старый фонарик с динамо, и под частое «вжиканье» посветил им в воду. Ему почудилось, что в его свете мелькнуло что-то живое.
- Ну-ка, дай мне лягушачью лапку. – Егор, не отрывая взгляда от воды, протянул руку.
Матвей сунул в нее требуемое. Отец бросил рядом с плотом лапку и направил на нее луч света. Буквально через пару секунд здоровенная рыбья морда стремительно вылетела над поверхностью воды, прихватив попутно и лягушачью лапку. Егор от неожиданности отпрянул от края плота.
- Ты это видел? – Спросил он сына.
- Видел. Кажется, нас услышали.
Суетясь и мешая друг другу, Егор с сыном взяли гарпуны и изготовились к ловле. Егор бросил лапку и направил на нее свет фонаря. Вначале было неясное движение, а потом стремительный бросок рыбы. Оба гарпуна зацепили здоровенную тушу. Удержать ее было тяжелее, чем попасть в нее. Палки гнулись под тяжестью и усилиями рыбы.
- Тяни к себе! – Крикнул Егор.
Они подтянули рыбу. Егор схватил тяжелый ключ и размозжил им рыбью голову. Рыба затихла. На первый взгляд, им удалось поймать рыбу весом больше пяти килограммов. Егор убрал добычу в ящик, чтобы не мешала.
- Будем ловить, пока ловится.
- Ага, согласен.
В глазах Матвея появился охотничий азарт. Он и думать забыл о сне и усталости. Рыба велась на лягушачьи лапки. Некоторым удавалось схватить еду и скрыться во тьме воды безнаказанно, но каждая вторая рыбина падала добычей на скользкий от чешуи пол плота. За час было поймано двенадцать рыб.
Егор сел на ящик, в котором лежали рыбьи туши.
- Думаю, надо пока остановиться и переработать, чтобы не пропало.
- Пап, а можно я буду ловить, а ты разделывать? – Адреналин в крови мальчика не давал ему успокоиться.
- Нет, ты сам-то чуть больше рыбы весишь. Утянет она тебя в воду. Помогай лучше.
Матвей с сожалением отложил гарпун в сторону и принялся помогать отцу. Егор разрезал живот рыб, вынимал внутренности и выбрасывал их за борт. Рыбы, попавшие на подкормку, хватали внутренности и рвали их на части между собой.
- Не надо кишки выбрасывать, можно их на подкормку оставить. – Посоветовал Матвей отцу.
- Точно, соображаешь, сынок.
Рыбьи головы и хвосты Егор отделил и сложил отдельно. Разделанные вдоль позвоночника туши он уложил на устланное солью дно ящика, и, пересыпая солью, складывал слой за слоем. Разделанные и хорошо уложенные туши заняли совсем небольшой объем ящика.
- Ну что, продолжим, или подождем до завтра? – Спросил Егор сына.
- Никаких завтра, здесь и сейчас. – Матвей замер с гарпуном, как заправский метатель копья.
Добычей стали еще пятнадцать крупных рыб. А затем внезапно они перестали идти на приманку.
- Спугнул их кто-то? Или время спать у них? – Егор посветил фонарем вокруг плота. Кто-то огромный и тяжелый прошелся под плотом, заставив плот приподняться над водой и плюхнуться. Егор чуть не свалился за борт. Матвей удержался за ящики.
- Кто это? – Со страхом спросил он.
- Без понятия. – Егор выключил фонарь и отошел к середине плота. – В любом случае, надо быть осторожнее.
Огромное нечто, разогнавшее рыб, здорово испугало мужчин. Они разделывали рыб молча, часто поглядывая на воду.
- Я теперь не буду чувствовать себя на воде в безопасности. – Сказал Матвей.
- Надо убираться отсюда.
Отец с сыном до самого рассвета разделывали туши рыб. Как только туман рассеялся, они отправились в дорогу. Егор сел за управление лодкой, а Матвей свернулся калачиком между сиденьем и ящиками, предварительно опустив ширмы, и уснул. По договоренности, отец должен был разбудить сына через четыре часа и лечь спать самому.
Всю дорогу Егор озирался, пытаясь увидеть существо, разогнавшее рыб. Больше всего он думал увидеть акулий плавник. Откуда они могли взяться в северных морях, он не знал, но никакие другие существа, живущие в воде, кроме китов или акул, ему не приходили на ум.
Ночное происшествие заставило Егора иначе смотреть на бескрайние водные просторы. Если раньше они были опасны только по вполне прогнозируемым и вовремя замечаемым случаям, то теперь начинали пугать тайнами. Ноги с плота уже так просто опускать было страшно. Егор уже не думал о себе, как об абсолютном хищнике, безнаказанно вылавливающем добычу. Зазевавшись и потеряв осторожность, можно было самому попасть на зуб огромному существу, обитающему в темной пучине.
Пришла пора меняться сменами. Егор разбудил Матвея, лег на нагретое место и тут же уснул. Проснулся он оттого, что сын с кем-то разговаривал. Егор открыл глаза и замер. Здоровая белая морда дельфина торчала прямо у борта и, судя по всему, оживленно разговаривала с сыном. Матвей снимал животное на телефон.
- А ты совсем не страшный, немного бледный, как утопленник, но глаза добрые. – Признался дельфину Матвей.
Дельфин стрекотнул в ответ, словно понял, о чем речь. Егор сел. Дельфин повел глазами в его сторону и снова застрекотал.
- Это мой отец, Егор. – Матвей представил дельфину отца. – А это дельфин-белуха, который ночью чуть нас не перевернул.
- Очень приятно. – Ответил Егор. – Можно нас так было и не пугать. А чего ему надо?
- Мне кажется, ему любопытно, кто мы такие.
- А может, рыбы выпрашивает? Скажет, набили полные ящики, гоните мзду.
- Пап, а можно я его потрогаю?
- Нет, ты чего, Матвей, не видишь, какие у него зубы?
- Пап, дельфины никогда не нападают на людей.
- Это тогда не нападали, а сейчас, может, с голодухи и нападают.
Дельфин застрекотал и поднялся еще на пару десятков сантиметров из воды.
- Видишь, он обиделся на твои слова.
Матвей, не дожидаясь согласия отца, подошел к дельфину и положил ладонь на мокрую голову. Осторожно провел ею взад и вперед. Дельфин замер, не реагируя. Мальчик осмелел, подошел ближе и двумя руками потрепал «щеки» дельфина. Тот снова застрекотал и попытался положить голову на плот. Под его массой борт погрузился в воду, чуть не замочив ящики с соленой рыбой.
- А ну-ка, бледная скотина, хватит лезть на наш плот. Он для тебя маловат.
Егор аккуратно столкнул голову дельфина в воду. Млекопитающее не посчитало это за оскорбление, оно снова замерло столбиком перед плотом.
- Всё, кажись, рыбалки у нас больше не будет. – Расстроился Егор. – Друг, иди поплавай в стороне, а лучше подгони нам косяк рыбешек, таких же крупных, как в прошлый раз. Нам бы еще
