бы добавила! И всем остальным обидчикам, которые считают меня разменной монетой!
И в этот самый момент… что-то происходит. Что-то невероятное.
Яркая, ослепительная вспышка воспоминаний — не чужих, которые принадлежали Айлин, а моих собственных, таких живых, таких настоящих.
Нортвуд.
Залитая солнцем площадь, которую мы с таким трудом и такой любовью украшали к Скорбному Пиру.
Смеющиеся лица детей, с восторгом уплетающих мои леденцы и попкорн.
Благодарный, полный слез взгляд матери мальчика, которого мы с Тиареном вытащили буквально с того света.
Теплое, дружеское пожатие руки Тиарена, его умные, понимающие глаза.
Уважение во взгляде Гаррета, его тихая, но такая важная поддержка.
И… пронзительный, испытывающий, но уже не такой холодный взгляд Рейнара, в котором на одно короткое, незабываемое мгновение промелькнуло что-то большее, чем просто долг или любопытство. Что-то настоящее.
Я так отчаянно, так всем сердцем хочу все это защитить! Сохранить! Не дать разрушить этому безумному оборотню!
Это желание — такое сильное, такое всепоглощающее, такое искреннее…
Внезапно по всему телу разливается обжигающее, почти болезненное тепло, словно в мои жилы, в каждую мою клеточку влили расплавленное золото, смешанное с электричеством.
Сила⁈
Невероятная, пьянящая, забытая этим телом, но такая знакомая, такая желанная!
Она пульсирует, рвется наружу, наполняя меня до краев!
Я сама не понимаю, что происходит, но инстинктивно, повинуясь какому-то древнему, глубинному зову, вскидываю руки перед собой, выставляя ладони навстречу летящему в меня черному сгустку магии Нортона.
И в тот же миг черный снаряд врезается в невидимый, но ощутимый щит, который вспыхивает вокруг меня ярким, изумрудно-зеленым, почти живым светом!
Удар!
Оглушительный звон, от которого закладывает уши!
Черный сгусток магии Нортона, эта концентрированная тьма и ярость, рассыпается мириадами безвредных, быстро гаснущих искр.
Я стою, тяжело дыша, не веря своим глазам, глядя на свои руки, которые все еще светятся слабым, пульсирующим зеленым сиянием.
Магия? Она вернулась к Айлин?
Или… она появилась конкретно у меня?
Я не знаю! Но это… это просто невероятно!
У меня получилось! Я смогла!
Меня переполняют эмоции — шок, восторг, какой-то дикий, первобытный триумф! И еще… еще какое-то странное, едва уловимое, но такое отчетливое ощущение. Словно в этот самый миг, когда во мне проснулась эта сила, между мной и кем-то очень далеким, но таким важным… протянулась невидимая, но прочная нить.
Теплая, живая, пульсирующая в такт моему сердцу.
Рейнар…
Нортон в ярости. Он не ожидал такого. Его лицо искажено злобой и… недоумением? Страхом?
— Не может быть! — ревет он, и в его голосе уже нет прежней уверенности. — Откуда⁈ У тебя не должно быть столько силы!
Он снова посылает в меня заряд темной магии, еще более мощный, еще более яростный. Но я уже не та беспомощная, испуганная девчонка, что была всего лишь минуту назад.
Я снова выставляю руки, и зеленый щит вспыхивает еще ярче, еще увереннее, с легкостью отражая его атаку.
Страха почти нет. Есть только азарт, пьянящее чувство обретенной силы и желание… желание показать этому зарвавшемуся оборотню, где раки зимуют!
Ну что, волчара, получил по зубам⁈ Думал, я легкая добыча⁈ Как бы не так!
Он понимает, что его магия против моей почему-то не работает. И тогда он делает то, что всегда делают не особо сообразительные мужчины, когда не могут добиться своего умом или силой духа.
Он просто кидается на меня в рукопашную, как разъяренный, раненый зверь, забыв о всякой осторожности. Его жертвенный нож со зловещим блеском сверкает в его когтистой лапе.
Мой зеленый щит вспыхивает, пытаясь остановить его, но черный обсидиан кинжала, видимо, тоже не прост — он с оглушительным треском, от которого у меня закладывает уши, пробивает мою только что обретенную защиту, осыпая ее снопом зеленых, быстро гаснущих искр.
И в следующую секунду его пальцы, твердые, как стальные клещи, снова сжимаются на моей шее, впиваясь в кожу.
Холодное, острое лезвие жертвенного ножа прижимается к моему горлу, и я чувствую, как по нему стекает тонкая струйка крови.
— Мне уже наплевать, кто станет жертвой! — рычит он мне в лицо, его глаза горят адским, безумным огнем. — Но я ни за что не допущу, чтобы ты сбежала от меня, Лисанна! Никогда!
Глава 57
Кровь стучит в висках так громко, что заглушает рычание Нортона.
Ледяное, зазубренное лезвие обсидианового ножа обжигает кожу на шее.
Все. Это точно конец.
Воздуха отчаянно не хватает, перед глазами пляшут черные точки, а в голове — одна-единственная мысль: «Неужели вот так глупо, вот так бессмысленно закончится моя вторая жизнь, так толком и не начавшись?»
Я чувствую горячее дыхание Нортона на своей коже, вижу этот безумный, хищный огонь в его желтых глазах.
Он сейчас расправится со мной.
Жестоко и безжалостно.
И никто не придет на помощь. Тиарен, Горгон… они слишком далеко.
И в тот самый, самый момент, когда я уже мысленно прощаюсь с этим безумным, полным опасностей, но таким неожиданно ставшим мне дорогим миром, когда лезвие ножа уже впивается в мою плоть… где-то над нами, над нашими головами, раздается оглушительный, сотрясающий все это древнее подземелье до самого основания грохот!
Даже не так… ГРОХОТ!
Такой невероятной силы, что земля под ногами буквально вздрагивает, а с высокого, куполообразного потолка с оглушительным треском сыплются камни, пыль и куски мха.
Я в панике распахиваю глаза, инстинктивно пытаясь понять, что происходит.
Неужели это те самые взрывы, которые мы слышали в деревне, каким-то образом добрались и сюда? Неужели весь Нортвуд сейчас взлетает на воздух, погребая нас под своими обломками⁈
Или это просто древняя пещера не выдержала нашего присутствия и решила обрушиться нам на головы?
Господи, да за что мне все это⁈
Из огня да в полымя, как говорится! Только выбралась из одной передряги, как тут же угодила в другую, еще хуже!
Но нет. Это не просто обвал.
Огромная часть сводчатого потолка прямо над нами, там, где должен был находиться черный саркофаг и этот жуткий жертвенный алтарь, с оглушительным треском и ревом рушится вниз, образуя в потолке гигантскую, рваную дыру, сквозь которую в клубах пыли и каменной крошки врывается… неровный, призрачный свет кровавой луны?
Нет, что-то еще…
В эту дыру, с яростным, перекрывающим все остальные звуки ревом, от которого у меня закладывает уши и вибрирует каждая клеточка тела, влетает…
Огромное, чешуйчатое, крылатое чудовище!
Дракон!
Самый настоящий, живой дракон!
Я замираю, не в силах отвести взгляд, забыв про нож у своего горла, про Нортона, про все
