У Фридриха зазвенело сразу в обоих ушах. Елизавета мертва? На престоле ее племянник? Этот мальчик из Голштинии? Питер... Питер... Ульрих?
Гудович развернул письмо, и королю ничего не оставалось делать, как взять его в руки. "Мой драгоценный брат и друг! - Прочел он. Позвольте известить вас, что прискорбную и дорого стоявшую обоим нашим народам войну я считаю законченной. Я уже поставил в известность оба союзных мне двора, что намерен заключить с вами нерушимый мир на основе целости и неприкосновенности владений Пруссии. В ожидании вашего согласия я вывожу русские войска из всех занятых ими крепостей и городов..." Красные круги поплыли у Фридриха перед глазами.
-- Это... это злая шутка? - Губы короля побелели от гнева.
-- О нет, нет, Ваше Величество, - зашептал, склонившись к его уху фон Вернер. - Я своими глазами видел, как русские войска выходят из Берлина.
-- Они направляются на родину? - Уточнил король.
-- Нет, -- Гудович поклонился, -- До возвращения прусской армии в свои крепости, они разворачиваются против австрийцев и французов.
"Господи! Чудны дела твои! - Впервые за долгие годы, со дня казни Катте, Фридрих испытал желание помолиться. - Ты лишаешь моих врагов разума!"
-- Ваше Величество, поторопитесь, - сзади к королю подошел Кейт. Надо успеть ввести наши гарнизоны в Берлин, Тильзит, Кенигсберг, Дрезден, Кольберг... Пока русские не убили этого сумасшедшего. Долго они его не потерпят.
Глава 9. РАНДЕВУ
Направляясь к гробу государыни, Екатерина миновала соседнюю с траурной залу, где толпились придворные. У дверей застыл молодой адъютант принца Георга Голштинского. Когда Екатерина, слабо шурша шелком, проходила близко от него, Потемкин видел маленькую рыжую родинку у нее на шее. Гриц почувствовал, как пол упруго прогибается под его ногами и потолок закатывается назад. Лучше б он так и остался чумазым каптенармусом! Лучше б не ходить сюда вовсе! Не смотреть на нее...
Като осторожно повернула голову и едва приметно кивнула ему.
Сердце юноши заскакало, как мячик, от горла к животу и обратно. "А если не мне?" Пустое. Он знает свое место. Гвардейский караул - ее тайный резерв. "Не бойся, матушка, мы рядом... мы не выдадим". Вот и все. Все навсегда. На пол шага сзади, но никогда не об руку.
Однако он ошибался. Выходя из траурного зала, Екатерина сделала Потемкину знак приблизиться.
-- Вы мне сегодня понадобитесь, -- шепотом сказала она. - Ожидайте меня около шести на углу Троицкой площади напротив Сената.
Сумерки зимой ранние. Часы не успели еще пробить четырех, а за окном уже глаз коли. Шестой час - совсем темень. На улицах горят костры, у дверей лакеи деловито трясут половики и двигают засовами. Темная карета без гербов и факелов подобрала Грица с тротуара.
-- Это вы, вахмистр? Рада вас видеть, - прозвучал из темноты усталый голос. - Вы уже несколько раз доказывали свою преданность. - Като улыбнулась. - Окажите еще одну услугу.
-- Любую, мадам.
Губы императрицы снова дрогнули в улыбке. Кажется, его пылкий энтузиазм забавлял ее. Потемкин разозлился.
-- Вы хорошо говорите по-французски? - Спросила женщина.
-- Сносно. - Кивнул Гриц.
-- Я так и думала, - в ее голосе прозвучало удовлетворение. - Вы сопроводите меня сейчас во французское посольство, а затем будете исполнять роль моего переводчика.
Брови Потемкина удивленно взметнулись вверх.
-- Но вы... Вы сами лучше меня можете...
-- Я сказала: исполнять роль, - оборвала его Като. - Бубните что-нибудь и помедленнее.
Гриц не осмелился дальше задавать вопросы. Проехав мост, карета оказалась на набережной. Миновала несколько новых особняков, от которых даже на расстоянии ощутимо пахло влажной штукатуркой, и остановилась у изящного дома с высокими окнами в стиле рококо. Это и было посольство Его Христианнейшего Величества. Чугунная решетка. Въезд со двора. Огни потушены. Отнюдь не лишняя предосторожность, если миссию иностранной державы в столь поздний час посещает августейшая особа. Потемкин спрыгнул первым и помог Екатерине выбраться из кареты. Их уже ждали. Двое лакеев распахнули перед императрицей двери. Гриц торопливо прошел следом. Глава посольства барон де Бретейль позаботился о том, чтоб в мраморных сенях и на лестнице никого не было. Государыня, не ускоряя шага, прошествовала в кабинет на втором этаже. Потемкин следовал по пятам.
-- Здравствуйте, барон, -- сказала Екатерина по-французски.
Молодой галантного вида мужчина склонился перед ней в столь низком поклоне, что Гриц заметил, как на шее из-под пышного рыжего парика у француза выбиваются короткие черные волосы.
-- Позвольте представить вам моего переводчика и друга вахмистра Потемкина, - императрица веером указала в сторону спутника.
На лице посла не мелькнуло даже тени удивления. Он пододвинул Ее Величеству кресло, за спинкой которого пристроился Потемкин. Сам барон остался стоять, все еще согнув спину и внимательно глядя в лицо Като. Его глаза не понравились Грицу - слишком циничные. В них, не смотря на все подобострастие, не было истинного почтения к гостье. Точно француз оценивал ее не только как государыню, но и как даму. Это взбесило Потемкина. Но прежде, чем он успел брякнуть какую-нибудь колкость, заговорила Екатерина:
-- Я встретилась с вами, барон, чтобы обсудить плачевное положение, в котором оказались наши страны после заключения сепаратного мира между Россией и Пруссией.
Императрица обращалась к послу по-русски. Сбиваясь от волнения на каждом слове, Гриц с горем пополам передал мысль своей спутницы. Като бросила на него чуть насмешливый взгляд. Юноша покраснел, но смущаться было некогда. Теперь заговорил Бретейль.
-- Ваше Величество, я польщен доверием. Положение действительно серьезно. Хотя союзный договор между нашими державами еще не расторгнут, однако ваш супруг не только заключил мир с общим врагом, но и приказал русским войскам повернуть оружие против французской армии. В любой момент может произойти кровопролитное сражение.
Потемкин был так поражен сообщением посла, что перевел четко и быстро.
-- Фридрих Прусский умеет таскать каштаны из огня чужими руками, продолжал барон. - Я боюсь...
-- Чего вы боитесь? - Прервала его Екатерина. - Кровопролития или поражения?
Посол сглотнул.
-- Русская армия блестяще показала себя на этой войне. Во главе нее толковые генералы. - Продолжала гостья. - Если мы повернем оружие против бывших союзников, им не поздоровится.
-- Разве это выгодно России? - Парировал Бретейль.
Императрица выдержала паузу.
-- О выгодах наших держав я и приехала говорить с вами. - Веско сказала она. - Многие в России глубоко оскорблены возвращением завоеванных земель. Вы, господин посол, бываете при дворе и в светских гостиных. Вы сами можете убедиться в степени возмущения общества. Помимо нелепого мира с врагом, есть и внутренние проблемы. Мой несчастный супруг не чтит православной веры, не уважает обычаев народа. Вскоре сдерживать брожение уже не удастся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
