— Мисс Мейбри, — осторожно начал тот, к которому обращался Джейсон. — Я ужасно сожалею, что пришлось вас побеспокоить. Я… гм.
— Все в порядке, констебль. Давайте продолжим.
— Да, конечно, мадам.
Он назвал ее мисс Мейбри. Не значит ли это, что Джейсон знает, кто она? Она украдкой бросила на него взгляд, но в его глазах нельзя было прочесть ничего. Джейсон погладил ее руку и усадил в кресло.
— Моя дорогая, это констебль Нед Уотерс. А это его помощник — Алфред Джонс.
Каролин величественно кивнула мужчинам. Констебль уселся за письменный стол Джейсона и положил на его крышку локти.
— Мистер Джонс будет записывать все сказанное вами. Надеюсь, это не слишком обременит вас?
— Вовсе нет. Начнем с самого начала?
— Да, прошу вас.
— Что ж… Я Каролин Уортинг Мейбри, сестра-близнец леди Браутон.
— Да я вижу, вы очень похожи.
— Мы полные близнецы. Поэтому я смогла сойти за леди Браутон.
Знакомя их со своей биографией, Каролин старательно пыталась не смотреть на Джейсона. Она начала с того поклонника, что остановил ее однажды у театральных дверей и протянул букет цветов, и закончила гибелью Синтии. Она умолчала только о том, что произошло между ней и Джейсоном, так как это касалось только их двоих. Она была уверена, что констебль умирал от любопытства узнать и об этом, но она не собиралась удовлетворять его, если только он сам прямо об этом не спросит ее. Пока она говорила, юный мистер Джонс прилежно делал записи на своей дощечке. Время от времени Нед Уотерс задумчиво кивал головой. Когда она закончила, он задал ей несколько вопросов, чтобы уточнить некоторые вещи. За все это время Джейсон не проронил ни слова.
Когда все вопросы были исчерпаны, констебль кивнул своему помощнику и сказал:
— Думаю, достаточно, мадам. Ваш зять и все слуги уже дали свои показания, включая и признание господина Хью. — Тут он печально покачал головой и добавил:
— Ужасное дело. Такого от Хью Сент-Джона я и ожидать не мог и никогда бы не поверил, не услышь все собственными ушами.
— Но расскажите, пожалуйста, что же произошло. То есть я хотела бы знать из-за чего, собственно? Ума не приложу, зачем они хотели убить меня?
— Из-за денег, — мрачно сообщил ей Джейсон. — Деньги и зависть длиною в человеческую жизнь.
Печаль избороздила его лицо морщинами, и у Каролин от боли сжалось сердце.
— Я расскажу тебе об этом. Я слышал признание Хью. Констебль и его помощник оставили их. Джейсон поднялся и прошел к горке у дальней стены.
— Мне бы не помешало выпить. А тебе чего-нибудь налить?
Каролин покачала головой.
— Нет? Не важно, я все равно и тебе налью. Это необходимо. Сегодня ты пережила настоящий шок.
— Так это все время был Хью? Как он это делал?
— Когда Синтия сбежала с Деннисом Бингемом, который во всем этом деле оказался жертвой, Хью уже отбыл в Вест-Индию, где и нашел тебя. Синтия намеренно оставила такие следы, которые лишь слепец мог не увидеть, и заказала рейс на имя Бингема. Но они, конечно, никуда не ездили. Если бы я не пребывал в такой ярости и не привык к вечной беспомощности Синтии в делах житейских, то непременно заподозрил бы неладное. Уж больно легко оказалось идти по их следу. Когда я прибыл на остров, Хью, должно быть, уже напал на тебя. Тогда ему ничего не оставалось делать, как возвращаться домой и готовить новое покушение.
— Но как он ухитрялся подкладывать мне в пищу мышьяк?
Джейсон нахмурился.
— Это делала для него Бонни.
— Бонни?! — задохнулась Каролин. — Нет!
— Очевидно, за долгие годы ее любовь к Синтии превратилась в манию. Я виню себя в том, что не слишком много придавал ей значения. Мне не следовало допускать к воспитанию Лорел столь неуравновешенную женщину. Но Синтия так настаивала, да к тому же девочка в то время пребывала в таком расстройстве. Я думал, что, если здесь будет ее старая няня из родного дома, она скорее примет Лорел. Сэр Невилл уволил Бонни, и та по-рабски была благодарна Синтии за то, что она взяла ее к себе. Она верила всему, что говорила ей Синтия. Как бы там ни было, Синтия и Хью сумели убедить ее в том, что она правильно поступит, если отравит тебя. Это, видите ли, помогло бы ее разлюбезной «мисс Синди». А раз так, то совесть ее была чиста.
— Мне так трудно в это поверить! Я думала, ты пытался меня отравить. Я отказывалась верить этому, но все было против тебя. А когда сегодня утром я увидела лошадь у дома викария, то чуть не умерла.
— У дома викария? — выдохнул Джейсон. — За что ни возьмись, я везде вел себя не правильно. Все было на руку Хью. Понимаешь, я знал, что кто-то пытается тебя убить, но не установил еще, кто именно. Ты подозревала меня. Умом я понимал это, но сердцу было больно. Мне нужно было выяснить, что происходит. Таким образом, я составил план, по которому убийца рано или поздно выдал бы себя. Я сделал вид, что уехал в Лондон, чтобы убийца думал, что ты одна дома и абсолютно беззащитна, — хотя, надо сказать, я нанял Уилсона для твоей охраны. Оставаясь в тени, я выжидал, чтобы поймать его с поличным. Я провел ночь в комнате наверху, чтобы в случае необходимости прийти тебе на помощь.
— Так это был ты! — рассмеялась Каролин, но смех ее прозвучал несколько истерично. — Ты даже не можешь себе представить, что я передумала: и ополоумевших родственников, и все на свете!
— Ты слышала меня?
Она кивнула.
— Кто-то пытался открыть мою дверь, и это разбудило меня. Чуть позже я услышала шум у себя над головой. Тогда я заподозрила, что на третьем этаже кто-то есть.
— Я проверял, заперла ли ты свою дверь. Я все испортил. Как настоящий идиот, я первым долгом отправился к Хью и посвятил его в свой план. Конечно, он ухватился за него. Для его целей он был просто идеален. Я солгал насчет поездки в Лондон. Хью и Нельсон могут подтвердить это. Сент-Джон заехал к тебе, проник в кабинет и стащил один из дуэльных пистолетов, — оставив при этом на письменном столе любовную записку от Марка Симмонса. Все эти годы я считал кузена лучшим другом. Мы и с Марком прекрасно ладили, и я не мог подумать, что он вступит из зависти в любовную связь с моей женой и будет строить планы, как расправиться со мной. А Хью… Он признался, что нарочно потерял меня в лабиринте еще в детстве…
— Но не проще ли ему было просто убить тебя без всяких ухищрений?
— Хью не так прост, чтобы сразу убивать. Он прежде всего хотел унизить меня. Кроме того, они хотели избавиться и от тебя. Титул и Браутон-Курт перешли бы по праву наследования к Хью, но все остальное досталось бы Лорел и жене. Я не хотел, чтобы в случае моей смерти Синтия полностью распоряжалась моими деньгами. Таким образом, я создал для Лорел некий имущественный фонд — фонд вверенного попечения на тот случай, если опекуном станет Синтия. Распоряжаться фондом предстояло трем людям: служащему банка, моему доверенному лицу и Хью. В случае смерти Синтии опекуном Лорел должен был стать Хью, причем без всякой доверительной собственности. Как видишь, я никогда не боялся, что он потратит деньги Лорел. Но они хотели получить и твои деньги!
