Я смутилась, щеки и шея запылали. Сфинкс заглядывал в нашу комнату, пока мы с первородным предавались страсти, и определенно обо всем догадался…
Ковалль усмехнулся и поспешил успокоить:
— Для оборотней физические проявления страсти естественны, как еда и дыхание. Не стесняйся и не переживай, все нормально. Двусущие полжизни проводят голыми. И когда встречают единственную, пару, реагируют как и любые другие мужчины. Вот только одежда ничего не скрывает. Представь, что тогда, в кабинете Бриолиса, я оказался бы совершенно обнаженным… Ты обнаружила бы то же, что и сегодня, только в совершенно неожиданной обстановке. Там, где ничего интимного не планировалось. И я выглядел бы так достаточно долго. После подобных эмоциональных стриптизов оборотни относятся к потребностям тела спокойно, как к изменениям погоды. Дарлий просто мягко намекнул, что не стоит затягивать с любовными утехами. Потому что мы ведь должны позавтракать, подготовиться к важным переговорам. Возможно, ответить на какие-то вопросы, присланные вождями перед решающей сходкой.
Щеки и уши еще горели, поднять взгляд от пола не удавалось. Ковалль приобнял, осторожно погладил по голове, плечам и спине, шепнул на ухо:
— Ты такая милая, когда тушуешься вроде бы не к месту…
Горячее дыхание пощекотало шею. Я усмехнулась. Ну ведь и правда! Взрослая женщина, а туда же!
Подняла глаза и улыбнулась. Первородный тотчас вернул улыбку — такую чистую и мальчишескую, какой одаривал меня недавно.
Мы еще раз крепко прижались друг к другу и отстранились, чтобы одеться.
Холщовые рубашки и брюки оборотней вначале сели на нас как рубища. В мягких бежевых кроссовках из шкафа я могла ездить будто на лыжах. Но Ковалль, как всегда, сдержал обещание. Спустя несколько минут одежда уменьшилась и легла по телу, повторяя изгибы, впадины, выпуклости.
— Ты умеешь все — и даже больше? — усмехнулась я в сторону первородного.
Он посерьезнел и пожал плечами:
— Для магов времени моей молодости подобные фокусы — дело обычное. Мы и не такое с вещами творили. Но можем далеко не все и не каждый.
Не знаю почему, но сердце екнуло, тревога прошлась по телу холодом.
— Ковалль? Мы ведь победим Олтрикса? — Я робко шагнула в сторону первородного и вновь очутилась в его объятиях. Так чувствовала себя спокойной, расслабленной и защищенной от любых напастей.
— Конечно мы его одолеем, Рина! — уверенно и твердо ответил Ковалль. — Я ведь не раз уже это доказывал. Неужели ты еще во мне сомневаешься? Я победил Олтрикса в нашей молодости, затем одолел на космической станции… И обыграл сегодня на болотах. Я понимаю, что ты перенервничала. Но я был уверен, что Олт не рискнет навеки остаться совершенно без магии… Бессмертия, возможно, он и не лишился бы… Но на колдовство стал бы не способен… Конечно, я мысленно готовился и к худшему… Этот вариант не исключал. Но завершилось все как планировал…
— После того, что случилось… на болотах…
Ковалль погладил меня по голове, поднял лицо за подбородок и произнес прочувствованно, взволнованно:
— Рина… Я рассчитывал, что они остановятся. Маги панически боятся сыворотки. Не хотят полностью лишиться силы, вдобавок, возможно, стать еще и смертными. Кому как повезет, раз на раз не приходится… Оборотням заклятье тоже не выгодно. Оно отсекло бы части аур, лишив двусущих возможности обращаться. Надолго или навсегда — я не уверен. Но сразу подумал, что Олтрикс блефует. Хотя и худший вариант рассматривал.
Я дернулась, и глаза защипало, соленая влага обожгла веки. Ковалль заметил и добавил с чувством:
— Рина! Я тебе сейчас обещаю. Больше ничего подобного не случится. Спасибо тебе за твои переживания. Наверное, только тогда я и понял, что не зря прожил последние столетия.
Я прищурилась, вгляделась в лицо первородного и спросила то, что давно тревожило:
— Зачем ты работаешь на земные спецслужбы? Почему отправился на это задание? И не говори, что поверил обещаниям Олтрикса. Если бы так, то не подготовился бы. Не захватил достаточное количество сыворотки, не продумал в деталях нужное заклятье. Не начал моментально действовать по-своему. Признайся, ты ведь ожидал предательства?
Первородный вздохнул, слегка отстранился, его пальцы на моем подбородке погорячели.
— Я знал, что Олтрикс задумал нехорошее. Знал и о его прежних способностях. Даже я не смог бы обнаружить врагов, пока сам Олтрикс не позволил бы. Такова его сила первородного… Мы некогда воевали вместе с Олтриксом. Видишь ли, Рина… Я живу очень долго. Когда-то тоже был эгоистичным. Старался ради себя и близких. Не стремился спасать кого-то другого. Я бродил по планетам, мирам, измерениям. Брал, что захочется, сражался за нужное. Враждовал с другими первородными магами. Я не всегда действовал как сейчас. Возможно, раньше тебе не понравился бы. Но… Знаешь, со временем я понял, что сила дается не ради забавы. У любой мощи есть оборотные стороны. Стань я таким прежде, жена могла и не погибнуть… Кому много дано, с того много и спросится. Так всегда говаривала моя мама. И она, наверное, была права. Я решил, что стану помогать тем, кто себя защитить не в силах. Постараюсь сохранить мир на планетах, дать равные права сильным и слабым. Ведь вдумайся: если бы не люди, не ученые, урожденные самыми обычными смертными, не существовало бы нынешней техномагии. Они не наделены магическими способностями, не получили от природы сущности оборотней, но ум их, мудрость, фантазия, знания, упорство и труд не менее значимы. Именно смертные медики Бриолиса догадались, почему магические травмы не залечиваются бесследно и полностью. Мы, могучие и древние первородные, ничего подобного и не предполагали. Как раз благодаря смертным ученым я избавился от части шрамов на теле. Не то чтобы они очень тяготили… Пока не встретил тебя, не увидел, я и не думал о собственном уродстве… Но для многих колдунов, ворожей, оборотней это открытие стало судьбоносным. Они получили шанс восстановить утраченные руки, ноги и органы. И все благодаря именно смертным. Каждый вид важен, интересен по-своему. У каждого свое особое предназначение. Олтрикс неправ, считая, что магия — вот единственная сила и преимущество. Сыворотку против колдовской ауры придумали тоже смертные ученые, и они же научились вживлять людям волшебную энергетику чародеев и двусущих. Кто знает, может спустя столетия обычных смертных и вовсе не останется. При рождении каждому дадут магию, превратив в колдуна или же оборотня. Сейчас наука к тому и движется. Да, они не станут мощными. Чтобы этого добиться, придется полностью лишиться собственной уникальной энергетики. Как вы с Танюшкой во время комы. Но это слишком опасно и гибельно. Слишком велик риск для жизни. Но самые слабые колдовские способности, думаю, любому привить получится. Тем самым увеличив срок жизни. Я верю в способности каждого вида. Хочу, чтобы все они жили и развивались. Не люблю геноцид и замашки рабовладельцев. Рина, я не то чтобы хороший парень. Скорее не терплю слишком уж плохого. Я действовал отчасти вероломно с Мейдрисом. Напоминал про его договор с Бриолисом. И это было нечестно, неправильно. Я не горжусь своими поступками. Я просто колдун, не мученик, не святой. Просто чему-то за века научился…
