– Сука.
– Пусть замолчит..
– Заткнись, сука.
Нажали грубые лапы, впились чьи-то пальцы, и она начала терять сознание…
И тут мир взорвался.
– Ну-ка убери лапы!
Байкеры бросили свою жертву на землю и развернулись, чтобы встретиться с новой угрозой.
Еле придя в сознание, Люси с болью всосала воздух. Сквозь туман в голове она увидела Панду. Одного типа он кинул в грязь, но другой набросился на него. Панда ответил ударом кулака, от которого такой громила лишь качнулся и снова полез в драку. Панда со всего размаху заехал ему в живот и впечатал в дерево.
Это была грязная драка. В Панде проснулся убийца, который точно знал, что делает. Мужик на земле попытался приподняться. Панда ударил ботинком в локтевое соединение. Отморозок взвыл от боли.
Другой все еще стоял на ногах за спиной защитника Люси. Она попыталась встать, предупредить его, но тот уже развернулся, выбросил резко, как снаряд ногу, попал байкеру в пах. Верзила согнулся. Панда наклонился, схватил его за шею и стукнул башкой о дерево.
Тот, что со сломанным локтем, с трудом встал на колени. Панда схватил его за поврежденную руку, протащил по наклонному берегу и скатил в воду. Люси услышала отдаленный всплеск.
Сейчас Панда дышал тяжелее. Он вернулся ко второму бандиту и начал подтаскивать того к воде. Люси наконец обрела голос, издав писклявый скрип:
– Они же утонут.
– Их проблема.
И подтащил второго бандита к краю обрыва. Еще один тяжелый всплеск.
С тонкой струйкой крови в углу рта, тяжело дыша Панда подошел к Люси. Потом опустился перед ней на колени, своими жестокими руками нежно провел несколько раз по ее телу, от шеи до пореза на пятке.
– Болеть будет, – тихо сказал он, – но, кажется, ничего не сломано. Я отнесу тебя в машину.
– Я могу идти сама.
Ей не понравилось, что она еле шевелит губами.
Он не стал спорить. Просто подхватил на руки и прижал к груди. Как не сочетались эти два образа – любовник, которого она знала, и обученный бесчеловечный убийца, справившийся с двумя противниками.
Должно быть, у него были запасные ключи от машины, потому что Панда не спросил о тех, что она сунула в свой карман. Из бара вышла какая-то парочка и уставилась на них. Панда открыл дверь со стороны пассажирского сиденья и осторожно опустил Люси на сиденье. Потом потратил время, чтобы застегнуть ремень безопасности, все еще оберегая ее.
По дороге домой Патрик не задал ни одного вопроса, не отругал ее, что, дескать, за идиоткой нужно быть, чтобы отправиться туда в одиночку, не выбранил за мерзкое поведение по отношению к нему. Она не знала, почему он вернулся в «Компас», даже подумать боялась, что бы случилось, если бы он не появился вовремя. Все еще пребывая в ужасе, Люси скрючившись прижалась к дверце, давясь рвотными спазмами и трясясь.
– У меня был брат, – в тихом сумраке вдруг раздался голос Панды. – Его звали Кертис.
Вздрогнув, Люси повернула к нему голову.
– На семь лет младше меня. – Рука сместилась на руле. – Мечтательный послушный мальчик с огромным воображением. – Говорил Панда тихо, пока они ехали по темной дороге. – Мать наша вечно либо была под кайфом, либо слонялась где ни попадя, поэтому в конце концов заботиться о нем приходилось мне.
В точности история ее детства, только звучала из его уст. Люси прислонилась затылком к двери и стала слушать. Сердце начало успокаиваться.
– Время от времени мы оказывались в приемных семьях. Я шел на все, лишь бы нас не разлучали, но, как это водится, я становился старше и начал попадать в переделки. Ввязывался в драки, воровал по мелочам в магазинах. В семнадцать лет меня поймали на попытке продать полграмма марихуаны. Похоже, я нарывался и хотел угодить за решетку.
Люси поняла и тихо сказала:
– Отличный способ уйти от ответственности.
Он взглянул на нее:
– У тебя была такая же ответственность.
– В моей жизни появилась парочка ангелов–хранителей. Тебе ведь не так повезло?
– Да. Ангелов–хранителей мне не встретилось. – Они миновали закрытое на ночь «Догс–энд–Мэлтс». Сильная дрожь больше не сотрясала Люси, и она разжала руки. Панда переключил дальний свет и сказал: – Кертиса убили, пока я был в колонии для несовершеннолетних.
Она подозревала, чем все кончится, но от этого легче слушать не стало.
– Стреляли из проезжающей мимо машины, – продолжил Панда. – Меня рядом не было, чтобы за ним присмотреть, и он начал плевать на комендантский час. Мне разрешили съездить к нему на похороны. Ему исполнилось тогда десять лет.
Если бы не Нили с Мэтом, ее и Трейси могла бы подстерегать та же судьба. Люси облизнула пересохшие губы.
– И ты все еще пытаешься жить с тем, что случилось. Хотя ты тогда был сам ребенком, ты все еще обвиняешь себя. Я так понимаю.
– Я знал, что ты поймешь.
Они ехали одни по темной трассе.
– Рада, что ты рассказал мне, – призналась Люси.
– Считай, что ты ничего не слышала.
Несколько месяцев она пыталась вытянуть его секреты, но теперь больше не была уверена, что хочет их знать.
Он медленно въехал в крутой поворот.
– Когда донор спермы Кертиса обнаружил, что моя мать беременна, он сунул ей пятьсот долларов и слинял. Она любила мерзавца и не стала обращаться к адвокатам. Кертису было почти два года, когда до нее дошло, что любовь всей ее жизни к ней не вернется. Вот тогда она и подсела на наркотики.
Люси подсчитала. Панде было девять, когда он стал заботится о брате – защитник уже тогда.
– Став старше, – продолжил он, – я нашел этого ублюдка и попытался позвонить ему пару раз, рассказать, как паршиво живется его сыну. Он повел себя так, словно понятия не имел, о чем я говорю. Заявил, что упрячет меня в каталажку, если я буду к нему приставать. Со временем я выяснил, где он живет и пошел посмотреть на него. – Панда покачал головой. – Городскому ребенку нелегко добираться на общественном транспорте до Гроссе Пойнте.
Гроссе Пойнте? Люси выпрямилась, странное предчувствие охватило ее.
– Это оказался большой дом, мне он показался целым замком. Из серого камня, с четырьмя трубами, бассейном, а на переднем дворе эти дети, которые гонялись друг за другом с водяными пистолетами. Три мальчика–подростка. И девочка. Даже в шортах и футболках они выглядели богатыми.
Кусочки головоломки встали на место.
– Ремингтоны, – сказал он. – Идеальная американская семейка.
Свет фар прорезал ночь.
– Я прошагал пешком последнюю пару миль от остановки автобуса, – продолжал Панда, – и спрятался напротив через улицу. Они все были худыми и белыми. Мы с Кертисом оба смуглые, как мать. – Слева промелькнул закрытый торговый лоток Бри. – Пока я таращился, какая-то садовая бригада подкатила к дому и вытащила из грузовика косилку. Четыре подростка в семье, а они нанимали кого-то, чтобы косить газон.
