— Все страньше и страньше Про подобное я еще не слышал. Вот видишь как вредно покидать столицу, пусть даже ради важных битв. Сразу обнаруживаешь, что соседи строят козни, а ты даже не догадываешься про все про это. Я очень внимательно слушаю тебя, Рокси. Я слушаю
Вот только порадовать меня чем-то определенным Змейка пока не могла. Так, предположения и не более того. Конкретных вестей стоило ждать в течение ближайшего месяца, когда вернутся прознатчики Тайной Стражи и жриц Лады. Пока же стоило заняться неотложными делами весьма, кстати, приятными, в отличие от тех, которые одолевали последние месяц.
Для начала, стоило подготовиться к прзднованию по поводу как победы над печенегами, так и на предмет возвращения на Русь черепа Святослава. И праздник будет состоять не только и народных гуляний, но и из настоящего приема. Кого следует пригласить, помимо совсем своих? Естественно посланников иных стран. Пусть полюбуются. Будем их впечатлять мощью Руси, а заодно вешать лапшу на уши, демонстрируя свое желание и дальше развивать наступление на Восток, прихватывать там новые и новые земли. Пусть слышат, пусть верят. А под шумок пройдет главное переговоры с посланником от венедских племен и окончательное решение вопроса с йомсвикингами.
Роксана мои намерения целиком и полностью поддерживала, но не могла не полюбопытствовать насчет не самого приятного. Насчет Белой Вежи. И что я мог ответить, помимо обычного:
— Будем надеяться, что Эйрик успеет вытащить из тамошнего пекла хоть немного живых. Мы знали, что по-всякому может случиться. Это осознанная жертва.
— Боюсь, если не удастся спасти и малой части, то кое-кто из посланников сумеет испортить празднование, пустив такие слухи, что любую самую горькую правду затмят, — вздохнула Змейка, вставая с ложа обходя комнату в поисках разбросанной в разные стороны одежды. И ведь не скроешь ничего. Стоит Эйрику вернуться, всем все будет ясно.
— Это и так будет частью праздник, частью тризна по тем, кто сложил голову в печенежских степях. К тому же, как ни печально, но творящееся в Белой Веже поможет убедить посланников в том, что мы и дальше смотрим на Восток и только туда.
— Хазары? — мигом вскинулась Змейка и, отвлекшись, от надевания штанов. Чуть было не растянулась на полу. Кратко выругалась, помянув потроха Хель, после чего добавила. — А ты ведь прав, Хальфдан. Мы под это может хоть найм в иных землях производить, хоть войско пополнять, хоть что иное делать. Никто и слова не скажет, и подозревать ни в чем таком не станет. Главное западные рубежи не оголять, опасно это.
— Приятно, когда столь близкий человек еще и в делах княжества понимает.
Роксана, наконец справившаяся с непокорными штанами, довольно ухмыльнулась и подмигнула мне. Дескать, я ого-го какая! А я спорить даже не собирался. Действительно, повезло с ней. Как ни крути. И плевать на ворчания кое-кого из давно осевших на Руси варяжских родов и тем паче на злопыхания среди посланников и их окружения.
А хазары? Пусть отвлекают внимание тех, кто за нами пристано наблюдать вознамерился. Спускать им заварушку с Белой Вежей, само собой, никто не собирается. Заплатят сполна, как минимум выдав голой всех прямо и косвенно причастных к нападению. В качестве же мотиватора выступит собираемое войско. Нам по-любому надо, во-первых, восстановить численность и качественный состав, что поредели в боях с печенегами. Во-вторых же Насос, что выкачивает из Польши и прочих христианизируемых земель людей, сохраняющих верность исконным богам, продолжает работать. И пока поток не иссяк в силу естественных причин, исхитриться сделать так, чтобы прибывшие на Русь оказались и полезными нам, и в то же время почувствовали себя ДОМА. Вот такая тонкая грань, по которой придется пройти, ни разу не споткнувшись и тем более не навернувшись.
Сложно? А просто в любые времена лишь сидеть на попе ровно и ни черта не делать, надеясь на других. Не мое это, совсем не мое. Поэтому пусть жизнь движется своим чередом, а мы сделаем все возможное, чтобы переломить не устраивающие нас моменты под собственные желания. И горе тем, кто попробует нам в этом помешать.
Эпилог
Август (зарев), 988 год. Белая Вежа.Крепость умирала. Равно как и ее защитники. Сотник Бажан, неожиданно для себя ставший командиром оставшихся в живых воинов, понимал это получше многих. Хотя Другие тоже все понимали, просто не могли сказать, сколько точно времени им отпущено при тех или иных действиях врага. Он же. Бывший правой рукой ныне погибшего Чеслава, знал.
Они до сих пор держались лишь благодаря тому, что крепость Белой Вежи была построена довольно необычно, располагаясь на мысе, отделенном от берега глубоким и широким рвом. Высокие стены, в самом низком своем месте превышающие полтора десятка аршин (аршин равен 07 метра), усиленные в ключевых местах башнями, где так хорошо устанавливать камнеметы и стрелометы. Что тут скажешь, ромеям в умении строить крепости еще никто не отказывал.
Предусмотрели строители и возможность, когда осаждающие врываются в пределы крепости. Тогда защитники, спокойно и не особенно суетясь, отступают на юго-западную сторону. Туда, где поперечная стена столь же высокая и прочная, отделяла меньшую часть крепости.
Ну и как последняя твердыня приземистая и совсем уж слабоприступная квадратная башня, куда при крайней нужде отступали последние защитники. Внутри имелись не только места для размещения пары сотен людей, но и солидные запасы еды, воды, боевого припаса. Что ни говори, а Белая Вежа была хорошо защищена.
Только любую защиту можно преодолеть, особенно если использовать высокое умение осаждающих или же просто заваливать преграды трупами. Бажан аж заскрипел зубами, вспоминая не столь уж и давние события.
Как и предупреждала Любава жрица Лады, по поручению князя Хальфдана прикинувшаяся Рогнедой Полоцкой вражеской войско появилось спустя четыре дня. И сразу было ясно, что его вполне достаточно не только для долгой осады, но и для быстрого приступа с зачастую присущими тому огромными потерями.
Сначала Чеслав, наместник Белой Вежи. Надеялся потянуть время, вступив в переговоры с главой подступившего к городу войска. Однако сын хазарского кагана Барджиль был настроен не на разговоры, а только на бой. Равно как и его немалое войско, в котором собственно хазар было малое число. Остальную и большую часть составляли наемники: булгары, касоги, печенеги и прочие. Чувствовалось, что тут замешаны не просто большие, а очень большие деньги. Те самые, которых у не наследного и не особо любимого сынка кагана просто не могло быть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
