Это наш долг! – припечатал он, и больше никто не посмел спорить с ним и возражать.
Начались обсуждения военных вопросов, в которых я ничего не смыслю.
«Южный гарнизон…»
«Специальный батальон…»
«Разведрота…»
Я почти не слушала и пыталась уложить в своей голове тот факт, что попытка дворцового переворота, отравление моих детей и нападения на фей в далеком лесу за пределами империи – все это звенья одной цепи. Очевидно, что те, кого зовут харгами – лишь солдаты в чьей-то войне. Тот, кому хватило ума и хитрости разыграть столь сложную комбинацию, явно не похож на четвероногого зверя. Но кто же он?
Я так глубоко ушла в свои размышления, что не заметила, как Нейтон вернулся в мою тайную комнату.
- Ты все слышала? – спросил он, вырывая меня из размышлений.
- Ты привел меня сюда, чтобы напугать до полусмерти? – вопросом на вопрос ответила я, очнувшись.
- Прости, но это необходимость, - покачал головой Нейтон. – Ты – первая даргана империи, и должна понимать, что происходит.
- Это из-за харгов отравили наших детей? – все еще не могу поверить я.
- Раньше я еще сомневался, но теперь уверен в этом на сто процентов, - заявил мне Нейтон, утвердительно кивнув. – Понимаешь, рождение тройняшек – это событие исключительной важности. Мне и раньше говорили, что это дар Триединого, но я не воспринимал всерьез. Но около месяца назад ко мне пришел главный жрец храма Триединого, и все встало на свои места. Наши дети родились точно в момент прохождения ночного светила через созвездие Прях.
Слова Нейтона повергли меня в шок. Пряхи считаются главными слугами Триединого, в честь них названо созвездие из трех ярчайших звезд на небе.
- Это хороший знак? – уточнила на всякий случай.
- Это редчайшее явление, которое происходит раз в десять тысяч лет, - с восхищением произнес Нейтон. – И наши дети родились точно в тот момент, когда оно случилось. Это благословение, Арина. И предзнаменование, - дракон вдруг погрустнел.
- Предзнаменование чего? – сглотнула я.
- Большой войны, - напугал меня Нейтон своим очень серьезным тоном. – Темные силы прорываются в наш мир уже давно. И раньше случались прорывы, но в последние десятилетия все чаще и сильнее. Наши тройняшки – это знак от Триединого. Благословение и предупреждение о том, что грядут тяжелые времена.
- Что нужно этим харгам? Зачем они лезут в наш мир? – пытаюсь понять я.
- Голод, - просто и емко ответил Нейтон. - Харги питаются магией. Они хотят жрать. Поэтому и напали на средоточие магии – на Зачарованный лес, колыбель всех магических созданий. Нам будет сложно, Арина. Власть драконов не распространяется на земли Зачарованного леса, а разрозненные кланы двуликих не могут противостоять новому врагу. Вот и теперь, на фей напали, а те не могут себя защитить. Безобидные хрупкие создания. Их поселения отделены от остального мира, они необщительные и скрытные.
В сюжетах сказок обычно фея влюбляется в дракона и вместе с ним уходит из Зачарованного леса, но в реальности таких случаев никогда не было. Ни одна фея никогда не выходила за дракона или оборотня. Это немыслимо! Случись такое, об этом событии трубили бы на каждом шагу!
- Ты отправишься в этот лес? – мне стало не по себе.
- Придется, - подтвердил Нейтон. – Не бойся, это будет несколько недолгих походов. Не дольше пары месяцев.
- А если с тобой что-то случится? – я встала и сделала шаг навстречу. Прежде я и не думала, что императору придется лично участвовать в походах.
- Все будет хорошо, моя нежность, - мой страх за него тронул Нейтона. Он привлек меня к себе и нежно поцеловал в лоб. – Не волнуйся за меня. Обещаю, когда я вернусь, на мне не будет ни царапины.
- А может, найдешь себе там кого-нибудь, - с особой насмешливой интонацией произнесла я, положив руки ему на плечи. – Какую-нибудь волчицу или лисицу. Закрутишь с ней роман, привезешь сюда любовницу, - расписала я будущее.
Нейтон смотрит на меня смеющимся взглядом. Понимает, что я шучу, но в каждой шутке есть доля шутки.
- Мое сердце принадлежит только тебе, моя драгоценная, - взяв меня за руку, Нейтон поцеловал мои пальцы. – Никаких лисиц и зайчих. Только одна прекрасная целительница, похитившая мое сердце.
- Я люблю тебя, дарг Бельмонт, - шепнула я, проведя свободной рукой по его гладко выбритой щеке. Не сразу поняла, что оговорилась. Сейчас правильно называть его императором и обращаться исключительно «Ваше Величество». Но для меня он навсегда остался даргом Бельмонтом, суровым и жестким для окружающих и добрым и мягким для семьи.
- А я тебя обожаю, - ответил Нейтон и накрыл мои губы страстным поцелуем.
***
Эпилог
Год спустя
- Поздравляю! – Нейтон искренне улыбнулся Кроксу и протянул тому небольшую ювелирную коробочку. Я-то знаю, что в ней хранится золотой ключ, открывающий ячейку в драконьем банке. Туда Нейтон положил круглую сумму. – Не думал, что ты так нас обрадуешь, но ты умеешь удивлять, Вольгарт, - впервые на моей памяти Нейтон говорит с ним без презрения и плохо прикрытого раздражения, а с искренним восхищением.
- Благодарю, - ответил Крокс, гордый до кончиков ушей. Грудь колесом, глаза горят. Сегодня его звездный час. Около года назад родной отец Вольгарта официально признал его, и мой прежний покровитель и друг стал наследником драконьего рода. Да, не столь могущественного, как Вайнсы и Бельмонты, но тоже уважаемого и богатого.
Я улыбнулась, вспомнив, как ловко этот хитрец избежал нежеланного брака с отравительницей моих детей. Крокс дождался, когда его отец подпишет бумаги о признании и заверит их родовой магии. После чего он выкрал те самые бумаги, украл Айлу и исчез в неизвестном направлении. Конечно же, тут же начались поиски, отец Крокса поднял шум. И только абсолютное спокойствие отца Айлы, лорда Бастра, говорило о том, что ничего страшного с его дочкой не случится.
Так и вышло. Через три месяца Вольгарт объявился и объявил о беременности своей супруги…двойней! Эта новость повергла всех в шок. Особенно традиционные чистокровные драконьи пары, которые десятки лет не могут зачать потомство.
Таиф увез Розали в свою стаю, и наша с ней связь оборвалась. Нет, мы не поссорились и не прекратили общаться, но она ясно дала понять, что хочет посвятить себя своей семье и
