товара Е, или Z товара К и т. д. = М унциям золота. Например:
При переходе от формы I к форме II и от формы II к форме III происходят существенные изменения в стоимостном отношении товаров, охватывающем как относительную форму стоимости, так и эквивалентную форму. Напротив, при переходе от формы III к форме IV не обнаруживаются подобные изменения. Здесь происходит лишь трансформация натуральной формы всеобщего эквивалента. Ибо теперь вместо холста роль такого эквивалента стало играть золото. «Прогресс состоит лишь в том, что форма непосредственной всеобщей обмениваемости, или всеобщая эквивалентная форма, теперь окончательно срослась в силу общественной привычки с натуральной специфической формой товара золото».[647]
Денежная форма стоимости содержит в «снятом» виде и форму I, и форму II, и форму III. Последние суть различные моменты ее становления. «Золото лишь потому противостоит другим товарам как деньги, что оно раньше уже противостояло им как товар. Подобно всем другим товарам, оно функционировало и как эквивалент – как единичный эквивалент в единичных актах обмена и как особенный эквивалент наряду с другими товарами-эквивалентами. Мало-помалу оно стало функционировать, в более или менее широких кругах, как всеобщий эквивалент. Как только оно завоевало себе монополию на это место в выражении стоимостей товарного мира, оно сделалось денежным товаром, и лишь с того момента, когда оно уже стало таким денежным товаром, форма IV начинает отличаться от формы III, другими словами – всеобщая форма стоимости превращается в денежную форму».[648] Таким образом, деньги – это специфический товар, монопольно выполняющий роль всеобщего эквивалента.
Итак, согласно К. Марксу, диалектика формы стоимости есть развитие двух взаимосвязанных сторон меновых отношений товарного мира. С одной стороны, из простой формы стоимости вытекает денежная форма; с другой стороны, последняя сводится, в конечном счете, к простой форме стоимости. Поэтому простое относительное выражение стоимости товара, например, холста в другом товаре, функционирующем в качестве денежного товара, например, в золоте, есть не что иное, как форма цены. Отсюда следует, что «форма цены» такова: 20 аршин холста = 2 унциям золота, или, если 2 ф. ст. представляют монетное название 2 унций золота, то 20 аршин холста = 2 фунтам стерлингов.
Резюмируя вышеизложенное, К. Маркс писал: «Трудность понятия денежной формы ограничивается трудностью понимания всеобщей эквивалентной формы, следовательно, всеобщей формы стоимости вообще, формы III. Форма III разрешается ретроспективно в форму II, в развернутую форму стоимости, а конституирующим элементом этой последней является форма: 20 аршин холста = 1 сюртуку, или Х товара А = Y товара В. Простая товарная форма есть поэтому зародыш денежной формы».[649]
Денежная форма стоимости – самая развитая форма стоимости. Это обусловлено тем, что эквивалентная форма окончательно срастается с натуральной специфической формой товара золото. Потребительная стоимость последнего удваивается. Наряду с особенной, реальной потребительной стоимостью, принадлежащей этому товару, – например, золото используется для изготовления ювелирных изделий, пломбирования зубов и т. д., – он приобретает «формальную потребительную стоимость, вытекающую из его специфических общественных функций»,[650] т. е. он служит формой всеобщей обмениваемости, всеобщим эквивалентом. Здесь все обыкновенные товары находятся в относительной форме стоимости, а денежный товар (золото) – в эквивалентной форме.
При этом денежная эквивалентная форма сохраняет, естественно, все особенности эквивалентной формы как таковой. «Потребительная стоимость золота, имея собственное, специфическое содержание, становится, прежде всего, носителем и формой выражения своей противоположности – стоимости всех других товаров… Конкретный труд в золотодобывающей промышленности выступает как форма выявления абстрактного труда, затраченного на производство других товаров, а частный труд в той же отрасли – как средство подтверждения общественного характера труда товаропроизводителей прочих отраслей, – разумеется, если им удастся обменять свою продукцию на денежный товар. В отличие от условий других отраслей, труд в золотодобыче признается общественно-необходимым уже в процессе производства, непосредственно: собственники создаваемого здесь товара еще до начала операций обмена имеют признание общественной необходимости их товара и затраченного на него труда; этот товар обязательно будет реализован на любом рынке. Деньги, таким образом, выступают как всеобщая форма общественного богатства».[651]
Правда, золото не сразу закрепило за собой функцию всеобщего эквивалента. По мере развития товарных отношений эту функцию выполняли различные металлы. Так, в Древней Спарте использовались железные деньги, а в Древнем Риме – медные. На протяжении многих столетий в качестве денежного металла использовалось также серебро, и оно отнюдь не сразу уступило свои позиции золоту. Более того, в течение длительного времени функцию всеобщего эквивалента в странах Западной Европы выполняли одновременно оба благородных металла, т. е. золото и серебро (система биметаллизма). В этом случае между ними устанавливалось строго определенное количественное соотношение. Если в странах Европы окончательное признание золота в качестве всеобщего эквивалента произошло в середине XIX в. (в Германии несколько позднее), то в России – лишь в конце XIX в. В результате утвердилась система монометаллизма, или система золотого стандарта, просуществовавшая до 30-х годов XX в.
Таким образом, появление денежной формы всеобщего эквивалента и превращение благородных металлов в денежный товар есть результат естественноисторического развития товарного производства и товарного обмена. Данный процесс осуществлялся в рамках определенных общественных отношений. Вне этих отношений золото и серебро суть природные вещества, металлы как таковые, существовавшие со своими физическими свойствами не только до возникновения товарно-денежных отношений, но и до возникновения человеческого общества и даже жизни на Земле. Указывая на социальную природу денег, К. Маркс писал: «Деньги – не вещь, а общественное отношение».[652] И в другом месте: «… Деньги представляют общественное производственное отношение, но в форме естественной вещи с определенными свойствами».[653]
Именно определенные свойства благородных металлов способствовали закреплению функции всеобщего эквивалента за ними и, в конечном итоге, за золотом, монополизировавшим эту функцию. Среди этих свойств наиболее важными являются следующие: приемлемость, прочность, делимость, портативность, единообразие (унифицированность), узнаваемость, редкость, стабильность. Важно, однако, особо «отметить, что отдельные из названных свойств присущи в равной или даже в большей степени некоторым другим товарам, но именно сочетание всех этих свойств в наибольшей степени присуще благородным металлам, что и предопределило их превращение в денежный товар. Бриллианты, например, более портативны, чем золото или, тем более, серебро, – но не обладают свойством однородной делимости; зерно и соль достаточно однородны, но их портативность низка и т. д.».[654]
С возникновением денежной формы всеобщего эквивалента весь товарный мир разделился на два полюса – товар и деньги. При этом каждый товар непосредственно выступает как потребительная стоимость, как продукт конкретного, частного труда; стоимость же этого товара обнаруживается лишь посредством приравнивания к всеобщему
