всем телом.
«Бекки, я не могу. Слишком много всего произошло, чтобы это можно было исправить. Как я могу снова доверять тебе?»
«Я знаю. Мне так жаль. Я разрушила все шансы на то, что мы сможем снова быть вместе в будущем, будучи глупой и эгоистичной. Я бы сделала все возможное, чтобы изменить это», — всхлипывала она, положив голову мне на грудь.
«Я знаю», — сказал я. «Но уже слишком поздно для этого».
Она повернулась ко мне лицом, посмотрела в мои глаза и медленно прикоснулась губами к моим. Я потерял свою решимость от этого прикосновения и поцеловал ее в ответ, наши губы разошлись, а языки сплелись. Бекки крепко обняла меня, вжимаясь в меня, вызывая реакцию, которой я не хотел. Потребовалось мгновение, но я восстановил контроль, разорвал поцелуй и отпустил ее.
«Бекки, нет!» мягко сказал я.
«Ты говоришь «нет», но твое тело говорит «да», и твои глаза тоже».
«Я не могу», — прохрипел я.
«Ты мгновенно стал твердым и возбудил меня, что мои трусики намокли!»
Я начал идти обратно в сторону школы, Бекки быстро шла следом, чтобы догнать меня.
«Ты придешь навестить моих родителей и поужинаешь с нами?»
«Я действительно не могу», — сказал я, но мой голос выдал меня.
«Я позвоню тебе!» — сказала она.
Мы дошли до Старшей школы, она обняла меня, поцеловала в щеку и села в автобус, чтобы отправиться домой. Я подвозил Синди и Мэри домой, нашел их, и мы пошли к парковке. Я остановился, когда мы повернули за угол. Прислонившись к моей машине, стояла очень сердитая болельщица. Она скрестила руки и нахмурилась.
Я сказал Мэри и Синди, что мне нужно несколько минут, подошел к машине и попросил Бетани пройтись со мной.
«Какого хрена, Стив? Я видела тебя с Бекки. Почему? Что, блядь, происходит?» — набросилась она на меня.
Я был потрясен таким гневным ответом. Было очевидно, что когда мы с Бекки проходили мимо поля, где тренировались чирлидерши, Бетани видела, как мы обнимались и целовались.
«Бетани, пожалуйста, успокойся. Бекки просто попросила поговорить со мной».
«Это был не разговор! Я знаю, что я видела!»
«Между мной и Бекки абсолютно ничего не происходит».
«Это чушь, и ты это знаешь! Вы шли к средней школе, держась за руки. На обратном пути ТЫ обнял ее. Ты поцеловал ее по-французски, и она прижалась к тебе всем телом. Твои руки были крепко связаны с ней, Стив!»
«Я действительно обнял ее, но она взяла меня за руку. Она поцеловала меня. Она вжалась в меня всем телом».
«Она взяла твою руку, но ты продолжал держать ее, пока шел с ней! Ты обнимал ее! Ты целовал ее! Почему?»
«Я не знаю», — вздохнул я.
«Иди домой и подумай об этом. Когда разберешься, дай мне знать», — сказала она и, повернувшись, ушла.
Я зашаркал обратно к своей машине, стараясь не встречаться глазами с Мэри или Синди.
«Ну, я думаю, именно это Стефани имела в виду, говоря, что не надо быть ебаным идиотом», — сказала Мэри.
«Что я пропустила?» спросила Синди.
«О, у Стива есть история с той девушкой из Индиан Хилл, и, похоже, Бетани это не нравится. Это не слишком удивительно, поскольку именно из-за этой девушки Стив и Дженнифер расстались в конце первого курса. Я также предполагаю, что Стиву очень сильно достанется от сестры, когда он вернется домой», — сказала Мэри.
«Эта девушка? Что, черт возьми, он мог в ней найти по сравнению с Дженнифер или Бетани?» спросила Синди, затем повернулась ко мне и сказала: «Стив, если тебе нужно что-то на стороне, приходи ко мне. Забудь эту девушку из Индиан Хилл! Ты знаешь, что это тело НАМНОГО лучше, чем у нее! И я сделаю все, что ты захочешь!».
Мэри рассмеялась: «О, ему не нужно ничего на стороне. Он и Дебби Вон делают это очень горячо и жестко!»
«Просто садитесь в машину, девочки. Мне нужно домой», — сказал я с легким раздражением.
Они сели в машину, я выехал с парковки и направился домой. Я высадил их у дома на Клондайке, а когда вернулся домой, сразу же принялся за ужин, так как опоздал уже на пять минут.
Стефани посмотрела на меня и тут же нахмурилась. Она ничего не сказала, но я мог сказать, что она читает мое настроение и ей не нравится то, что она видит. Я закончил есть и помог с посудой. Стефани все это время смотрела на меня. У меня не было ответа на вопрос, который она собиралась задать. Мы закончили мыть посуду, и я пошел по коридору в свою комнату, Стефани шла за мной по пятам.
«Что ты сделал?» — потребовала она.
«Я видел Бекки».
«Ты ебаный идиот! По твоему лицу я вижу, что между вами что-то произошло».
«Мы пошли прогуляться, чтобы поговорить. Бетани увидела нас и очень расстроилась».
«Что она увидела?» прошипела Стефани. «Я знаю, что что-то произошло».
«Мы шли и держались за руки. Мы говорили о ребенке, она расстроилась, и я обнял ее. Она поцеловала меня, и я поцеловал ее в ответ, и мы очень крепко обнялись».
«Бетани видела, как вы целовались и прижимались друг к другу, и расстроилась?»
«Да».
«Ты ебаный идиот!» — прошипела она. «Ты абсолютный ебаный идиот! Что у тебя с этой сукой? Она обманула тебя и пыталась заманить в ловушку. А теперь ты с ней целуешься? Знаешь что, Стив? Если ты хочешь быть ебаным идиотом, будь им. Иди к Бекки. Трахайтесь друг с другом. Надеюсь, оно того стоит, потому что если ты это сделаешь, ты никогда не прикоснешься ко мне, никогда!».
Она повернулась и вышла из комнаты.
Проблема была в том, что Бекки была права. Я все еще что-то чувствовал к ней. Когда она поцеловала меня, это всколыхнуло старые чувства, которые я испытывал к ней до того, как мы расстались. Я хотел пойти на ужин, увидеть ее родителей и поговорить с ней. Но это разрушило бы все, что у меня было с Бетани, и я бы выбросил свои отношения с сестрой. Я бросил бы все это ради девушки, которая заманила меня в ловушку, забеременев.
Я пытался понять, что именно продолжало тянуть меня к ней. Я сказал Бекки, что ни за что на свете не смогу ей больше доверять, и я был уверен, что так оно и есть. Я мог простить многое, но это было то, что я не мог ни простить, ни забыть. Она сказала,
