу выступила испарина. Вдруг из комнаты стали доноситься негромкие звуки, и волосы на голове Гущина зашевелились от страха. Вспоминая потом этот момент Ян каждый раз пытался себя убедить, что это была всего лишь его разыгравшиеся фантазия, и на самом деле там никого не было. Но те звуки, которые он тогда услышал, стоя в пустой комнате, были знакомы многим людям, и при других обстоятельствах скорее даже не обратили на себя внимание. Гущину казалось, что смрад исходивший из комнаты вдруг стал ещё сильнее. Он почувствовал приступ панического ужаса, но стоял на месте не в силах пошевелиться. У Яна когда-то был собственный кот, и те звуки, что он услышал в темноте, были ему до боли знакомы. Это были звуки лакающей кошки! Но что могло лакать кровь в темноте? Вдруг откуда-то снизу послышались спасительные шаркающие шаги, и знакомый кряхтящий голос консьержа. Все звуки в комнате затихли.
– Гадские пробки, снова выбило! – гаркнул поднимавшийся на верх Милош с ручным фонарём. – Матерь божья! Это вы, пан? Вы так побледнели, будто бы увидели призрака! Что случилось?
– Свет, быстрей! Туда! – еле дыша проговорил Ян.
Консьерж не заметил в руках Гущина пистолета, потому что стоял со спины и светил внутрь комнаты.
– Вы что-нибудь слышали? Свет… Свет в моей комнате выключился, когда я нажал на выключатель…
– Нет, пан, ничего. Если хотите знать моё мнение…
– Нет, не хочу, – не оборачиваясь грубо перебил его следователь. – Сейчас же восстановите электричество любыми способами! Вы меня слышали? После чего…
Но вместо ответа, до слуха Гущина донеслись обрывки бранной речи консьержа, который поспешно зашёл за поворот, и вместе с ним исчез свет фонаря. Видимо где-то поблизости находился распределительный щиток, где консьерж и восстановил положение рубильников. Освещение восстановилось. С бледным лицом Ян снова шагнул внутрь, зайдя он увидел то, что ожидал. На полу возле окна была огромная багровая лужа, которая и источала ужасный запах.
– Милош! Срочно вернитесь! – выкрикнул Ян в коридор.
Через некоторое время отозвался грубый голос приближающегося консьержа:
– Я вам в няньки нанимался? – затем уже значительно тише, почти шёпотом. – Откуда этот ужасный запах? Снова, что-то на кухне протухло…
Милош неохотно подошёл и уже собирался высказать всё, что он думал о Гущине, но тот его опередил, и с металлическими нотками в голосе сказал:
– Вызывай милицию, тут убийство.
Консьержа всего будто бы перекосило, нижняя челюсть отвисла. Выпучив глаза, он непонимающе переспросил:
– Что-что убийство?
– Вызывай милицию, живо! – рявкнул Гущин, и только после этого консьерж поспешно побежал вниз.
Перешагивая через лужу Ян осторожно подошёл к окну и отодвинул штору, он точно помнил, что не оставлял окно открытым, когда уходил. Его подозрения оправдались, оконное стекло было выбито, а стёкла лежали на подоконнике. На фоне темноты разбитые окно выглядело словно разинутая пасть чудовища. Обломки стекла были покрыты какой-то густой зеленоватой жидкостью, от которой шёл отвратительный запах. Посмотрев вниз через раму Ян смог разглядеть очертания длинной мостовой, которая тянулась вдоль берега озера. Там никого не было.
В самом углу комнаты лежал забрызганный кровью ботинок.
«Сорок пятый… Кхм… И следы белой краски на краю подошвы», – подметил следователь.
Пройдя к противоположной стороне, он обнаружил натоптанные следы белой краски за другой шторой, но размер подошвы был другой. Ян остановился, достав сигарету.
***
Милиция прибыла в гостиную через час. Всё это время Гущин осторожно осматривал каждую деталь в комнате. В его голове наклёвывалась разгадка ночного кошмара. Но, Ян пока не собирался делиться своими мыслями, тем более в его рассуждениях не хватало важных деталей. Всё было ясно для Гущина. Двое выбили снаружи окно и попали внутрь комнаты, затем между вошедшими произошла сора из-за того, что в комнате не нашлось ничего ценного. И один убил другого. Орудием убийства был нож или другой острый предмет. В результате
