Маска власти. Чувствуешь, как она становится частью тебя. Тут ничего не поделать, помимо того, что помнить, что это всего лишь маска, а не ты сам. Полезный, жизненно необходимый инструмент, но не ядро личности. Надеюсь, что у меня это получается.
Кольцо хирдманов-телохранителей, пристальное внимание внешнего круга охраны. И бросаемые в толпу слова, кратко и четко говорящие об одержанной победе, понесенных во имя нее жертвах. И о безопасности от печенежских набегов, поскольку земли по левому берегу Днепра теперь часть Руси.
Пустые слова? Нет уж, на редкие выкрики пытающихся принизить значение одержанных побед у меня было чем ответить. Быстро, наглядно, доступно любому, самому простому и не слишком умственно развитому крикуну. Вот они, ответы, идут под охраной хирдманов. Три хана, трое глав уничтоженных племен. Смотрите, люди, дивитесь и радуйтесь. Это все, что осталось от того, чего многие из вас боялись.
Что вы говорите? Ах оставшиеся печенежские племена! Ну да, есть и такие. Только что нам помешает еще раз наведаться в их кочевья и точно так же привести оставшихся ханов? Так же, со спутанными веревками руками, провести по улицам Киева, наглядно показывая рухнувшую силу степей. Ничего не помешает, потому что мы в силе это сделать.
Бедные хирдманы. Им приходилось сдерживать набор людской массы. Не только доброжелательный, это еще полбеды, но и агрессивный. Люди видели олицетворение бед, тех самых трех ханов и членов их семей. Вот и находились горячие головы, пытающиеся то вопить о необходимости разорвать их в клочья прямо здесь, то бросить подвернувшийся под руку камень. Одни хлопоты охране Ведь ими был получен четкий и однозначный приказ никто не должен пострадать. Вообще никто ни пленники, ни люди Киева. Вот и вертелись, как угорь на сковородке. Утихомиривая пытающуюся буянить часть толпы, порой используя ножны от клинков. Волшебное средство, доложу я вам, вкладывает ума через спину, а еще лучше через задницу. Посредством ударов, конечно.
Но что бы ни было, а дошли до родных мест. Позади радостные людские толпы, крики, остановки не тоько на площадях, но порой и посреди улиц. Все! Закончилось!
Знакомые и давно не виденные мною лица. Простые хирдманы, Елена с Софьей, Гуннар Бешеный, Рогнеда, которой уже давно не надо таиться, изображая покинувшую город. И Змейка! Чуток осунувшаяся от тех хлопот, которые наверняка на нее свалились за время моего отсутствия но все такая же прекрасная и опасная. Всех их я крайне рад видеть. Они же рады моему возвращению. Дом. Этим словом все сказано. Место, куда хочется возвращаться.
Костоломные и простые объятия, приветствия, целый ушат вопросов, на которые ответить я не мог бы, даже обзаведясь множеством голов, подобно гидре. Потому приходилось отшучиваться и обещать, что в самом скором времени, но не сейчас. Ведь надо же только-только прибывшему из долго похода конунгу отдохнуть, я супругой увидеться и прочее, прочее, прочее. А вот уважаемым встречающим лучше всего к небольшому пиру в честь победы приготовиться. Небольшому, точнее даже, совсем малому. Почему? Да потому как большой будет чуть позже, когда вернется наше войско.
Отбрыкался на малое время. Магнус же, как я и думал, уже ускользнул. Понес прятать добытое нами сокровище в самый надежный уголок дворца. Один из таковых, благо их тут было в достатке. Я же подхватил на руки пискнувшую от неожиданности Роксану и понес ее, невзирая на периодические попытки освободиться. Слабые попытки, не всерьез. Путь был известен, планы те более. Время это не критично. Ну а соваться в наши личные покои в подобные моменты никто и не подумает, тем более ничего экстраординарного произойти не может.
Парочка часов пролетела незаметно, но весьма приятным образом. Я лежал, лениво рассматривая потолок и жалея лишь об одном отсутствии сигареты. Эх, бессмысленные мечтания! До табака в этих краях многие сотни лет и еще больше сотни километров. Печально! Мда, единственная нотка печали в моем практически идеальном состоянии души и тела. Хотя нет, на правой руке моего тела сейчас лежит своим отнюдь не невесомым торсом Змейка. Еще немного полежит и рука точно малость занемеет. Мелочи, конечно, но лучше аккуратненько так ее извлечь.
— Эй, куда это собралась моя мягкая и живая подушка?
— Недалече, — улыбнулся я. Спасаю свою многострадальную лапу, на которой ты решила прикорнуть.
— А-а Ну спасай, спасай.
Ехидно протянув эти слова, Роксана извернулась и устроила свою голову теперь уже на моем животе. И, судя по замедлившемуся дыханию, решила продолжать свое пребывание в состоянии легкой дремы. Стоп, а поговорить!
Анекдот да и только. Обычно подобная мысль возникает у девушек, но тут и в данный момент времени все совсем наоборот. Забавно. Поговорить же действительно надо. Я личность любопытная, всегда хочу знать все и обо всем, что может оказаться полезным. Сейчас же рядом со мной пытается уснуть не просто любимая девушка, а еще и бесценный источник информации о случившемся в Киеве и вокруг за все время моего отсутствия. Не судьба тебе сейчас поспать, красотка!
— Хальфдан! Дай поспать, я уже устала Потом приставать будешь!
— Потом непременно буду и как раз в том смысле, о котором ты подумала, — ласково произнес я, еле-еле проводя кончиками пальцев по изгибам роскошного тела воительницы. Знал, что это ее точно пробудит и не даст вновь ускользнуть в страну грез. Сейчас другое Меня долго не было
— Уж я заметила!
— и хочется хотя бы кратенько, но узнать, что из числа действительно важных событий произошло за время моего отсутствия. — А кто, как не ты, лучше других может это сделать?
Любит Змейка, когда я так, между делом, признаю ее важность и нужность в государственных делах. Тут не красивые слова о ее теле, а другое, более ее радующее. Особенности характера воительницы, переключившейся с боев с мечом в руке на сражение при помощи ума, хитрости и использования всего арсенала средств правителя. Тех самых, частью которых могла, как супруга конунга, пользоваться, особенно в мое отсутствие.
— У нас все хорошо. В Киеве спокойно, по другим городам тоже. Разве что из Польши к нам отъехало больше людей, чем мы думали. И поток пока не прекращается, хотя и снизился.
— Это не страшно. Левобережье Днепра их ждет. Пусть станут щитом от возможных попыток перейти реку.
— Сейчас?
— Позже. Одними печенегами не обойдемся. Врагов у нас хватает.
— А-а тогда ясно.
Немного поворочавшись, Роксана все же решила встать и набросить на себя что-нибудь. Хоть и лето, а легкая шелковая ткань не помешает. Хотя бы так, красоты ради, а не согрева для. Смотрелся этот процесс весьма эротично.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
