Раз за разом воин наносил удары, кровь водопадом лилась на серебряный песок, окрашивая его в алый. При этом безумец весело и беззаботно смеялся, словно не чувствовал боли. Товарищи подбадривали его лихими выкриками и свистом.
Глава 4
Долго так, разумеется, продолжаться не могло. Движения безумного суицидника постепенно замедлились, глаза затянула серая плёнка. Он свалился с чёрного крыла прямо в песок. Крыло само по себе приблизилось к одной из платформ, на него тут же запрыгнул один из членов экипажа. Доспехи мертвеца сами собой разделились на составные части, те по воздуху залетели на борт одного из летающих кораблей‑платформ. Всё ценное имущество лунные эльфы забирали с собой, оставив лишь распростёртое тело. Его цепью прикрепили к одной из платформ, и оно потащилось следом.
– Эх, что‑то я сразу студенческие годы вспомнил, – задумчиво произнёс Парацельс, ощущая приступ ностальгии. Поведение лунных эльфов его не особо удивило – он за свою жизнь повидал народы с куда более дикими и необузданными нравами. Одни орки чего стоили. Хотя причина внезапного самоубийства оставалась для мага загадкой. – У меня друг был, некромант, с параллельного потока. У них в общаге точно такая же атмосфера царила. Как ни зайду – обязательно кто‑нибудь кого‑то режет. Тот, кого режут, всё это дело активно комментирует, даёт советы, да ещё и сам скальпель норовит выхватить, чтобы показать как надо... В общем, учёба, как она есть.
– Да, но эти ребята не особо похожи на студентов, – заметил Геренд. – Разве что на студентов старших курсов, либо на выпускников, да и то с натяжкой.
– Ну не зна‑а‑а‑аю... – протянул Парацельс, поглаживая бороду. – Как по мне в плане беспредела и безумия этим ребятам до моего выпуска очень далеко. Мы на выпускной такое устроили... Ещё чуть‑чуть и успокаивать нас послали бы инквизиторов...
Разумеется, лунные эльфы, или кем они на самом деле являлись, очень быстро заметили троицу. Парацельс, Геренд и Беатриса с их земной внешностью выделялись также хорошо, как тролль в деревне хоббитов. Корабли‑платформы начали описывать круги вокруг путников, "лунные эльфы" о чём‑то громко переговаривались, глядя на них. На лицах воинов угадывалась беспечность и пренебрежение, разбавленные лёгким любопытством.
– Вы всё ещё думаете, что просить у местных жителей помощи – хорошая идея? – уточнила Беатриса. Павлиньи перья за её спиной едва заметно шевелились. – По‑моему этих ребят и просить не надо, они с радостью любому помогут... отправиться на тот свет.
Парацельс обратил внимание на одного из лунных эльфов – тот по‑видимому являлся лидером в своей группе. Его доспехи выглядели массивнее и дороже, чем у остальных, он сидел на троне, расположенном на возвышении в задней части самой крупной платформы. Выражение его лица оставалось скорее скучающим, даже когда он глядел на своего подчинённого, убивавшего себя.
Подле трона сидела слабо одетая девушка с остроконечными ушками... если конечно одеждой можно было считать ошейник и трусики, оснащённые шипами в районе пояса. Вторым концом цепь была прикреплена к подлокотнику трона. Помимо отсутствия одежды, девушку кое‑что заметно отличало от её пленителей – цвет кожи. Она являлась не серой, а серебристой, напоминая песок пустыни. Словно пленница и воины принадлежали к разным расам.
– Похожи на народ эльфов, – растерянно произнёс Геренд за спиной Парацельса. ‑‑ Только очень странные. Никогда таких не видел. Чуть сильнее напоминают Тёмных эльфов, но... Вот уж не думал, что наш народ живёт и на луне.
– Ваш остроухий брат тот ещё проныра, – согласился Парацельс. – Без смазки куда хочешь пролезет. Даже на луну.
Один из летунов на чёрных крыльях издал громкий боевой клич и устремился прямо на троицу. Геренд и Беатриса молниеносно отпрыгнули в стороны. Лишь архимаг остался на месте, с любопытством разглядывая приближающегося воина. Тот выхватил из‑за пояса длинный чёрный штырь, из которого с громким треском выскочило странное искрящееся лезвие – оно состояло из чёрного света, которому непостижимым образом придали форму клинка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Лунатик взмахнул своим оружием, целя архимагу прямо в голову. Парацельс поднял руку и двумя пальцами прямо за чёрное лезвие поймал копьё. Лунатик своё оружие держал тоже очень крепко и отпускать не пожелал. Чёрная платформа, похожая на хищную птицу, пронеслась мимо архимага и вонзилась в бархан. Она не прекращала двигаться, пытаясь словно забуриться в песок, но ей не хватало мощности.
Лунатик, соскользнувший с крыла, остался рядом с Парацельсом, из‑за большой скорости частично погрузившись ногами в песок. Его товарищи выпучили глаза, в совершенном недоумении глядя на волшебника, державшего чёрное лезвие двумя пальцами.
Лишь один из странных серокожих эльфов оглушительно расхохотался. Тот, что сидел на троне. Его единственного действие волшебника, казалось, нисколько не впечатлило. При этом он случайно дёрнул цепь, к которой была привязана пленница. Та охнула от неожиданности, когда её прижало к подлокотнику трона, и покорно опустила взгляд.
Пойманный серокожий, злобно скалясь, схватил Парацельса за руку. Он перебирал ногами в воздухе, злобно шипел и пучил глаза. Но вырваться на свободу ему не хватало сил. Тело волшебника, хоть и выглядело довольно хлипким, было переполнено чистой магией, что позволяло архимагу при желании вытворять невероятные вещи.
– Я смотрю, кое‑кто пренебрегал физической культурой и ходил исключительно на лекции по ней, – снисходительно сообщил волшебник своей жертве.
– У вас были лекции по физической культуре, мессир? – недоверчиво посмотрела на него Беатриса, стоявшая поодаль. Павлиньи перья за её спиной едва заметно шевелились, напоминая агрессивных змей. Леди‑инквизитор была готова вступить в битву в любой момент.
–У нас ещё и лабораторные по ней были... – с затаённой грустью пояснил волшебник. Скупая слеза, переполненная магией, скатилась по его щеке и прожгла в серебряном песке глубокую воронку. – Столичная академия магических наук не щадила никого и ничего...
– Император сохрани... – Беатриса осенила себя защитным жестом. Геренд едва заметно дёрнулся и на полшажка отступил от леди‑инквизитора. Хотя расстояние между ними было довольно большим. Но архимаг всё подмечал!
Парацельс бросил взгляд на чёрное лезвие в своей руке. Оно выглядело невероятно острым. По его поверхности периодически пробегали искры и молнии, оно издавали странный, едва различимый гул. Подушечки пальцев, которыми он держал лезвие, слабо пощипывало.
Кажется, данное оружие могло причинить вред, просто приблизившись к своей жертве, даже не разрезая её. Волшебник никогда не сталкивался ни с чём подобным.
– Так и поцарапать недолго, – укоризненно произнёс Парацельс, переведя взгляд на пыжащегося воина. Тот дёргал своё оружие в разных направлениях, но вырвать его из хватки чародея никак не получалось. Парацельс пожалел своего противника и разжал пальцы. Тот отскочил назад, тяжело дыша и глядя на него со смесью страха и удивления.
– Если бы вы знали, кто перед вами стоит, – сказал Геренд серокожим эльфам и указал на архимага. – Вы бы предпочли остаться дома...
Парацельс поднял руки со скрюченными пальцами над головой и дьявольски расхохотался.
– Мессир, не переигрывайте, – Беатриса легонько толкнула волшебника в бок. – Зачем вам эта театральная показуха?
– Да, Парц, – согласился Геренд. – Ты лучше делом докажи, что не так страшен преподаватель, как его дополнительные вопросы...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Серокожий эльф с чёрным лезвием что‑то произнёс, но Парацельс его не понял, хотя бегло говорил на довольно большом числе языков. Нахватался по верхушкам за долгую жизнь. Ему показалось, что язык имеет нечто общее по звучание с обычными эльфийскими языками, но это было не точно...
– Ладно, вопрос с взаимопониманием надо решать... – произнёс волшебник и применил заклинание, отменявшее языковой барьер. Что бы он сейчас не сказал, эльфы поймут его, хотя и слышать будут незнакомую речь. Аналогично заклинание работало в обратном направлении. Архимаг поймёт смысл слов эльфов, даже не зная их языка.
