но перед ее мысленным взором он всегда рисовался девяностолетним стариком – дряхлым, немощным, стоящим одной ногой в могиле. Этот Андросс Гайл был совсем не похож на того, которого она знала.
Украденный кинжал выпал из ее оцепеневших пальцев.
На Андроссе был красный, цвета люксина, китель с золотым шитьем, еще больше подчеркивавшим ширину его плеч, мощь его прямой спины. Его волосы, некогда свисавшие безжизненными прядями, были коротко острижены, вымыты и расчесаны. Его кожа казалась молодой и упругой, хотя раньше она была дряблой и обвисшей.
Однако все это было еще не настоящее чудо. Андросс положил на стол руки, потом перевернул их – ни на ладонях, ни на тыльных сторонах рук не было и следа красного люксина! А потом он обратился лицом к каждому из Цветов по очереди, заглядывая им в глаза, и когда наступила очередь Каррис, она увидела истинное чудо: ореолы Андроссовых глаз не занимали даже половины радужных оболочек! Судя по глазам, он мог извлекать еще не меньше десяти лет.
«Невозможно. Это какие-то чары! Может быть, оранжевая магия…»
– Потрогайте меня, – пригласил Андросс. – Подойдите и убедитесь. Делара, скажите, как по-вашему: это чары?
– Н-нет… – отозвалась та. Кажется, она была не способна выговорить хоть что-то еще.
Джия Толвер решилась и в самом деле прикоснуться к Андроссу. С нескрываемым изумлением она ощупала его ладонь, его предплечье. Другим не потребовалось дополнительных доказательств.
– Хвала Орхоламу! – провозгласил Клитос.
* * *
Если ничто из того, что сказал и сделал Андросс за последние несколько минут, не казалось рассчитанным заранее, этот призыв к Орхоламу со стороны Синего, несомненно, прозвучал как таковой. Это мгновенно вернуло Каррис к реальности. Андросс Гайл, что бы с ним ни случилось, по-прежнему оставался Андроссом Гайлом. Не следует отказываться от здравого смысла лишь потому, что произошло невозможное. «Это же Гайл! В их проклятой семейке постоянно случается что-то, выходящее за пределы мыслимого… Впрочем, я ведь теперь тоже принадлежу к ним. Проклятие!»
Андросс затягивал паузу, пока не начало казаться, будто он ждет, пока заговорит кто-нибудь другой, но затем все же продолжил:
– Орхолам поставил передо мной задачу, а также снабдил всем необходимым для ее выполнения, и сегодня я прошу Спектр посодействовать Его воле. Я должен расправиться с этой ересью, с этим богохульствующим Цветным Владыкой, и для этой цели меня следует назначить промахосом.
Это казалось немного преждевременным – но, очевидно, Андросс Гайл не видел смысла затягивать.
– Я предлагаю назначить Андросса Гайла промахосом, – поспешно объявил Клитос Синий.
– Поддерживаю это предложение, – сказал Андросс.
– Подождите! – возразила Делара. – Давайте по порядку! У нас хотя бы есть кворум? На место Зеленой до сих пор не назначено преемника, Призма числится без вести пропавшим, а теперь вот и Арис… Ее ведь еще даже не похоронили!
– Для избрания промахоса достаточно согласия большинства Цветов, присутствующих на данный момент, – сказал Андросс.
Карвер Черный кивнул, подтверждая истинность сказанного. Каждый из собравшихся за столом быстро подсчитал, что это означало. У Черного не было права голоса. Мнение Белой учитывалось только в случае, если голоса делились пополам. В отсутствие Под-красной, которой еще не была назначена замена, а также Гэвина, который представлял в Спектре изгнанников-тирейцев, поселившихся на Острове Видящих, большинство означало, что Андроссу требуется всего лишь три голоса из пяти.
– Задача, несомненно, непростая, – продолжал он, – но Орхолам дал нам средства двигаться дальше, несмотря на трудности. Вы все знаете меня много лет, а также знаете Орхолама и Его пути. Никто не станет отрицать, что ситуация критическая. Я не вижу нужды в дальнейшем промедлении и ставлю вопрос на голосование.
Клитос, разумеется, проголосовал за. Андросс тоже проголосовал за, объяснив, что воздерживаться в данном случае было бы ложной скромностью. Оставались Желтая Джия Толвер и Делара Оранжевая. Ему требовался голос лишь одной из них. Если обе проголосуют против, решать будет голос Белой.
– Я против, – заявила Делара, складывая руки на груди. – Вы морочили мне голову все эти…
– Сейчас не время для речей, – оборвал Андросс. – Идет голосование. Джия?
Та нахмурилась. Ее сросшиеся брови зашевелились, лицо сменило десяток выражений.
– Я не могу вставать на пути Орхолама, – наконец сказала она. – Если отложить в сторону наши личные разногласия, произошедшее кажется мне настоящим чудом. Я голосую за.
Все сидящие вокруг стола выдохнули.
– Большинство за, – подытожила Белая. Ее лицо и тон были абсолютно непроницаемы. – Мы примем вашу присягу завтра в главном зале, если вы не возражаете… избранный промахос.
– Нисколько, верховная госпожа.
И Андросс Гайл улыбнулся, даже не пытаясь скрыть торжество.
* * *
Объявили перерыв. Каррис встала и вышла в коридор, вручив кинжал сконфуженному Гэвину Грейлингу, когда тот вышел вслед за ней. Она уже готовилась сказать какую-нибудь колкость, но замерла, увидев знакомую фигуру, враскачку ковылявшую к ним.
– Целия? – недоверчиво спросила Каррис.
Карлица не только обладала острым умом – она была еще и извлекательницей. Будучи главной помощницей Третьего Глаза, Целия оказала неоценимое содействие генералу Данавису – теперь сатрапу Данавису – в управлении Островом Видящих, когда Гэвин сделал его новой сатрапией.
– Что ты здесь… – начала Каррис. – О нет!
– Можешь называть меня Зеленой. Меня назначил тирейский сатрап Корван Данавис, – отозвалась та с ухмылкой. – Наш корабль причалил несколько часов назад. Я бы пришла раньше, но в порту получилась небольшая заминка. Надеюсь, я не пропустила ничего важного?
Так вот почему Андросс так торопился! Он узнал о прибытии враждебного Цвета. Одного голоса вполне бы хватило, чтобы разрушить его планы. «Заминка в порту? Наверняка люди Андросса постарались задержать Целию, чтобы она не успела на заседание!»
Порой достаточно разницы в три минуты, чтобы вся история пошла по-другому.
Глава 33
Было странно снова оказаться в библиотеке после всего, что с ним произошло со времени последнего посещения. Все здесь оставалось в точности таким, как помнилось Кипу. Он шел мимо письменных столов с вырезанными в столешницах отверстиями для чернильниц во избежание их опрокидывания, мимо бесконечных рядов стеллажей, расположенных концентрически – помещение было круглым, и шкафы немного изгибались, чтобы соответствовать кривизне стен. Это была лишь одна из многих библиотек на Малой Яшме, но именно сюда доступ был открыт даже дисципулам-первогодкам, и потому именно здесь Кип проводил основную часть своего времени.
Охваченный ностальгией, он подошел к одному из столов, за которым сидел молодой книгочей, сутулый и близорукий.
– Прошу прощения, – обратился к нему Кип, – я ищу Рею Сайлуц.
Эта приветливая библиотекарша очень помогла ему в изучении игральных карт и много чего еще. Кроме того, именно она направила его
