Даже Анатоль и Криста. Даже Дан. Я не знал, где Еля появится и решил перестраховаться.
Майстрим перевёл взгляд на бегущего к ним Диннара Роннигуса с полицейскими.
— Дин, найди Елению Огдэн, — властным жёстким тоном приказал Май. — Она вернулась. Нужно поднять всех, кого возможно. Только что была здесь и улетела. Вот туда, — Май показал направление.
— В смысле Елению Огдэн? — опешил генерал полиции, переводя ошалелый взгляд с Мая на Верховную Фурию. — Еля вернулась?! А… что значит… улетела?!
— Диннар, Еля стала фурией. Теперь может летать, — глухо прошептала Бердайн Огдэн. — Девочки, — взглянула она на своих ошеломлённых от всего произошедшего воительниц. — Ищем Елению.
Глава 56
Герцогиня Мадлен Данери уже различала вдали знакомые очертания дворца императора Ровении, когда острый взгляд фурии вдруг зацепился за тёмную фигуру, которая со стороны дворца резко взлетела в небо и стремительно удалялась в сторону Земли Фурий.
Странно.
Явно фурия.
Почему тогда она улетает? Задание какое получила?
А потом фурия, пролетев совсем ничего, вдруг стала стремительно падать. Потеряла сознание? Ранена?
— Девочки, нужно поймать её, — Мадлен сгруппировалась и поменяла направление полёта. — Быстрее! Можем не успеть!
Фурии успели в последний момент. Ещё немного и несчастная разбилась бы о камни одной из узких улочек столицы Ровении. Или сильно покалечилась бы.
— Кто она? — спросила одна из воительниц, внимательно разглядывая лицо спасённой. — Я её точно не знаю.
— И я не знаю, — удивлённо пробормотала другая.
Фурии положили тяжёлое безвольное тело прямо на камни мостовой, а Мадлен пристально взгляделась в смутно знакомые черты лица.
Прохожие обходили группу фурий стороной, с изумлением разглядывая неожиданных гостей столицы. Фурии ни на кого не обращали внимание.
Герцогине Данери показалось, что она всё же знает незнакомку, только надо поднапрячь память, чтобы вспомнить, в чём не было ничего удивительного, ведь она — принцесса своего народа и знала практически всех своих немногочисленных подданных в лицо.
Но эта фурия одновременно была и знакома, и нет. А ещё она несколько отличалась от других — черты лица не до конца прошли трансформацию, а на голове вместо змей развивались тёмные длинные волосы.
Странно.
Хотя она столько лет не была дома. Возможно кто-то из молоденьких фурий подрос и изменился. И по каким-то причинам не до конца пока оформился.
— Вы видели её крылья? — прошептала одна из воительниц. — Боги! Из чего они?!
Мадлен тоже стала рассматривать крылья несчастной. Хотела дотронуться, но пальцы ничего не ощутили, пройдя сквозь чёрный туман, и лишь неожиданный холод резко уколол довольно толстую кожу когтистой руки фурии.
Крылья из тьмы?!
Разве подобное возможно?!
И вдруг словно вспышка… и давние воспоминания калейдоскопом закружились…
— Мадлен, эта жуткая Тварь вселилась в неё, в нашу девочку…
— Вокруг Ели всё время клубилась тьма… Она стала такой сильной…
— Еля почти прошла трансформацию! Видела бы ты её! Она стала так похожа на нас! Волосы остались чёрными, змеями она не обзавелась, а в остальном…
— Теперь у Елении чёрные глаза, до сих пор не могу привыкнуть…
— Они утащили её! Затянули в свой кошмарный портал вместе с иномирной Тварью!..
— Мирина Тарни заверяет, что Еления вернётся, она видит их вместе с Маем… но я уже не верю ей, эта женщина лжёт…
Боги!
Мадлен ошеломлённо уставилась на фурию, теперь совершенно по-другому рассматривая её, впиваясь взглядом в каждую черточку, задерживаясь на волосах, лице, глазах… крыльях…
— Не может быть! — прошептала молодая женщина. — Девочка, ты вернулась?!
— Вы знаете её, госпожа? — удивлённо спросила одна из воительниц.
— Это моя дочь. Еления, — дрогнувшим голосом ответила Мадлен и крепко прижала бессознательную фурию к груди.
Что же случилось?
Почему Еля убегала из дворца?
А ведь она именно убегала. Улетала. Прочь. Стремительно. Будто за ней гнались сотни демонов. А потом потеряла сознание. И стала падать. И если бы не она со своими приближёнными, то… случилось бы непоправимое.
— Надо выяснить, что происходит во дворце нашего императора. Ри, — обратилась Мадлен к одной из фурий. — Лети во дворец, всё узнай, но молчи, что мы встретили Елю и спасли её. Вернёшься и всё доложишь. Одно крыло здесь, другое…
— Уже там, моя герцогиня! — фурия по имени Ри взлетела вверх и скоро скрылась из поля зрения герцогини Данери и её воительниц.
Мадлен вновь посмотрела на Елю.
Вернулась. Надо же.
Выходит, Мирина Тарни говорила правду. А Мадлен уже потеряла надежду. Ждала, конечно, но в глубине души боялась, что больше никогда не увидит приёмную дочь, которую полюбила всем сердцем.
Десять лет назад для неё стало потрясением узнать, что любимый муж погиб, а Елению Варниусы, отец и сын, затянули в межмировой портал…
Интересно, когда девочка вернулась?
И почему королева фурий никому не сообщила о её возвращении? Ни ей, ни Майстриму? Ведь они так ждали её.
— Мадлен, есть новости? — император Ровении связывался с ней регулярно в течение всех десяти лет.
— Если ты имеешь в виду возвращение Ели, то нет, мой император, — грустно отвечала герцогиня.
И так каждый раз из года в год.
— Ты мне сообщишь, Мадлен?
— Не сомневайся, Майстрим.
А вот два месяца назад Майстрим словно с ума сошёл. Выдернул её с тайного совещания, велев через доверенное лицо немедленно с ним связаться.
— Что случилось, ваше величество? — Мадлен тогда передумала всё, что можно и нельзя.
— Неспокойно на душе, места себе не нахожу, — признался Май. — Везде Еления чудится. Куда не иду, её вижу, снится каждую ночь. Мне кажется, она вернулась, но мои люди её не находят, на границе с вашей землей тоже всё спокойно. Королева, как всегда, не выходит на связь… Не знаю, что думать. Думаешь, Бердайн сообщила бы мне?
— Конечно! Мне тоже никто и ничего не сообщал, Майстрим. Ты знаешь, что в Эннии Еля вряд ли появится, я отдала распоряжения везде, где можно, чтобы мне немедленно сообщили, но известий нет. От королевы тоже.
— Мадлен, королева игнорирует меня. Я не знаю в чём дело, это длится уже несколько лет. Свяжись с ней ещё раз. Узнай. И сообщи мне.
Мадлен связалась тогда с королевой, голос Бердайн Огдэн показался внучке странным, но Верховная заверила её, что Еления не вернулась, у них всё хорошо.
А
