class="p1">Еще несколько отчаянных, голодных прощальных поцелуев, и я сползаю с его колен, отшатываюсь и неуверенно отхожу к тому самому стулу в углу. Молча поправляю платье и перекидываю через плечо волосы. А Аарон опрокидывается на спину, закрывает лицо руками и некоторое время молчит и не шевелится.
Наконец он поднимается.
Снова сигара, аромат дыма, его напряженное дыхание.
Он садится за стол и курит.
Мы не разговариваем. И это длится, и длится. Бесконечно.
— Ты сейчас, как кость поперек горла, — произносит он, — и я не только себя имею в виду, Неялин. Твой дар способен разрушить все планы заговорщиков. Ты продемонстрировала, что можешь за раз исцелить больше сорока человек. Чтобы подобраться ко мне или к королю им нужно лишить тебя магии. Ты должна быть осторожна. Ни на шаг не отходи от Нила.
Его забота лишь усугубляет мое отчаяние. Я вот-вот потеряю лицо, а ведь я никогда не была зависимой. Только если от спорта. Но то было в совершенно другой жизни. А теперь именно он — Аарон Элгарион — мой допинг.
Не так-то легко успокоиться.
Беру себя в руки.
Этот человек — чужой жених, а потом он станет чужим мужем. Мне просто нужно разлюбить его. Я, вообще, не просила эту любовь. Она сейчас совершенно неуместна.
— Аарон?
Он застывает за столом с сигаретой во рту. Сейчас он совершенно точно владеет собой, но в его глазах вспыхивает такая болезненная жажда, что я поскорее заталкиваю свои чувства так глубоко, чтобы и самой не найти.
— Между нами больше никогда ничего не будет, — говорю. — Но я не хочу, чтобы это повлияло на мою работу. И ты, — впервые я так к нему обращаюсь, — ты тоже можешь быть спокоен. Я не злюсь, не обижена и не испытываю к тебе ненависти. И я не рассчитываю на особое отношение. Эту тему мы закрываем.
— Самоуверенность, Неялин, тебе к лицу, — произносит он. — Ну, допустим.
— Я не стану лезть в вашу жизнь, никогда вас не упрекну тем, что было. Но и вы имейте ко мне уважение. Я не принадлежу вам.
Он хмурится.
— Спорно. Ты сказала, что любишь меня.
— Вы сказали мне то же самое. Но ведь это не значит, что вы — мой.
— Значит. Еще как, — без улыбки говорит он. — И так будет всегда. Я — твой. Даже, если это выглядит иначе.
— Вот сейчас я опять вас ненавижу.
Он смеется, вдыхает и смотрит на меня сквозь дым. Сигара тлеет в его пальцах.
— Не удивлен, — его взгляд томно скользит по моей одежде. — Я непростой человек, Нея, и очень ревнив. И не намерен смотреть, как кто-то вьется рядом с тобой. Прошу тебя, постарайся ни в кого не влюбляться, не играй со мной в эти игры, не затрагивай мою гордость. Я реагирую порой не так, как тебе бы хотелось. Я могу убивать, Нея. Я бываю жесток. Не испытывай меня, пожалуйста.
Это искренне. Он никогда не лжет.
И мне даже страшно от его слов. От того, что я влюбилась именно в такого человека.
— Удобная позиция.
— Дай мне время, — говорит он. — Я постараюсь. Обещаю, я подумаю над твоими словами. Возможно, когда-нибудь я буду готов тебя отпустить. Но не сейчас. И не в ближайшее время.
— Как я могу вам помочь?
Он слегка изгибает бровь, и я уточняю:
— Я имею в виду ситуацию с заговорщиками.
— Просто наблюдай и говори мне все, что увидишь. Любые реакции, обрывки фраз… Ты проводишь много времени с наставниками. Все они связаны разной степенью родства с Советом. Они слышат, знают, догадываются.
— Хорошо.
— Нам придется видится, Нея. Мне проблематично передвигаться по дворцу, поэтому ты будешь приходить ко мне. Я постараюсь свести эти встречи к минимуму.
— Хорошо.
— На этом все, — он сминает окурок в пепельнице.
— Милорд?
— Меня уже коробит от этого официального тона. Если уж мы перешли на «ты», давай это продолжим. Наедине, конечно.
— Я бы не хотела присутствовать на твоей свадьбе.
— Как и я на твоей, — бросает он. — И что?
— Разреши мне уехать в Арвал.
— Ты пропустила ту часть речи, где я просил тебя быть осторожной?
— Я возьму с собой Нила.
Аарон раздумывает.
— Срок? — уточняет.
— Хотя бы неделя.
Слегка поджимает верхнюю губу. Ему это не нравится.
— Ты пользуешься тем, что я готов разрешить тебе все на свете? — уточняет он.
— А это так?
— Не обольщайся.
Он снова колючий. Отгораживается этой своей колкостью. Бросает на меня испепеляющий взгляд.
— Я не уверен, что смогу отпустить тебя так надолго. А, если ты опять пропадешь и поменяешь внешность?
— Опять стану толстой? — подначиваю его. — И ты добровольно отдашь меня еще кому-то.
— Если бы ты была такой же гордой, настойчивой и уверенной два года назад, я бы никогда не отдал тебя Блейку. Но ты не была.
Я на секунду теряюсь, сглатываю, и его глаза сощуриваются. Он слегка склоняет голову набок, наблюдая мою реакцию. И чем въедливее становится его взгляд, тем больше я закапываю себя.
— Спокойной ночи, — я делаю шаг к двери.
Аарон моргает и глядит уже без прежней подозрительности.
— Сладких снов, Нея.
Глава 43
Дни тянутся друг за другом, приближая дату свадьбы Великого герцога. Дворец просто гудит. Все заняты исключительно подготовкой, и она, кажется, захватила весь Гнемар. Правда, один человек в этой предпраздничной суматохе, точно вы выглядит счастливым.
Или не один.
Я продолжаю ежедневно получать душераздирающие записки то с пожеланиями смерти, то с пустыми оскорблениями и, наконец, отдаю этот ворох Нилу. Просто достало. А упорству тайного воздыхателя можно только позавидовать: он меня хейтит, почти ни разу не повторяясь. Я у него то «дрянь», то «падаль», то что-то похуже. И пожелания там соответствующие, особенно «захлебнуться в крови» — это классика.
Нил, который порядком засиделся около меня, сразу воодушевился. Как охотничья собака, выпущенная в лес, он рванул искать виновного. Но от остальных обязанностей не отлынивал, сопровождал всюду, как положено.
Мы возвращаемся из госпиталя, время от времени меняя маршруты. Это мера безопасности, и я не спорю. Отдергиваю шторку, любуясь городом. Работа в госпитале тяжелая прежде всего морально —
