заросли вполне симпатично.
— Ну? — я устроился в плетеном кресле и отпил божественного напитка, благодаря богов за то, что кофеварка пережила все приключения.
— Илья, — монах повздыхал и начал издалека: — Ты уж меня извини, не привык я к таким поворотам в жизни. Годами в своей глуши сидел и дальше бы продолжил, да... В общем понял я, что отсиживаться не поможет. Тем более когда такое происходит, — он неопределенно обвел рукой парк и дом. — Удивил ты меня, в общем.
Я его прекрасно понимал, меня вышибало примерно всё, что происходило вокруг. А если учесть, что мужик действительно почти всю жизнь провел в отдаленной обители, где из волнительных событий разве что смена времени года, то его поведение логично.
Может нам вместе за успокоительным к профессору сгонять? Я усмехнулся и уточнил:
— Так в чём дело?
— Утром я проверял Ефросинью на одаренность...
— И что с ней? — я подобрался и насторожился.
Какие сюрпризы могла подкинуть юная ведьма, можно было лишь предполагать.
— Нет, дело в том, что эффект печати искателя всё ещё действует, — он помотал головой и обхватил себя руками. — И обеспокоило меня то, что я вижу в тебе.
Глава 4
Что он мог увидеть, если Лазарь скрыл меня от этого мира? Ну, его представителей по-крайней мере. Я прищурился на монаха, пытаясь разглядеть в том признаки нечеловечности. Либо так, либо эфирная печать всё таки не сработала... И я не знал, что из этого будет хуже.
— Голова не болит? Усталость, сонливость, галлюцинации? — принялся опрашивать меня Еврипий.
— Давай без этого, говори сразу.
Но к себе я прислушался. Голова гудела, но скорее от разнообразных мыслей, чем от всего упомянутого. Да и выспался я неплохо, несмотря на то, что вернулся глубокой ночью. Царапины уже зажили, рана в боку не беспокоила.
Усиленная регенерация вместе с целительными обнимашками с моей хранительницей сработали отлично. Не огурчик конечно, но и особо жаловаться не на что было.
— Ну, хорошо, — сдался монах, сложил пальцы вместе и принялся с заумным видом читать мне короткую лекцию: — Печать, которую я использовал на девочке, не просто выявляет одаренность, но и показывает уровень владения даром. Она непробужденная, но явно пользовалась магией забытых богов, а это значит что и мастерство могла поднять. Необычный случай, но дар есть дар и я надеялся что смогу увидеть.
— Сильна? — только и спросил я.
— Да, Илья, потенциал у девочки огромный. Не могу понять как это возможно, без проведения ритуала пробуждения, но её умения уже на уровне мастера, насколько это применимо к запретной магии.
Я уже понял к чему ведет, но терпеливо ждал новости. Про Фросю монах рассказывал спокойно, значит её ранг не представлял проблемы и с ним справиться новоявленный учитель мог.
Ну а как без ритуала девчушка смогла стать сильнее, я тоже знал. Демоническая кровь, она же божественная пыль, которой у её бабки было в достатке. Еврипий об источнике усиления одаренных явно не знал, а говорить я ему об этом пока не собирался. И без того мужик нервный в связи со всем происходящем.
Тут то меня от своих мыслей и осенило. Кровь высшего, которой я наглотался по самое не хочу! Неужели...
— Ты почти на третьей ступени, — сознался Еврипий. — И такой быстрый скачок ни к чему хорошему не приведет. Не знаю что за эликсиры ты принимал, но остановись. Процесс идет слишком быстро и отклик от печати... странный. Ты сгораешь изнутри, Илья.
Ну вот и приехали. Я пощупал себя и оптимистично заверил искателя:
— Чувствую я себя прекрасно.
— Это может измениться в любой момент, не радуйся раньше времени, — спустил он меня на землю. — Я бы посоветовал обратиться в обитель, к мастеру-алхимику, но если у тебя нет приемлемого объяснения как ты перескочил ступень...
Я мог, по идее, объяснить всё схваткой с демонами в убежище. Но для такого продвижения тварей должно было быть тысячи. С помощью Глеба и этот момент можно было как-то обыграть. Но говорить про ведьму и как она погибла наставнику я не хотел. Пришлось бы сдать Фросю, рисковать девчонкой я не мог.
Да и главного алхимика мы вывели из строя на экзаменах.
Мои познания в зельеварении находились в зачатке и весьма опасном, судя по неудачным практическим работам. Даже выучи я экстерном нужные знания, результат может быть слишком непредсказуемым.
Я окинул взглядом залитый солнечным светом парк, покачивающиеся на ветру длинные стволы деревьев и вздохнул. Выход был только один. Как я не откладывал его, уговаривая себя, что это не срочно, дальше тянуть нельзя.
Нужно отправляться к профессору Далматскому.
— Что-нибудь придумаю... — протянул я, кивнув. — А больше ты ничего не увидел? Ну там хранителя или подобное?
— Нет, — помотал головой Еврипий, чем успокоил, печать духа работала. — А ты что-то смог из других способностей? Илья, ты же не применял другие печати? — оживился мужчина.
— Кстати! Если ранг увеличился, я же могу...
— Не советую, — нахмурился монах. — Без присмотра целителя это может быть опасно.
Зараза, и телефон с контактами нужных людей остался в катакомбах. Прорываться туда за своими вещами? Да даже возьми я команду и наемников, людей у короля много, будут жертвы.
Можно, конечно, заявиться к целителю без предварительного звонка и прямо там провести эксперимент. Но характер у старика был не самый добродушный, может и послать куда подальше. Портить отношения с полезным человеком мне тоже не хотелось.
И отправлять кого-либо в подземной царство нельзя. Одно дело рисковать собой, другое людьми, которые мне доверились. Король может устроить немало неприятностей, просто потому что так захочет.
В общем, выходило что безопасного пути нет, значит сначала профессор, а потом рассчитывать на свои силы.
Я отправил Еврипия заниматься с юной ведьмой, не откладывая обучение перспективной девчушки. А сам прогулялся до соседнего квартала.
К профессору просто так я приехать не мог. К безумному ученому попасть без приглашения было нельзя. Герман воспользовался приличной взяткой, которую пришлось давать уже на месте, и то после разговора с Далматским. Того история графа заинтересовала.
Моя история могла чудаковатому мужику и не понравиться, да и прорываться через охрану было глупо, учитывая мою неспособность пользоваться печатями.
Так что заявиться к нему я хотел если и не официально, то
