её и поверь, найдут, — герцог засмеялся. — Это она, ведьма, короля опоила чем-то, вот он и поддался на её чары. Вовремя выяснилось всё, а то бы…
— Что, то бы? — Никас задавал вопросы осторожно, и думал про себя: «Пусть злорадствует, лишь бы побольше рассказал. Были бы на поле битвы, одним махом меча башку бы ему срубил… На коне-то ездит кое-как, держится за поручни. Только и умеет интриги выстраивать, ну-у… ещё рано сдаваться»
— Опаивала мать твоя короля, а то зелье что королева готовила, эта ведьма, мать твоя, подменяла. Вовремя мы поняли, да только лежит теперь король при смерти. Правителю навредила, за такое знаешь, что полагается? — герцог ядовито, со злым шёпотом выплёвывал слова.
Никас промолчал.
— Смертная казнь. Твою мать найдут и прилюдно казнят!
Никас продолжал молчать. События становились всё печальнее и печальнее. Он ехал, слушал герцога и из полученной информации восстанавливал реальную картинку происходящего.
«Выходит, — думал он, — мать хотела вылечить отца, и раз он на какое-то время пришёл в себя — у неё получилось. Так значит это она его пыталась защитить, рисковала собой. И где сейчас мама? А настоящие преступники — вон как всё вывернули. И ведь это они чем-то травили отца… Если он при смерти… Обидно, что пока он защищал границы королевства и укреплял позиции… эти мрази действовали в тихую и вершили свои делишки»
Никас не боялся смерти — он воин. И рисковать жизнью привык. Каждый бой может быть последним. Но страх за близких… Именно защищая родных воины мужественно сражаются. Это только наёмники из-за денег воюют, поэтому и с поля боя тикают так, что только пятки сверкают.
— Вот принц Никас и подъехали. Тут ваше новое жильё и надеюсь оно Вам не успеет надоесть, — герцог мерзко засмеялся. — Двум принцам в одном королевстве, даже от одной матери тесно, а уж от разных. Сами понимаете, выживает сильнейший. Прошу принц, я вас сопровожу до помещеньица и сам, лично закрою двери. Не стесняйся, Никас, проходи.
Герцог любовался сам собою, говорил бойко, радостно и намеренно забыв про формальности обращался к нему как к простолюдину.
Никасу было всё равно. У него есть друзья, которые уже, скорее всего начали действовать.
Глава 8
В камере было темно и сыро. Ночи и дни смешались в сознании Никаса. Чтобы не забыться от однообразия, он стал на стене оставлять черточки.
Из мебели у него была только лежанка из соломы. Стражники приносили один раз в день еду и воду. Скудно кормили, давали только кусок чёрствого хлеба. Но и это не волновало принца. Под вечер выводили прогуляться, ну и справить нужду.
Стражники молча давали еду. Молча выводили на прогулку. И что происходит там, за стенами темницы, Никас не знал.
По началу Никас думал, что всё закончится быстро, но дни летели и вот уже пять десятков чёрточек он нащупал на стене, не веря себе, ещё раз пересчитал — всё верно, пятьдесят дней. А ведь и не сразу стал чертить, надеялся…
Всё что можно было передумать — передумал, а потом, чтобы от одиночества не свихнуться, до хрипоты горланил песни, но и это надоело. Тогда стал спать, впадать в забытье… и в какой-то момент наступило равнодушие.
И вот тогда он заметил это чудо. Никас каждый день ждал этот момент. В отверстие, которое служило типа окошком, проникал настоящий, солнечный лучик. Лучик двигался по стенке и привносил в мёртвое, уставшее от мрака пространство небольшой кусочек жизни. Почему-то именно этот лучик дал Никасу надежду на будущее.
Лучик всего на несколько минут заглядывал к нему в темницу, но в эти минуты Никас был счастлив и даже потом, когда лучик исчезал и наступал мрак он грелся мыслью, что завтра снова появится лучик, который уже в мыслях прозвал — лучиком надежды.
Дневной свет не освещал темницу. Да и через небольшое отверстие под потолком дневной свет выглядел как маленькое, светлое пятнышко — не живое… и ни мёртвое, а потом пятнышко тускнело… тускнело и исчезало.
Но вдруг, в коридоре послышался шум. Никас удивился и прислушался. Шаги, быстрые, беглые… Кто-то обходил камеры и простукивал.
— Принц Никас, вы здесь?
Расслышал Никас и сердце радостно забилось. Он подбежал к дверям и стал стучать. Не верилось. А может это мерещится?
— Принц Никас! — стучали в его камеру. — Вы здесь?
— Здесь! Ты кто? — хриплым, не своим голосом спросил Никас.
— Сташек я. Сейчас открою Вас. Граф Вольга и граф Берес уже идут, а я первее всех прибежал. Сейчас открою! Тут на щеколду закрыто. Вы дверь подтолкните изнутри.
— Конечно! — и Никас навалился всем телом на дверь. — Получается?
— Ага, во зараза, пошла потихоньку. Это ж какую силищу надо иметь. Они хоть открывали Вас? Так, так… ещё подтолкните… пошла… пошла.
Послышался долгожданный щелчок.
— Фу-у… принц Никас, всё… берегитесь, щас-с я эту железяку двину.
Никас отошёл… И в это время солнечный лучик заскользил по стене.
— Ну вот, дружочек, ухожу, — прошептал Никас глядя на лучик.
Дверь распахнулась и появился Сташек с факелом в руке, и будто бы во сне… Никас замер, а вдруг и правда, всё это сон?
— Идёмте отсюда, мой принц. Темень-то какая, — Сташек схватил его за руку и Никас понял, всё происходит реально.
— Идём, Сташек. И ты мне расскажи, почему ты здесь?
— Ой, мой принц, во дворце та-акое происходит. Вы не поверите.
Никас хмыкнул. Как всегда, Сташек сказал много, но, по сути, ничего не сказал.
В коридоре ещё появились люди с факелами.
— Принц Никас!
И это были Вольга и Берес.
— Мы здесь! — прокричал Сташек. — Вот пусть вам они, графья расскажут. Они лучше понимают, что происходит. Да и Тарков этих видели… как и Вы. Идёмте.
Наконец-то встретились. Никас всё ещё не верил в происходящее, но друзья обнимали его и трясли так, что остатки сомнений исчезли.
— Всё, братья, всё! Выведите меня на солнце, а то я так устал от мрака, — с хохотом попросил Никас.
Яркий свет ослепил его до слёз. Никас зажмурился, проморгался.
— Ну, и что же случилось. Как Вам удалось меня отсюда вызволить? — путаясь в мыслях спросил Никас.
— Да ты, брат, совсем одичал, — Вольга рассмеялся. — Видел бы ты себя. Зарос… бородатый, да они вообще ошалели? Принца в такое состояние…
— Ладно, Вольга, не пугай… Сташек, коня принцу приведи, где ты его привязал? — Берес более спокойный по характеру, ну и эмоции умел сдерживать.
— Так тут он, рядом. Я бегом!
Сташек привёл коня. Никас обхватил коня за морду и шумно вдохнул. Свобода! Запах коня, его пот
