— Не преувеличивай, — брат оставался мрачным. — Погоди, мне надо подумать.
Он думал до утра, после завтрака пристал с сотней вопросов. Что было в Цере? Какова формула гейса? Что я успел узнать? Что собираюсь дальше делать?
Больше всего меня утомили расспросы про руны, которые были вписаны в звезду хаоса, и использованные для деактивации ключи.
— Хоть пытай — не помню. Прошло почти три месяца.
— Постарайся вспомнить, — его голос звучал умоляюще.
Я честно попробовал, но ни гриска не смог.
— Разве это так важно?
Достаточно было взглянуть на лицо Джаниса, чтобы понять — еще как валено.
— Ну ладно, — вздохнул он. — Что собираешься делать дальше?
— Повторить операцию с зеркалом. Надо вытащить Тильду. Она и так по моей милости провела там лишнюю неделю.
— Сегодня?
— Сегодня не получится, над ней будут измываться алхимики в лаборатории. Планировал завтра.
Брат посмотрел на меня с подозрением:
— Элвин, признайся честно: сколько раз ты запирал свою тень в зеркале?
— Ну…
— Честно!
— Три раза, — неохотно признался я.
— Это значит, в следующий раз у тебя будет… — он прикрыл глаза, проводя какие-то свои расчеты. — Максимум три часа.
— Знаю.
Это было какое-то фатальное невезение. Во второй раз в резиденции Ордена оказалась куча, просто куча народа. Толпились в коридорах, бегали из лаборатории в лабораторию. Где вся эта орда была несколькими днями раньше?
Вытащить тройку пленников при стольких свидетелях не стоило и пытаться. Я постарался провести время с пользой — пообщался с культистами, запомнил всех, кого смог, в лицо и по именам.
В третий раз клетка Тильды была пуста. Обнаружив это, я пережил несколько очень неприятных мгновений. Настолько неприятных, что рискнул спросить о фэйри у коротышки-монгрела в соседней клетке.
Пришлось признаться, что облик мейстера — всего лишь иллюзия, но дело того стоило. Монгрел, которого звали Ринглус, оказался неплохим парнем. Он успокоил меня, сказав, что Тильду просто увели в лабораторию.
У нас было не так много времени на болтовню, но я успел выяснить примерное расписание, по которому культисты устраивали издевательства над пленниками. Так что, если все пойдет по плану, завтрашняя вылазка обещала стать удачной.
Вспомнить бы еще, когда в моей жизни хоть что-то шло по плану.
— Почему не войти туда с боем?
— О боги! Джанис, не ты ли мне на днях читал лекцию на тему изящных решений и нелинейных схем?
Это было тем же утром, как он приехал, за завтраком. Долгий и бессмысленный спор по поводу моих действий в Рино.
Он вздохнул:
— У меня и в мыслях не было поучать. Ты взрослый и сам за себя отвечаешь.
— Спасибо и на этом.
— Но я по-прежнему считаю, что ты сглупил. Можно было добиться желаемого, не привлекая лишнего внимания к Стражам. И без убийства тридцати тысяч человек.
— Вот и пытаюсь действовать малой кровью.
— Иногда грубая сила бывает оправдана.
— Не тот случай, — с сожалением признал я. — Не забывай, что это — подвалы. Причем опоры укреплены магией — я проверял. Пиковый выброс магии вне лабораторий повредит контур заклинания, больница просто обрушится. Никакого приобщения к запретному знанию.
— Если я правильно понял формулу гейса, запретного знания от тебя и не требуется. Уничтожь резиденцию — и он будет снят.
— Тю, братец. Даже если забыть про фэйри, а я забывать про них не намерен, это не план, а туфта. Где твое любопытство? Неужели не интересно, что за конструкцию собирают хаосопоклонники и зачем им фэйри в клетках?
Джанис снова уставился на пластину.
— Интересно, — медленно сказал он. — Но так рисковать… Ты понимаешь, чего можешь лишиться?
Я пожал плечами:
— Жить вообще опасно — можно случайно помереть. Я хочу выяснить, зачем культисты варят это рагу. И взглянуть в глаза лорду-командору.
Он молчал, что-то прикидывая про себя. Потом кивнул:
— Хорошо. Что именно ты успел узнать?
— Не так много. Проклятье, я не могу задавать им вопросы, на меня и так косятся. Понятия не имею, как Гарутти вел себя при жизни, но похоже, у нас мало общего. Сейчас я знаю по именам и в лицо большую часть культистов. Из тех, кто регулярно бывает в резиденции. Это маги, Джанис. Даже те, кто занимается исключительно теорией, как Каррингтон. И я никогда не видел ничего подобного, впору от зависти сдохнуть — такое оснащение, такая работа. Откуда людям вообще известно про эмпирический метод Августы?
Он помялся:
— Похоже, это моя вина.
— Твоя?
— Да. Когда я работал над единой теорией магического поля, у меня было несколько учеников. Из особо одаренных человеческих магов.
Если бы он признался, что держал гарем с сотней наложниц-фэйри, я бы и то меньше удивился.
— Зачем?
— Некоторые эксперименты требовали помощников. Работать в команде проще.
— Час от часу не легче! Значит, это кто-то из твоих питомцев? Решил порадовать папочку? И ты еще меня упрекаешь в безответственности?
Я зря ерничал. Ни один из писаных или неписаных законов нашего сообщества не запрещает набирать учеников среди людей. Просто так никто не делает. Слишком обидно вкладывать усилия, чтобы через пару десятков лет хоронить того, кого помнишь еще мальчишкой.
Обидно и больно.
«Никаких привязанностей к людям» — здоровый девиз нормального Стража. Не влюбляться. Не дружить. Не заводить близких отношений. Только деловые. Люди слабы и смертны, и с этим ничего невозможно сделать.
Ши и фэйри — единственный разумный выбор для бессмертного. Пусть каждый из нас когда-то был человеком, ключевое слово здесь «был».
Потому большинство Стражей и живет на Изнанке. А те, кто остался на человеческой стороне реальности, как Мартин, держат людей за порогом души, никого не пуская слишком близко.
Мы все обжигались на этом. И многие — не один раз.
Джанис покачал головой:
— Прошло почти восемьдесят лет. Это ученики учеников. Знание разошлось по миру, Элвин. И, знаешь, я рад этому.
— Рад тому, что творят эти ублюдки?
— Речь не об Ордене. Знание — инструмент, который можно использовать для добрых и дурных дел. Жаль, что оно попало им в руки, и жаль, что они сумели им распорядиться. Но сам факт, что люди пытаются постичь и изменить мир… это дает надежду.
— На что?
В этот раз он молчал очень долго. Потом все-таки сказал:
— Ты мне не поверишь.
Вот терпеть не могу, когда он начинает так выступать.
— А ты попробуй рассказать, и увидим.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
