— Что это? — спросила Лара.
— Э… Карлос Кастанеда, — ответил Антон. — Название уж больно понравилось: «Искусство сновидения»!
— Это о вкусном и здоровом сне? — Стас вылез из кресла, с интересом глянул на обложку, где красовался голый мужик с морской раковиной на макушке. — Пойду тоже чего-нибудь выберу…
Узкий и неудобный проход в трюм располагался в задней части рубки, пользовались им только в полете, но сейчас Стас просто не хотел мокнуть под дождем.
Он открыл дверцу и по прижавшейся к стене лесенке спустился вниз, туда, где громоздились штабеля книг. Огляделся и задумчиво огладил подбородок, щетина на котором догнала в размере волосы на голове.
Книг были сотни, и как выбрать что-то интересное без помощи программы-справочника или гида, Стас не знал. Вытащил одну наугад, черную, толстую, как любитель посиделок в пивных барах.
«Л. Н. Толстой, — гласили буквы на обложке. — Война и мир».
Стас задумчиво взвесил книгу на ладони и положил на место — с такой глыбой тягаться рановато, для начала нужно найти что-нибудь попроще. Подходящая книжечка отыскалась довольно быстро — потрепанная, в яркой обложке, украшенной изображением облаченного в скафандр мужика.
— «Роберт Хайнлайн. Звездная пехота», — с некоторым трудом прочитал Стас. — Наверняка воспоминания какого-нибудь ветерана времен первых войн в космосе. То, что нужно…
Он поднялся по лесенке, у дверцы столкнулся с Ларой. Та почему-то смутилась и отступила в сторону, а когда Стас прошел мимо, шмыгнула вниз, в полутьму трюма.
— Чего это она? — спросил Стас.
Антон не ответил, из-за оранжевой книги виднелись только переходящий в лысину лоб и задумчиво шевелящиеся брови. Стас пожал плечами и прошел к креслу.
Он открыл книгу, несколько минут соображал, куда делись буквы, и только потом догадался перевернуть тонкий лист из бумаги, именуемый страницей. Прочел первое слово и ощутил, как в голове что-то шевельнулось…
Чтение оказалось процессом странным. Изложенные на бумаге ряды корявых символов преобразовывались в мозгу в звуки, краски, запахи, порождали какие-то мысли, мало связанные с тем, что описывалось в тексте…
Стас ощутил себя рядом с героями романа, выпал из реальности куда сильнее, чем при просмотре видео или виртуальной игре. Он не заметил, как вернулась в рубку Лара с томиком «Джен Эйр», как вошедшие Толик и Ната удивленно вытаращили глаза…
Он читал.
Когда с трудом оторвался от очередной страницы, обнаружил, что за иллюминаторами черно, Антон храпит в обнимку с томиком Кастанеды, Ната дремлет, Лара негромко всхлипывает, а Толик шелестит страницами, тараща глаза, как сова в полдень.
Стас отложил книгу и выключил свет.
От пульта донеслось немелодичное курлыканье, извещающее, что пришло время вставать. Стас заворочался и попытался открыть глаза. Это получилось сделать только с третьей попытки
Над входом в санитарный блок горела лампочка — Антон, как обычно, встал раньше всех.
— Доброе утро, — проговорил Стас, трансформируя кресло в сидячее положение и нажимая сенсор на подлокотнике. Одеяло с шорохом втянулось в отведенную ему полость.
— Доброе, — без особой радости отозвался Толик.
На полу рядом с ним валялась обложкой вверх раскрытая книга, на которой зловещего вида дядька душил красавицу, облаченную в несколько квадратных сантиметров прозрачной ткани.
«Джеймс Хедли Чейз. Положи ее среди лилий», — прочитал Стас.
Антон выбрался из санитарного блока, туда незаметно и стремительно, точно мышь, скользнула Лара. Ната потянулась, одеяло сползло с высокой груди, но взгляд Стаса сам собой передвинулся на небольшой томик, что девушка держала в руке.
«Старшая Эдда» — гласила надпись на нем.
— Странно я себя чувствую, клянусь духом, — сказал Антон, — голова тяжелая, как после пьянки, только вот мыслишки разные в ней бегают…
— Про них потом расскажешь, — ответил Стас, — лучше завтраком займись. Сегодня твое дежурство.
— А чего им заниматься? — механик пожал плечами. — Даже печку не включишь.
— Хотя бы консервы открой. — Стас нажал сенсор на пульте, полюбовался на отползающий в сторону люк.
Позавтракали быстро, пустые упаковки консервов полетели в бак утилизатора. Тот заурчал, а люди по одному начали выбираться из корабля, под серое небо, в клубящийся над развалинами туман.
Стас в паре с Натой отправились на участок, недавно разведанный Толиком
Прочесывали развалины без особой спешки. Находки поначалу были пустяковыми, в рюкзаке за спиной Стаса тренькали друг о друга несколько ложек, да лежал в кармане примитивный прибор связи, называвшийся «сотовым телефоном».
— Опять не повезло, — сказала Ната, когда под очередным завалом нашлись обломки, годные для продажи меньше, чем прошлогодний снег. — Как ты думаешь, так на самом деле бывает?
— Как? — Стас положил на место кусок камня и изумленно посмотрел на девушку, непривычно печальную и задумчивую. — Ты о чем?
— О книгах. — Ната смущенно потупилась. — Неужели все происходило так, как там описано? Сигурд, Брунгильда…
— Не знаю, ежкин корень. — Стас пожал плечами. Вчера с первых страниц он понял, что «Звездная пехота» — стопроцентный вымысел, ведь люди никогда не воевали ни с какими жуками. Но это понимание не помещало воспринять книгу как описание реальности. — Не знаю, — повторил Стас. — Давай лучше работать, а о развлечениях затем поговорим.
— Ладно, — кивнула Ната, и они зашагали к следующей точке, отмеченной в памяти сканера.
Вопреки байкам, работа черного археолога большей частью скучна, монотонна и лишена особых радостей, состоит не из перестрелок, погонь и ошеломляющих открытий, а из банального копания в мусоре.
К обеду Стас и Ната были грязны по уши, а рюкзак стал значительно тяжелее.
— Ну что, пойдем? — спросила девушка, когда таймер в вычислительном центре Стаса негромко пискнул.
— Пойдем, — ответил он. — А то что-то в животе урчит…
Безраздельно царивший с утра туман осел, ветер разогнал облака, и «Гермес» сверкал под солнцем, как глыба хрусталя, зато марево маскирующего поля сделалось почти невидимым.
У подножия трапа прямо на земле сидел Антон, восторженно пялился куда-то в пространство.
— Ты что? — поинтересовался Стас, принюхиваясь. — Лара с Толиком пришли?
Самое удивительное — спиртным не пахло.
— Нет еще, — ответил механик. — А у меня поехала точка сборки, а в энергетическом теле начались флюктуации…
И он поднес руки к лицу, взглянул на них с невероятным удивлением, точно видел первый раз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
