Что же он проглядел?
Теперь, беспокойно блуждая взад и вперед, глотая время от времени виски, он тщетно пытался отбросить это гнетущее беспокойство. Да и не его это проблема, в конце-то концов! Какого черта так изводить себя? И все равно расслабиться не удавалось. Даже выпивка не помогала. Только мерещиться начало из-за нее черт-те что. Блондинка верхом на коне без седла! О Господи!
Он подошел и снова заглянул в окно. На этот раз рука со стаканом медленно опустилась. Ну точно же! Баба верхом на лошади скачет к его дому. Вот спрыгнула, подбежала к двери. Он поставил стакан, когда в дверь постучали, и открыл ее.
— Привет, Кэш, — сказала она, задыхаясь и держась рукой за грудь.
— Заблудилась, что ли? — только слепой не заметил бы, что под рубашкой с короткими рукавами она не носила лифчика.
Ей не хватало воздуха, словно не верхом ехала, а бежала всю дорогу. Разведя руки в стороны, пожала плечами, отчего ее грудь предстала в весьма выгодном свете.
— Представляешь? Да! — Она хихикнула, так и не отдышавшись. — Не подскажешь, как отсюда добраться до Бель-Тэр?
Кэш не впустил ее в дом, а вышел сам, заставив ее попятиться.
— Не знаю, — высокомерно ответил он. — Не подскажу.
Когда он прижал ее к столбу возле дома, она заговорила торопливо:
— А я слышала о тебе, Кэш Будро, что уж ты-то можешь провести женщину куда угодно, даже в такие места, куда она не хочет идти.
— Вот как?
Ее взгляд опустился на его мощную грудь, выглядывавшую из-под расстегнутой рубахи.
— М-м-м? Н-ну, я такое слышала. — Она медленно подняла ресницы и посмотрела ему в глаза. — Конечно, наверняка не могу сказать…
— А ты спроси у своей сестры. Туманная улыбка дрогнула:
— У Шейлы? А ты знаешь, она мне и не сестра вовсе.
Кэш прислонился к столбу и склонился к ней. Костяшкой указательного пальца провел по ее ключице.
— Все равно можешь спросить у нее. М-м? Трисия податливо приняла его скупую ласку и с похотливой полуулыбкой снова взглянула ему в глаза:
— Есть такие вещи, которые я хотела бы узнать сама.
Кэш смотрел на нее неподвижно и холодно, хотя на губах его появилась усмешка. Вдруг он расслабился и предложил:
— Выпить хочешь?
— Спасибо. Пожалуй, глоточек. Жажда мучит. Он открыл для нее дверь.
— После вас, мадам.
Она прошла мимо него, по дороге слегка прижавшись к нему всем телом и бросив искоса многообещающий взгляд.
— О! Да тут просто очаровательно! Какая прелесть! Какой стульчик! Ручная работа?
— Qui. Бурбон годится?
— С водой. И со льдом, пожалуйста. — Она медленно прошлась по комнате, оценивая акадский колорит. — Значит, здесь мой папаша провел столько страстных часов с твоей мамочкой.
— Как я это понимаю, — сказал Кэш, неторопливо укладывая два кусочка льда в стакан, потом заливая их виски и водой, — если Шейла тебе не сестра, то и Кот-тон не твой папаша. — Он обернулся и успел заметить ее ненавидящий взгляд, который мгновенно превратился в очередную манящую улыбку.
Она взяла стакан из его рук, мимолетно проведя своими пальцами по его.
— Может, ты и прав. — Трисия сразу же отпила глоток, словно он ей срочно понадобился. Глаза забегали по сторонам, то и дело задерживаясь на окне. — Честно говоря, меня здесь больше ничего не удерживает.
— О?
— Я покидаю Хевен.
— Одна?
— Да. У нас с Кеном все кончено.
— Ну и когда ты уезжаешь?
— Может, завтра.
— Послушай, странное ты время нашла для прогулки верхом.
— Да я, понимаешь… — Она запнулась. — Надоело упаковываться. И вообще как-то вдруг захотелось проститься с Бель-Тэр.
— Хмм…
— И заблудилась, видишь ли. Она отпила глоток, глядя на него поверх стакана. Голос ее слегка охрип, когда она наконец произнесла:
— Сам знаешь, Кэш, почему меня занесло сюда.
— Хочешь трахнуться.
Его способность видеть насквозь вызывала замешательство. А откровенность была недоброй, агрессивной. Трисия сделала вид, что ей лестны его слова. Приложив руку к сердцу, она сказала:
— Боже, какой ты прямолинейный. Как тебе не стыдно, Кэш Будро. Ты же понимаешь, как я нервничаю, а ты мне не даешь передохнуть.
Кэш стал расстегивать пояс, подходя к ней.
— Понимаешь, Трисия, я-то тебя знаю еще с тех лет, когда Коттон и Мэйси тебя удочерили. Каждый раз, когда мы проходили мимо друг друга по улице, ты специально воротила свой нос от меня. Если у тебя так по мне чесалось, чего ж ты так долго ждала?
Трисия наблюдала за его нарочито медленными движениями, когда он расстегивал джинсы. Облизнула губы.
— Я просто наслушалась, что о тебе говорят другие женщины.
— И что же они говорили?
— Что ты самый лучший. Мне хотелось самой узнать.
— Можно было и раньше это сделать. Чего ты выжидала?
— Ах… набиралась храбрости.
Кэш стоял прямо перед ней, глаза полузакрыты, взгляд сверху вниз. Нагнулся, взялся за края ее рубашки и поднял вверх.
— Чего я не могу понять, — сказал он, — это вот почему ты именно нынешней ночью явилась, когда нужно было собираться и все прочее. — Он стянул ее рубашку через голову и бросил на пол.
Трисия обняла его за плечи, изогнулась всем телом и прижалась к нему.
— Мы теряем время из-за этих нелепых вопросов. Кэш погрузил пальцы в ее шевелюру и откинул голову назад. Его дыхание было жарким, полным запаха виски, когда его рот приблизился к ее губам.
— Одну вещь вы должны помнить обо мне, мисс Трисия. Я никогда не теряю времени.
Ее могло бы насторожить, что все шло уж слишком гладко. Непременно какая-то гадость должна была произойти. Шейла подумала: каковы будут первые признаки беды? За полчаса до отъезда она об этом узнала. На этот раз беда пришла не извне. Неприятность пришла от бригады, которой она доверяла.
Водители наотрез отказались везти лес, если Кэш не возглавит колонну.
— Мистер Будро больше у нас не работает, — сообщила она мрачно настроенной группе шоферов. Это их не обескуражило. С десяток из них стояли насупившись, отнюдь не убежденные в правильности ее доводов. — Он больше с нами работать не желает.
— Будро не бросит работу не доделавши, — сказал кто-то позади всей группы. Остальные одобрительно забормотали в знак согласия.
Пока не грянула забастовка, Шейла поспешила напомнить им о премии:
— Вы подумайте! Никто ни копейки не получит, если сделка с Эндикотом провалится! Ни пильщики, ни рубщики, ни грузчики, ни водители. Вы же знаете условия контракта.
— Мы можем говорить от имени всех. Не будем работать, пока Кэш не поедет с нами. — Ультиматум был подкреплен плевками табачной жвачки. Шумели они вполне согласно и дружно.
