— Шпионил для Волена, — честно сознался Архан, тут же добавив: — И создавал видимость, будто помогаю магистру в осуществлении его политических замыслов. А что касается злотворной магии… так ведь теплое место, господин Патрик, долго не пустует. Я даже знаю, кого именно Волен отправил в Чертог после того, как я нарушил договоренность и бежал.
— Бежали? — уточнила Элея.
— Да, бежал. Можно, конечно, сказать, будто я отбыл по своему желанию… но на самом деле у меня не было другого выхода. Господин Патрик уже понял слишком много.
— Но почему я не чувствовал ничего?! — воскликнул Шут. — Как будто кроме меня и не было никого во дворце, кто владеет Даром!
— Потому что вы юны, друг мой, — усмехнулся Архан. — И неопытны. Прятаться от вас не так уж сложно.
— Значит… значит во дворце всегда был кто-то из приспешников Волена? Ведь так?! — о каким болваном он чувствовал себя в этот миг!
— Да, господин Патрик. Равно, как и при других дворах. Предшественники Волена прочно сплели эту паутину. Вот только, боюсь, настало время ей порваться… Я ездил к подземной крепости. Уж не знаю, что вы там натворили, да только замка больше, почитай что и нет.
— Рухнул? — уточнил Кайза.
— Близок к тому. Все люди покинули его, в том числе и сам магистр. И он теперь очень зол. Я уверен, в ближайшее время вам следует ждать гостей…
— Много их будет? — спросил шаман. Лицо его приобрело ту пугающую каменность, которая говорила о холодной решимости сражаться.
— Не знаю. Сколько удастся собрать.
Это звучало не слишком обнадеживающе.
— А как вы сами оказались здесь? — спросила вдруг Элея. Да, этот вопрос, пожалуй, всем был интересен.
— Когда я вернулся с Островов, то уже не мог снова делать вид, будто верно служу Волену. Полагаю, он понял, кому обязан неожиданным исцелением некоего господина Патрика… В Золотую я тоже не мог возвратиться — там бы меня быстро отравили чем-нибудь его новые засланцы. Оставалось только скрыться на время.
— Но отчего вы не остались с нами? — недоуменно приподняла брови Элея. — Волен едва ли стал бы искать вас на Островах. Или… — на лбу ее возникла тонкая морщинка, — или вы хотите сказать, что в Брингалине тоже есть соглядатай этого старого подземного змея?
Шут почти наяву почувствовал, как гнев опалил сердце его маленькой королевы.
Но Архан лишь качнул головой.
— Нет, Ваше Высочество? Туда магистрам дотянуться так и не удалось. Хвала богам. Равно, как и в Норт. А вот с Ферестре дела совсем плохи… Вы и сами видели, что вытворяет Шаниэр. Как мне представляется, он уже и сам был не рад своей глупости. Эта война не представляла выгоды его королевству. Вот только сдать назад он уже не мог, бедный горячий феррит.
Шут хмыкнул и поймал столь же недобрую усмешку Кайзы. Да уж! Бедный… Заварил похлебку…
— И все же, почему вы выбрали для своего укрытия именно это место? — допытывалась Элея. — Под самым носом у бывшего господина.
— Да чтобы не спускать с него глаз, — легко объяснил Архан.
— И он вас не почувствовал? — не удержался от вопроса Шут.
— Нет… — лекарь мягко улыбнулся ему. — Нет, друг мой. Я не столь богато наделен Даром, как вы, но с годами приходит знание… умение. Науку прятаться и таиться я освоил лучше, чем что-либо еще. К тому же… признаюсь вам честно. Это место я выбрал еще и потому, что получил несколько весьма настойчивых указаний от высших сил, — он перевел взгляд на Элею. — Знаков, Ваше Высочество, если вам будет угодно… Как видите, они меня не обманули!
Шут кивнул. А сам думал уже о другом…
— Это Волен, — спросил он, отгоняя страх и боль прошлого, — отправил меня в Запределье?
— Запределье?… — Архан удивленно поглядел на него. — А! Я понял. Вы так называете т о место… Да, он. Другие не настолько сильны. Этот человек не случайно забрался на свой трон… боги щедро наделили его Даром.
— Отчего же он еще не напал? — размышлял вслух Шут.
Маг пожевал губами.
— Волен… как вам сказать… слишком отвык от внешнего мира. В крепости его питали не только потоки силы от других магов, которых магистр там старательно собирал вокруг себя. Главным образом — могилы тех, кто покоился в Башне Памяти. Вам известно, что это за башня.
— Да, — кивнул Шут. Элея ему уже рассказала. — Так значит, вне стен своей твердыни наш враг не столь могуществен?
Архан помолчал немного, подбирая слова.
— Ему нужно время, Патрик. Время, чтобы прийти в себя. Он и без горы… серьезный противник. Вы… мы должны быть осторожны.
— Мы? — Шут уставился на лекаря.
— Я бы хотел присоединиться к вашему отряду.
11
Они покинули замок барона Гилема в тот же день, как и планировали. Старый дворянин-отшельник где-то сыскал для Шута лошадь — не слишком хорошую, за такую на базаре много не дадут, но это было все же лучше, чем одна кобыла на двоих. Сам он, конечно же, весьма огорчился, узнав, что его любимый лекарь и такой замечательный собеседник собирается уехать вместе с гостями. Но не сказал и слова против, только горячо обнял Архана на прощанье.
Решение взять лекаря с собой было общим. Полезного он знал много, а навредить мог едва ли, даже если и солгал о доброте своих намерений. Шут теперь никому не разбегался доверять… Хотя, если уж говорить честно, то никакой опасности от Арахана он не чувствовал… Как, впрочем, и прежде.
Уже когда седлали лошадей, Шут не выдержал и отозвал лекаря в сторонку. Вопрос, который мучил его больше всего, ему не хотелось задавать при всех.
— Скажите… — он сглотнул, нервно крутя в пальцах найденную на полу подкову. Слова почему-то не хотели выталкиваться, — почему Волен убил мою семью?
Брови у Архана поползли вверх.
— Вашу семью?.. Но ведь вы ее даже не помните, вы сами мне говорили!
— Да нет же! — Шут в сердцах едва не уронил подкову себе на ногу. — Разумеется я имел в виду моих названных родителей. Артистов, с которыми колесил по Закатному Краю!
— Ах это… — лекарь отвел глаза. Ему явно не хотелось продолжать разговор. Но уворачиваться старик не стал. — Дело в том… Волен не ставил себе целью сгубить вашу приемную семью. Он вас самого хотел убить.
— Да?.. — Шут опустил руку с подковой, внезапно почувствовав себя маленьким и беспомощным — мальчишкой из балагана Ларса Виртуоза. Значит, догадки были верны… — Н-но… почему?!
— Испугался. Ему за всю жизнь не приходилось встречать людей, чей Дар столь силен. Если бы вы, мой друг, спокойно выросли, достигли зрелого возраста со своим умением… летать и заглядывать в будущее, то однажды непременно оказались бы во главе ордена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
