-- Получается глирты лучше драконов?
-- Ну, лучше или хуже, не мне судить. С моей точки зрения, все зависит от личности.
-- Но ведь Нина в твоем рассказе, осталась с глиртом, а не с драконом.
-- Понимаешь, Чисс, Нина могла бы простить Ласснира...Могла бы..., - Я задумалась, могу ли я простить Лассаиндиара. Ведь, вроде бы, не сильно-то на него и сержусь. Представила его рядом с собой. Мысленно протягиваю руку и прикасаюсь к его щеке, вижу, как меняется выражение его лица с радостного, на победоносное. Словно в явь слышу его слова: "Давно бы так. Ты ведь знаешь, что ты моя". Захотелось ударить красноглазого гада и стереть эту высокомерную ухмылку с его лица. Да, чтоб тебя...
-- Но не простила, - как из далека, услышала я детский голос. Он возвращает меня назад.
-- Нет. Она была совсем ребенком... Он знал, чем грозит привязка.
-- Но его клан? Он же сделал это для...
-- Жертва никогда не скажет тебе, спасибо, Чисс. Запомни это.
-- Запомню. Поспи немного, Иш. Нас еще не скоро найдут.
Я стащила повязку с лица и посмотрела на ребенка, недоумевая, как в нашем положении, он может быть совершенно спокоен.
-- Чисс, - вдруг усмехнулась я, - а ты ведь ни капельки не боишься.
-- Не боюсь, - качнул головой драконыш.
-- Завидую, - Я села, и, подтянув колени к груди, призналась: - А я, вот, боюсь.
Чисс встал, подошел ко мне, и, положив ладонь поверх моих сцепленных рук, сказал:
-- Не надо бояться. Я с тобой.
Схватив его за руку, я дернула драконыша на себя, и с упоением начала трепать темные лохмы, Чисс засмеялся и начал вырываться, но я-то вижу, что ему нравится наше баловство.
-- Все, вы нам наскучили.
-- Наскучили.
-- Совсем наскучили.
Интонации в голосах близняшек мне не понравились. Я вздрогнула и прижала драконыша к себе. Что они задумали?
-- Уходите.
-- Да, уходите.
-- Вон.
Я даже не поняла, что произошло, только сидели на дне ямы, и вот уже развалились на лесной тропинке.
-- Чисс ты как? - потрясла я его за плечо.
-- Жив.
-- Черт, что это было?
-- Нас отпустили, теперь мы можем вернуться в лагерь.
Отряхиваясь от земли и сухих веточек, поднялась, озираясь по сторонам, чтобы понять, где мы. Что-то не припомню, чтобы на моем пути встречались эти кустики с крупными оранжевыми ягодами. Куда нас зашвырнуло? Блин, еще и голова кружится. Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, я посмотрела на взъерошенного ребятёнка и ласково улыбнулась.
-- Ты решил вернуться?
-- Да, - Чисс тоже стал отряхиваться, но вставать не спешил. Он повел носом, принюхиваясь, - Далеко, но к вечеру доберемся.
Сложив два плюс два, я улыбнулась, разминая затекшую шею.
-- Решил, не сбегать?
-- Решил, - кивнул драконыш.
-- Молодец. Ларра обрадуется.
Чисс снисходительно усмехнулся:
-- Решил, что ты без меня совсем пропадешь. Ты же, как будто только из яйца вылупилась: ничего не знаешь, ведешь себя, как короткохвостая, наверное, даже летать разучилась, пока в этой ипостаси ходила. А раз я твою тайну знаю, я и буду тебя учить.
-- Ты - меня?! - Своим высказываем, драконыш поставил меня в тупик.
-- Я - тебя, - кивнул мальчик, - А, что такого? Перевоплощаться я сам учился. Летать тоже.
-- А-а, - смутилась я.
-- Не переживай. Я никому ничего не скажу, - усмехнулся малец, - А тебя я быстро на крыло поставлю. Вот увидишь.
-- Ну, хорошо, - промямлила я, шокированная таким поворотом событий.
-- Идем, - Чисс встал на ноги, взял за руку и повел куда-то сквозь кусты, - Нам туда.
Как и говорил драконыш, к лагерю мы добрались ближе к вечеру. На меня тут же набросилась шайма и начала жалобно цокать. Ей так и не удалось отыскать яму, в которую мы свалились. Я успокаивающе потрепала ее за ушком, Чисс тоже погладил ласку, пробурчав, что она не виновата.
Увидев нас целыми и невредимыми, Ларра всплеснула руками и совсем не по-драконьи разрыдалась. Чисс взял ее за руку и попросил успокоиться, ведь ничего страшного не произошло. К ним подошел Вейран. Он встал на одно колено, чтобы смотреть в глаза ребенку, и что-то тихо прошипел, не скрывая раздражения, тот кивнул, принимая все, что наговорил ему вампир, хотя, по изменившим цвет радужкам, можно было понять, что выговор Чиссу не понравился. Он очень сдержанно попросил прощения и пообещал больше не сбегать. Драконница просветлела лицом и обняла сына за плечи. Чисс стойко выдержал пытку материнской любовью, встретился со мной глазами и коротко кивнул. Я ответила все понимающей улыбкой. Вспоминаю себя в его возрасте, просто диву даюсь - все-таки он удивительный ребенок. Поняв, что все обошлось, все вздохнули с облегчением и засобирались.
Но, кто сказал, что обо мне забыли?! Когда тяжелая рука Вейранара легла мне на плечо, я, по правде говоря, едва богу душу не отдала. Я ожидала взбучки, но вампир, только укоризненно покачал головой, от чего стало очень неуютно и стыдно. Однако Вейран не стал дожидаться, пока я подберу слова, развернулся и ушел.
-- Ну, ты попала, - подкравшись со спины, тихо, чтобы только я могла слышать, зловеще хихикнул Грандир.
-- Ты о чем? - поежилась я, так от его голоса, у меня волосы на затылке зашевелились.
-- Узнаешь, - еще более таинственно прошипел эльваф.
Ик, что-то мне это не нравится. Очень не нравится. Максик, где же ты, паршивец ты этакий? Я домой хоч-у-у!
За эти несколько дней, я успела побывать рядом с каждым членом команды, но бусина, так и не засветилась, оставаясь равнодушной к моим мольбам. И, что прикажите делать? Где искать его теперь? Я посмотрела в небо и мысленно возопила: "Эй, боги!! Ну, хоть подсказку бы дали, в самом деле!!"
-- Иди в экипаж, Иш, - подтолкнул в спину Грандир, - Мы не будем дожидаться утра. Завтра днем будем на границе.
Я кивнула и поплелась к экипажу. Сев на диванчик, откинула голову на спинку, и тут же отрубилась. Все-таки, с какой стороны не смотри, а нервы у меня человеческие.
***
Мама, роди меня обратно!! Я больше никогда, никогда, никогда... не буду сердить этого вампира. Изверг!! Тиран!!! Деспот!!! Сколько ж можно меня мучить?!!
-- Неужели, ты уже устала? Вставай. Мы еще не закончили, - тычет заостренным концом деревянной палки мне под ребра. Больно.
-- Я больше не могу, - отплевываюсь я, с трудом фокусируя взгляд на его сапогах. По мыску левого ползет огромный, противный слизняк оранжевого цвета. Фу-у, мерзость какая. Превозмогая боль, откатываюсь в сторону.
