не так, как ты думаешь. Назови это женской интуицией».
С этими словами она обняла меня и направилась домой. Мне нужно было сделать домашнее задание, так что это было как раз кстати.
Книга 4 - Бетани. Глава 23: Новое пламя
Сентябрь, 1980, Милфорд, Огайо
В четверг все с Бетани казалось нормальным. После школы я помогал миссис Сейм с презентацией программы обмена YFU. В ней участвовали шесть второкурсников, и я около пяти минут рассказывал о своем опыте и отвечал на вопросы. По моему мнению, только одна из учениц была действительно серьезной кандидаткой, второкурсница по имени Джо Филмор. Я немного поговорил с ней после презентации, и она сказала, что заполнит заявление. Я сказал ей, что буду рад помочь ей во всем, в чем она нуждается.
Когда мы закончили, я поехал домой к Доне на ужин. Ее мама прекрасно готовила. Казалось, что все мамы в округе отлично готовят. Я подумал о том, что я не работал над своей готовкой, хотя стоило бы, и сделал мысленную заметку начать снова. Я хотел уметь приготовить вкусные блюда на неделю, которую мы со Стефани проведем вместе. Я заметил, что мои мысли снова блуждают, но, к счастью, в этот момент никто не разговаривал со мной.
После ужина Том спросил меня, знаю ли я что-нибудь об оружии. Я рассказал ему, что научился стрелять в шесть лет, и он показал мне свою коллекцию винтовок, ружей и пистолетов и предложил взять меня на охоту или пострелять в любое время, когда я захочу. Он не скрывал, что показал новому другу своей дочери свое оружие.
«Дона — самостоятельная девушка, Стив», — сказал он со своим сельским говором. «Не думай, что я показываю тебе это, чтобы предостеречь тебя. Ты ей очень нравишься, и я не тот, кто встанет у нее на пути!» — усмехнулся он. «Дай мне знать, если захочешь пойти со мной на охоту, или если тебе когда-нибудь понадобится одолжить ружье, чтобы пострелять вредителей на своей земле».
Я рассмеялся. Он был из глубинки Теннесси, и его слово «вредители» звучало странно для моих ушей. Вилма, мама Доны, была родом из захолустного Кентукки и говорила с таким же сельским говорком. Дона не переняла акцент своих родителей, но имела вполне стандартный акцент южного Огайо и не использовала тот же сленг, что и ее родители. Она родилась в Кентукки, но они переехали в Милфорд, когда ей было восемь лет.
Проведя несколько часов в беседе с Доной и ее родителями, я почувствовал, что мне приятно находиться рядом с ними. Я понял, что я им понравился, когда ни один из них даже не обратил внимания на то, что Дона села ко мне на колени на диване, чтобы поговорить, как будто это было самым обычным делом! Я был удивлен, что она сделала это на нашем, по сути, втором свидании. Но, наверное, можно назвать это третьим свиданием, если учитывать фестиваль.
Около 21:00 ее родители ушли и легли спать. Дона сказала мне, что обычно они ложатся спать около 21:00 и встают до рассвета. Я сказал ей, что почти всегда встаю до рассвета, но в школьные вечера обычно ложусь спать не раньше 22:00–23:00. Дона встала, выключила все лампы, кроме тусклой в углу, включила телевизор, подошла и села рядом со мной. Я обнял ее, и мы немного посмотрели телевизор.
«Стив, можно меня поцеловать!» — прошептала она. «Разве ты не хочешь?»
Конечно, я хотел, но я сдерживался. Она не знала моей репутации, и я не хотел слишком торопить события. Оказалось, что у Доны были другие идеи. Я повернул голову, и мы коротко поцеловались, просто прикоснувшись губами, как после ужина и похода в кино. Я почувствовал вкус клубники. Я снова поцеловал ее, на этот раз наши губы задержались на мгновение, прежде чем мы разорвали поцелуй.
Я обнял ее за плечи и притянул ближе к себе, а она задрала ноги на диван и оперлась на мое плечо. Она положила руку мне на грудь, а другой рукой обхватила меня за спину и обняла за талию. Мы просидели так некоторое время в мерцающем свете телевизора.
Мои мысли были заняты Бетани и танцами на выпускном вечере. Пока что Дона мне очень нравилась, и мне нужно было сообщить Доне, что я уже иду на Вечер Выпускников, чтобы это не привело к серьезной ссоре еще до того, как все начнется.
«Ты знаешь, что Вечер Выпускников будет через пару недель, и я бы с удовольствием пригласил тебя, но у меня уже есть пара. У меня нет постоянной девушки, поэтому я попросил своего лучшего друга Бетани пойти со мной».
«Твой лучший друг — девушка?»
«Так было всегда на протяжении всей моей жизни. До Бетани это была девушка по имени София в Швеции, а до нее — Дженнифер, а потом мы стали встречаться, а до Дженнифер была Мелани, и так далее, вплоть до того времени, когда я был малышом в Калифорнии».
«Я разочарована, но не удивлена. Было бы непросто в короткий срок достать платье и все такое. Я знаю, что еще рано, но ты бы пошел со мной на танцы в День Сэди Хокинс?».
«Конечно, с удовольствием!»
«Хорошо! А теперь поцелуй меня еще раз, пожалуйста!»
Я наклонился для поцелуя, и наши губы встретились. Дона раздвинула губы в знак приглашения, и я просунул язык между ними. Она провела языком по моим губам и прижалась к моим губам сильнее. Она разорвала поцелуй, улыбнулась мне и прислонилась спиной к моему плечу. Около 21:45 я сказал Доне, что мне нужно идти, чтобы я мог вернуться домой и сделать небольшое домашнее задание, которое у меня было. Она проводила меня до двери, обняла и быстро чмокнула в губы.
«Ты делаешь что-нибудь завтра вечером?» спросил я.
«Нет. Ты снова хотел куда-нибудь сходить?».
«Да. Давай поужинаем, а потом можем вернуться ко мне домой и поплавать, если хочешь».
«С удовольствием. Почему бы тебе не заехать за мной около 17:00?».
«Тогда увидимся!»
Когда я пришел домой, я пошел в свою комнату и быстро сделал домашнее задание по математике. Я написал в дневнике и лег спать.
В пятницу за обедом я рассказал Бетани, что Дона пригласила меня на танец Сэди Хокинс.
«За три свидания? Уже потряс ее мир?» Бетани ухмыльнулась.
«К вашему сведению, мисс Умные Штанишки, любитель-психолог, все, что я сделал, это поцеловал ее четыре или пять
