Смеясь при воспоминании о событиях минувшего дня, Кристина распахнула дверь и легкой походкой вошла в гостиную. В бело-зеленом полосатом платье из поплина, которое Вулфрик помнил еще с прошлого года, и в старой соломенной шляпке с обвисшими полями она выглядела не менее великолепно, чем на балах в Лондоне и Линдсей-Холле.
— О, — воскликнула Кристина, и улыбка замерла у нее на губах.
Вулфрик поднялся со стула и поклонился Кристи.
— Миссис Деррик, — поздоровался он.
— Ваша светлость. — Кристина сделала реверанс.
Миссис Томпсон тоже поднялась.
— Его светлость желает поговорить с тобой наедине, Кристина, — сказала она. — Пойдемте, Элеонора, и ты, Хейзл; мы выпьем чаю в другой комнате.
— Я бы предпочел проводить миссис Деррик в сад, — возразил Вулфрик. Именно там в прошлом году он совершил грубую ошибку, и ему казалось справедливым там же попытаться ее исправить.
Не прошло и нескольких минут, как они вышли из дома, поднялись по широким каменным ступенькам и, миновав увитую цветами арку, оказались в уединенном садике квадратной формы, который герцог часто видел в ночных кошмарах с тех пор, как был здесь в последний раз.
— Миссис Скиннер могла бы предупредить меня, что вы здесь, — сказала Кристина, — чтобы я успела привести себя в порядок.
— Во-первых, мне кажется, что вы просто не дали своей домоправительнице слова сказать, — заметил герцог, — а во-вторых, вы и так очаровательны.
— О! — воскликнула Кристина.
— Безусловно это так, но… Но я никогда не смогу стать мужчиной вашей мечты.
— Нет, сможете, — перебила его Кристина. — Более того, вы им уже стали. Не помню, какие именно качества я перечислила вам в прошлом году, но это не имеет значения. В вас есть все, что я мечтала видеть в мужчине, и даже намного больше.
Герцог сцепил руки за спиной и с облегчением вздохнул: теперь отпала необходимость произносить речь, которую он столь тщательно подготовил.
— Значит, вы выйдете за меня? — спросил он.
— Нет. — Кристина покачала головой. — Я совсем не та женщина, которая могла бы стать вашей герцогиней.
Вулфрик в недоумении взглянул на нее:
— Что за глупости вы говорите? Мне известно из достоверных источников, а именно от Фреи, что никто из моих братьев и сестер, их супругов и даже их детей никогда больше не станет говорить со мной, если я не уговорю вас занять именно это положение. А Бедвины — самые строгие судьи, уж поверьте мне.
— Есть еще маркиза Рочестер, — напомнила Кристина.
— Моя тетушка такая же, как все мы. Она любит, чтобы все ей подчинялись. У нее возникла нелепая мысль, что мы с мисс Хатчинсон можем составить счастье друг друга. Ну что же, ей придется справиться с разочарованием. Она меня обожает, я всегда был ее любимцем. Кстати сказать, никто из моих братьев и сестер никогда не ревновал ее ко мне.
Как и предполагал Вулфрик, Кристина рассмеялась. Обойдя скамейку, она опустилась на нее.
— Ваша светлость, я…
— Пожалуйста, прекратите называть меня «ваша светлость».
— Я считаю, что называть вас Вулфриком невежливо, — возразила она.
— Вам так не казалось, когда вы делили со мной постель на голубятне, — напомнил герцог.
Кристина вспыхнула, но не отвела глаз. Странно, но именно эта ее особенность привлекла его внимание в Скофилд-Парке.
— Ну хорошо, — снова заговорила она. — Так вот, Вулфрик, тридцать лет мне исполнилось ровно три дня назад.
— Ах вот оно что, — протянул герцог. — В таком случае я смогу еще несколько недель притворяться, что старше вас всего на пять лет — мне скоро исполнится тридцать шесть.
— Боже, вы ведь понимаете, о чем я, — взмолилась Кристина. — Даже если бы я не была бесплодной, мой возраст уже не позволяет рожать. Но я бесплодна. Надо было сказать «нет», когда вы просили разрешения приехать сюда, но в тот момент я не могла мыслить разумно. Я думала только о том, как чудесно провела время в Линдсей-Холле и как…
— Пожалуйста, Кристина, — прервал ее герцог, — прекрати нести чепуху. Я уже не раз говорил тебе, что у меня есть три брата, любому из которых я с радостью передам свой титул. Ты знаешь этих людей. И если у Эйдана не будет сыновей, то малыш Уилли когда-нибудь станет герцогом Бьюкаслом. Я вообще не собирался жениться. После того как в возрасте двадцати четырех лет я неудачно попытался вступить в династический брак, я твердо решил не вступать в брак, если только не встречу женщину, с которой мы составим единое целое. Но, честно говоря, я на такое и не рассчитывал — я не тот мужчина, в которого легко влюбиться…
— Но твои братья и сестры очень любят тебя, — возразила она.
— Родная моя, — Вулфрик уже не мог остановиться, — ты сама радость и воплощение любви. Если ты согласишься стать моей женой, то я не стану требовать, чтобы ты соответствовала образу идеальной герцогини, какой ее видишь ты или кто-либо другой. Тетушка Рочестер может даже не пытаться воздействовать на тебя. Если кому-то не понравится, как ты себя ведешь, то к черту этого человека. Но мне кажется, такого не случится. Ты умеешь дарить людям любовь и смех, даже тем, кто не хочет любить тебя и смеяться вместе с тобой.
Кристина посмотрела вниз, на сложенные на коленях руки, и ее лицо скрылось под широкими полями шляпки.
— Я навсегда останусь надменным, холодным аристократом, которого ты так презираешь, — Вулфрик невольно вздохнул, — я просто обязан быть им…
— Знаю. — Кристина быстро подняла голову. — Я не хочу, чтобы ты менялся. Я люблю герцога Бьюкасла таким, какой он есть. Он великолепен и опасен, особенно в те моменты, когда поднимает негодяев за шкирку и внушает им ужас несколькими словами, произнесенными мягким голосом.
В ее глазах зажглись знакомые искорки.
— Но я всегда буду и Вулфриком Бедвином, — продолжил герцог, — который недавно обнаружил, как здорово иногда бывает нырнуть в ледяную воду с запрещенного дерева.
Улыбка осветила лицо Кристины.
— Я люблю Вулфрика Бедвина, — проговорила она, и голос ее предательски дрогнул.
— Правда? — Герцог подошел к Кристине и, взяв ее за руки, поцеловал каждую ладонь. — Правда, любимая? Ты готова дать мне шанс? Мне лучше сразу предупредить тебя. В семействе Бедвинов существует такая традиция, что мы обычно не женимся рано, но уж когда женимся, то всю жизнь храним верность и преданность тому, с кем соединили свою судьбу. Если ты станешь моей женой, то я буду любить тебя до конца дней.
Кристина засмеялась:
— Думаю, я смогу это вынести, если очень постараюсь. Но учти, я буду отвечать тебе тем же.
Теперь уже и герцог не удержался и слегка улыбнулся.
