— Леди Элена?
Со стоящего у стены дивана поднялась тоненькая фигурка.
— Груня, долго я спала? Кажется, малышей пора кормить.
— Я покормила их из рожка, Мари меня научила. Вы устали с дороги и я не стала вас беспокоить…
Девушка отвела взгляд и я поняла, что она видела нас с Анри и именно поэтому не разбудила. Все в замке очень переживали за наши с ним отношения, потому и старались помочь по мере возможности.
— Спасибо, Груня. А у меня вот, молоко прибыло… — я показала ей тёмные мокрые пятна на ночной сорочке.
Говорили мы шёпотом, но Анна всё равно услышала мой голос, заелозив в своей кроватке. Какая же она непоседливая!
— Иди ко мне, солнышко моё, мама тебя покормит!
Я приложила малышку к груди, тут же послышалось жадное причмокивание.
Теперь в своей кроватке завозился Александр.
— Разбудили мы тебя, мой сладкий? Сейчас накормлю твою сестричку и возьму тебя на ручки.
Передав наевшуюся дочку Груне, я занялась сыном. Горничная перепеленала девочку в свежие пелёнки и уложила назад в люльку.
Сашенька ел обстоятельно, не спеша, как и полагается настоящему мужчине. Когда он насытился, я ещё некоторое время сидела, чуть покачивая его на руках, ощущая возле сердца тепло его маленького тельца, вдыхая такой родной аромат.
— Леди Элена, давайте я его перепеленаю, а вы бы шли отдыхать.
— Да, да, уже иду… Груня, возьми завтра выходной, скажи Луизе, что я велела.
Вернувшись в свою комнату я сначала направилась в гардеробную, поменяла промокшую сорочку на свежую. Халат надевать не стала, положив его на соседнее кресло, и только после этого скользнула под одеяло.
Лунный свет, проникнув в не зашторенное окно, приглушил все краски, делая их мягче. Анри спал, во сне он казался таким милым, расслабленным. Только сейчас я поняла, что практически не обращаю внимания на его увечья, все эти шрамы стали настолько привычными, что я просто о них забывала. С ними Анри смахивал на лихого пирата. Сильного, мужественного, заботливого и внимательного пирата.
Я улыбнулась, укладываясь рядом, пристраивая голову на широком мужском плече.
Когда я проснулась в следующий раз, в комнате было уже светло. Анри всё так же лежал рядом, но уже не спал. Даже с закрытыми глазами я чувствовала его взгляд.
— Доброе утро! — я улыбнулась. — Давно я так сладко не высыпалась! — я потянулась, получая удовольствие от каждого движения, зная, что муж не сводит с меня внимательных глаз. — Ну что, умываться и завтракать? Чур, я первая в ванну!
Я повернулась, легко чмокнула его в щёку и, вскочив с кровати, убежала в ванную комнату. Когда я оттуда вышла, Анри в комнате уже не было. Покормив малышей, я спустилась к завтраку. Настроение было просто чудесным. Весь день я словно летала, переделав массу дел.
Вечером, поцеловав Аделину и Августину на ночь, вернулась в свою комнату. Груня сегодня отдыхала, поэтому я сама переоделась в ночную сорочку и ещё долго сидела возле туалетного столика, в сотый раз проводя щёткой по волосам, прислушиваясь к каждому шороху.
Неужели не придёт? Я уже была готова сама отправиться в комнату мужа, когда дверь тихонько отворилась, и послышался скрип деревянных колёс его кресла.
— Анри, наконец-то! Что так долго?
Отложила щётку в сторону, глядя, как он сосредоточенно подруливает к кровати, опирается рукой о прикроватный столик и…
— Анри! Ты стоишь! Сам!
Вскочив с пуфика, я кинулась к нему, немного не рассчитав, запнулась, опрокидывая Анри на кровать, падая сверху. Наши лица оказались так близко, глаза в глаза, взволнованное дыхание смешалось, губы потянулись к губам.
Это был такой долгий, такой томительный поцелуй, наполненный нежностью и тягучей негой. Потом был ещё один, более жадный и требовательный, затем всё вдруг поменялось, и я оказалась снизу, а надо мной нависало лицо супруга с затуманенными страстью глазами.
Мои руки сжимали его плечи, скользили по спине, но что-то было не так. Рубашка! Когда я это поняла, принялась судорожно стягивать с него эту мешающую мне преграду. Следом за рубашкой в сторону полетели обрывки моей ночной сорочки.
Ночью никто так и не пришёл будить меня кормить малышей. Впрочем, мы сами уснули лишь под утро, когда край неба уже окрасился розовым, предвещая тёплый весенний день. Утренние лучи робко, словно стесняясь, скользили по разгорячённым томной негой телам. Мне было тепло и уютно рядом с мужем, обвившим меня руками и ногами, словно пряча от всего мира в большой и надёжный кокон.
— Ты пахнешь лавандой! — он зарылся лицом в мои волосы, шумно вдыхая мой аромат. — Моя лавандовая леди!
Я тихонько засмеялась, переплетая пальцы наших рук между собой. Луч солнца добрался и до них, высвечивая брачный узор на запястьях.
— Смотри, он стал серебряным! — я удивлённо рассматривала потускневшую татуировку, только сейчас вспомнив, что она меняет цвет после консумации брака. Теперь мы стали мужем и женой по-настоящему, это подтвердила родовая магия баронов Тирсо.
Немного странно было осознавать, что сегодня я первый раз оказалась близка с мужчиной, от которого совсем недавно родила ребёнка. Парадокс! Анри женился на прежней Элене, а сейчас в её теле находится моя душа, но магия такое дело, её не обманешь и брачная метка посчитала, что этого достаточно, чтобы соединить нас вновь.
Как бы там ни было, теперь магически подтверждено, что мы женаты и от этого на душе было светло и радостно. Нежась в объятиях Анри, я осознавала, насколько он мне дорог, а от воспоминаний, что мы с ним вытворяли ночью, на щеках выступал горячий румянец и сладко тянуло низ живота.
— Нужно вставать, пора детей кормить, — вздохнула я.
Выбираться из тёплой постели не хотелось от слова — совсем. Если бы не малыши, я бы с чистой совестью повалялась ещё час-другой.
— Может, отправимся на пикник?
Настроение было отличным, душа требовала праздника.
— Девчонки будут рады!
Я не видела лица мужа, но чувствовала, что он улыбается.
— Тогда я в ванную! — подняв со своей груди широкую мужскую ладонь, я чмокнула её в самую серединку и быстро соскользнула с кровати.
На ходу подхватила халат, накидывая его на плечи и не оборачиваясь, пошла умываться. Если обернусь и посмотрю на лежащего в моей постели Анри, боюсь, дело до ванной дойдёт ещё нескоро!
Я совершенно не помню нашей с ним свадьбы, ведь в то время я ещё жила в другом мире, но кто мешает нам устроить себе праздник прямо сейчас? Попрошу у Мари праздничный ужин, а потом… потом, мы снова вместе пойдём в спальню…
В памяти всплыли сцены сегодняшней ночи, я мотнула головой, отгоняя от себя это наваждение, никогда не думала, что могу быть такой ненасытной! Может, потому что до этого мне встретился мужчина, который совершенно не подходил? Странно, но я даже не могу вспомнить лица Николая, только бесформенное расплывчатое пятно.
Когда я вышла из ванной, Анри уже успел одеться и с задумчивым видом смотрел на кресло на колёсах.
— Выкинем? — предложила я.
— Зачем, вещь-то хорошая! Отдадим Роберто, путь приберёт в свои закрома.
— Ты вспомнил? — я замерла, ожидая ответа.
— Нет, — он отрицательно мотнул головой. — Может это и к лучшему, мне хорошо в этом замке с тобой и с детьми.
Чуть позже мы сидели на берегу озера, Анна и Александр дремали каждый в своей корзине. Аделина с Августиной бегали по полянке, собирая первые распустившиеся тюльпаны. Солнышко припекало, с каждым днём становилось всё жарче. Я сидела на расстеленном поверх травы одеяле, неспешно перебирая рукой густые волосы лежащего у меня на коленях мужа.
— Смотри, некоторые саженцы уже зацвели! — с облюбованного нами пригорка было хорошо виден молодой сад, и на некоторых кустиках слив и черешни появились белоснежные цветочки. — Не думала, что это случится так скоро!
Всё же южные края благодатны для растений, у меня в голове уже роились мысли о том, что часть земель нужно засадить клубникой. Ягоду можно продавать свежей, сушить, замораживать, а аромат какой! Благодаря оросительной системе мы сможем получать богатейшие урожаи! Я заелозила, пытаясь дотянуться до своего блокнота.
