это еще так?
Она ухмыльнулась.
– Как хорошо, что есть время на маленькие сюрпризы.
* * *
Когда мы наконец вышли из нашего убежища, было позднее, чем думал. Без окон в хранилище трудно было отличить день от ночи, поэтому все проводили хотя бы часть дня в оранжерее. Небольшой круг света в потолке пещеры придавал жизни ощущение порядка и помогал не сойти с ума.
Кази сидела с Рен и Синове в углу кухни, о чем-то увлеченно беседуя, и ела поздний завтрак, который, что неудивительно, был супом из оленины и лука-порея. Запах дичи витал в воздухе.
Мэйсон подал мне тихий сигнал, как только я появился. Нужно поговорить. Наедине. Я присоединился к нему, Прае и Ганнеру в кладовой.
Прая подняла холщовый мешок. В нем было несколько горстей зерна.
– Это все, что осталось.
Хуже того, утром они втроем отправились на охоту, и им пришлось быстро отступить за водопад – на горе полно солдат.
– Если патрули не отступят в ближайшее время, следующей на очереди будет коза. Она дает всего несколько чашек молока в день, но для детей это хоть что-то, – сказал Мэйсон.
Ганнер покачал головой.
– Солдаты не отступят. Мы с Рен, Пакстоном и Праей оставили мертвый отряд недалеко отсюда. Не говоря уже о вчерашнем похищении Кази. Они как стаи бешеных волков, и им нужны наши шкуры.
Это Монтегю, главный бешеный волк, который, наверное, уже исходил злобой. Знал ли он, что это я? Не думаю. За те несколько секунд, проведенных на площадке, я видел, как он прятался под щитом, демонстрируя свое мужество перед всем городом. Теперь он бил себя в грудь, чтобы оправдаться.
– Не забивай козу. Пока не надо, – сказал я. – Мы выйдем, когда…
Внезапно полки в кладовой завибрировали.
Земля содрогнулась. Стены задрожали.
Сверху посыпалась пыль. Я слышал крики.
Кричали дети.
– Что происходит? – произнес Ганнер.
Мы вернулись на кухню. Все вскочили на ноги, оглядываясь по сторонам. Пришли и другие. Титус, Алески, моя мать и Самюэль. Тряска утихла так же быстро, как и началась, но затем земля задрожала снова.
– Чертовщина, – сказал Пакстон. – Он взрывает нас.
– Он сказал, что сделает это, – добавила Кази. – Он взрывает гору, чтобы добраться до нас. – Она сообщила, что только ценные бумаги, которые он хотел заполучить, удержали его от взрыва.
– Бумаги? – спросила мама. – Какие бумаги?
– В них содержится другая формула, которую создал Финеас. Если кто-то из присутствующих забрал их, сейчас самое время отдать.
Кругом царил шум, но никто ничего не знал о бумагах.
Грохот снова потряс землю.
Пакстон зарычал.
– Ему больше не нужны бумаги. Он просто хочет нашей смерти.
– Мы должны вывести всех отсюда, – сказал Ганнер.
– Как? – спросил Мэйсон, вскидывая руки. – Через черный ход в горе, где патрулируют солдаты?
– Именно этого и добивается это ничтожество, – прорычала Синове.
– Нет, – сказал я. – Все пока остаются на месте.
Я понимал, что с таким количеством раненых и слабых у нас не будет шансов. Мама двигалась медленно, а Тиаго не смог бы преодолеть крутую гору с раненой ногой, а тем более бежать, если понадобится. Их перебили бы как ягнят, не говоря уже о тех, кто находился в лазарете, как тетя Долайз, которая вообще не могла двигаться. Мы не могли оставить их.
– Нас по-прежнему защищает гора из твердого гранита, – сказал я, пытаясь их успокоить. Но правда в том, что не знал, заканчивается ли у нас время. Еда определенно заканчивалась. Выбора не оставалось. У нас было девять пусковых установок. Девять из нас могли попробовать прорваться на биржу. По крайней мере одному это удастся. Без боеприпасов король бессилен. – Мы должны добраться до биржи и уничтожить склад. Сегодня.
– Сегодня.
– Я пойду!
– Да, пусть это будет равный бой. – Все согласились.
Кроме Кази.
– Нет, – сказала она. Она встала и потерла лоб, словно пытаясь что-то вспомнить.
– Что не так? – спросил я.
Она отошла на несколько шагов, все еще размышляя, и наконец покачала головой.
– Боеприпасы больше не на бирже. Они перевезли их в Дозор Тора.
– О чем ты говоришь?
Вопросы пронеслись по комнате.
Даже Пакстон удивился. Он этого не знал.
– Под землей, – добавила она. – Они где-то под землей.
* * *
Мы снова собрались в кабинете за закрытыми дверями.
Пока Кази была в бегах, она видела, как Зейн перевозил что-то по дороге за Дозором Тора – с вооруженным эскортом. У нее не было времени подумать над этим, пока она спасалась. Но после того, как ее схватили, когда она была в полубреду от яда и боли, то услышала, как король велел Зейну перевезти два последних груза с биржи. Так как там небезопасно.
Я вспомнил вооруженный отряд, который мы встретили на дороге, сопровождающий две повозки, заваленные сеном. Теперь все встало на свои места.
К сожалению, это все меняло.
Взрывать склад за биржей при свете дня было рискованно – возможно, даже самоубийственно. Но взрыв хранилища боеприпасов у Дозора Тора мог привести к достижению цели, которой добивался король, – к уничтожению хранилища. Найти боеприпасы было еще одной задачей. Под каждым домом и хозяйственной постройкой находились большие подвалы. Под конюшней были дополнительные хранилища. И у нас имелось ледохранилище, которое тоже располагалось в основном под землей, не говоря уже о туннеле Грейсона и ответвляющихся от него ходах, таких как тот, что вел к хранилищу. Теперь нам приходилось искать во многих местах.
Пакстон наклонился вперед.
– Раз теперь у них есть что охранять, они не ограничатся небольшим гарнизоном солдат в Дозоре Тора. Солдаты будут повсюду.
– Мы все равно не можем при свете дня обыскать территорию, – сказал Ганнер.
– Или можно дождаться ночи и пойти с факелами, – добавил Арам.
Раздался гул. Пыль посыпалась на стол. Мы не могли ждать ночи.
– Черт! – Прая ущипнула себя за переносицу, а затем в бешенстве смахнула пыль.
Кази прочистила горло.
– Кое-кто может пробраться в Дозор Тора при свете дня.
Я посмотрел на нее. До сих пор она задумчиво молчала, словно сочиняя загадку. Теперь я знал, какую загадку она пытается разгадать.
– Нет, – сказал я.
– Но…
– Нет! – сказал более твердо. – Рея не позволит. Ты просто…
Кази встала.
– Послушай, патри. Теперь я часть этой семьи, и я говорю «да».
Все за столом удивленно переглянулись.
Синове усмехнулась.
– Она тебя сделала, патри.
– Она тоже рахтан, не забывай об этом, – добавила Рен.
– Не говоря уже о том, – продолжала Кази, – что я посол в этих землях, а послы главнее патри. – Она уперлась руками в бока. – Вот! Думаю, теперь секретов не осталось.
Глава пятьдесят седьмая
Кази
Джейс стоял в конце туннеля,
