Глава 9
Через некоторое время Сафир понял, что почти догнал загадочный огонёк, и теперь он был уверен, что это действительно факел, который кто-то несёт в руке. Раздвинув несколько мохнатых еловых веток, он увидел большую поляну, в центре которой стоял на шести толстых столбах длинный бревенчатый дом с двускатной крышей и коньками, вырезанными в виде волчьих голов. К нему направлялся высокий старец в длинной коричневой хламиде, препоясанный верёвкой. В одной руке он держал горящую сосновую ветку, а в другой — корзину, прикрытую тряпицей.
Оглядевшись по сторонам и никого больше не заметив, Сафир решительно вышел на поляну.
Услышав шум, старец обернулся и при виде незнакомца нахмурился. Несколько секунд царило молчание, потом Сафир шагнул вперёд и сказал:
— Славная ночь для прогулок. Воздух свежий и бодрит, да? — ему хотелось завязать дружескую беседу.
Старик не ответил, только мельком взглянул в сторону дома, словно там кто-то был и мог в любой момент появиться.
— Меня зовут Эрем, — придумал на ходу Сафир. — Я еду на запад. Решил переночевать в этом лесу, но заблудился. Не подскажешь, как выбраться на дорогу?
— Смотря, на какую, — помолчав, отозвался старец. Голос у него оказался низкий, и слова он произносил неспешно. — Есть одна в той стороне, — он указал на юг.
— Нет, — поспешно возразил Сафир. — Там я встретил мародёров и насилу скрылся. Нет ли иного пути?
— Ты хочешь попасть в Урдисабан? — спросил старик, помолчав.
— Именно так. В Лиам-Сабее стало неспокойно. Волнения всегда привлекают банды беззаконников. Они слетаются, как стервятники на труп.
— Ты бежишь?
— Увы, — Сафир развёл руками. — Приходится.
— Ты не похож на крестьянина, хоть и одет по-мужицки, — заметил старец, ставя корзинку на землю. — И говор у тебя другой.
— Я родом из Урдисабана, — ответил Сафир. — В Лиам-Сабее оказался случайно. Мне нужно как можно быстрее вернуться в Тальбон.
— Вот как? — брови старца поползли наверх. — Далеко же тебя «случайно» занесло.
— Так получилось, — Сафир подошёл ближе, стараясь в то же время не напугать старика, но тот не проявил никаких признаков беспокойства. — Обстоятельства сложились не в мою пользу.
— Случается. Боюсь, я не смогу тебе помочь.
— Почему? Разве нет иной дороги, кроме той, что на юге?
— Есть, конечно. Только если ты расскажешь о нас в Тальбоне, многим придётся плохо.
— О вас?
Старик многозначительно указал на дом за своей спиной.
Взгляд у него стал холодный, глаза буквально впились в юношу.
— Почему ты решил, что мне есть дело до какой-то хижины в лесу? — спросил Сафир, тревожно взглянув на дом.
— Не притворяйся! Ты знаешь, кто мы, и пришёл сюда не случайно. Странно только, что ты один. Или, может, твои дружки прячутся поблизости? — старик обвёл взглядом лес.
— Может быть, — ответил Сафир, понимая: признаваться, что он один, совсем не выгодно. — Что ж, раз не хочешь мне помочь, я сам найду дорогу. Счастливо оставаться.
— Ты меня не понял, — старец покачал головой. — Я не могу выпустить тебя отсюда.
— Боюсь, это не в твоей власти, — заметил Сафир, быстро окинув взглядом тщедушную фигуру.
И тут старик пронзительно крикнул — как-то по-особому, словно животное или птица. Через несколько секунд из дома выскочили вооружённые короткими мечами люди. Они не походили на воинов. Скорее, на крестьян. Увидев Сафира, они без лишних слов кинулись к нему с явным намерением убить.
— Это шпион! — крикнул старик, указывая на него пальцем. — Не упустите, иначе всему конец!
Сафир бросился бежать. Он запомнил дорогу к своей стоянке, но сомневался, что успеет удрать верхом, поэтому взял чуть левее — туда, где лес казался гуще. Преследователи не отставали. Оно и не удивительно: они явно знали окрестности не в пример лучше впервые оказавшегося здесь Сафира.
Оставалось одно: драться. Но в лесу размахивать оружием непросто, особенно если повсюду ветки и деревья. Скользкий мох, корни и цепкая трава, опутывающая ноги, также не помогают воину.
Обернувшись, Сафир увидел тяжело дышавшего мужика, который неуклюже, но настойчиво топал за ним по пятам. Развернувшись, юноша выхватил нож и метнул изо всей силы. Лезвиеудачно вошло в грудь — скользнуло межу рёбрами и пробило сердце. Захрипев, преследователь рухнул лицом во влажный мох.
Сафир нашёл глазами следующего противника. Из оружия у него оставался только топор. Его тоже можно было метнуть, но оставаться с голыми руками не хотелось. Сафир пошёл погоне навстречу. Первый крестьянин увидел мёртвого товарища и остановился, слегка растерявшись. За его спиной маячили остальные, человек пять-шесть. Сафир поднял топорик, предлагая сразиться. Мужик ухмыльнулся и продемонстрировал меч. Очевидно, он считал, что исход дела решает оружие.
— Хорошая железка, — одобрил Сафир, приближаясь. — Как раз мне пригодится.
Крестьянин замахнулся, но неуклюже: задел концом лезвия ветку, и на него посыпались сосновые иголки. Было видно, что обращаться с оружием он не умеет. Сафир усмехнулся и всадил топорик незадачливому противнику в лоб. Подхватив выпавший из разжавшейся руки меч, он встал в оборонительную позицию: в одной руке топор, в другой — трофейный клинок.
Его не могли толком окружить, поскольку деревья стояли слишком тесно, а ветки доставали почти до земли. Нападавшим пришлось атаковать Сафира по одному, так что ему не составило большого труда расправиться с ними.
Первого он пронзил мечом, сделав нырок под удар. Нападение второго отразил топориком, отступил, заставляя противника последовать за ним, и неожиданно бросился вперёд, выставив клинок. Крестьянин сам напоролся на него, и Сафир резко провернул лезвие. Из раны хлынула кровь, и юноша поскорее вынул меч, чтобы рукоять не стала скользкой.
Глава 10
Ещё двое напали на него почти одновременно, но мешали друг другу, так что Сафир прикончил их простыми приёмами: одного полоснул клинком по горлу, другому пробил череп топором. Железо вошло с чавкающим хрустом. Алая жидкость из артерии била во все стороны, словно фонтан.
Последний противник при виде того, как его товарищи падают один за другим, побежал прочь. Сафир не стал его преследовать. Отдышавшись, он вернулся на поляну, чтобы найти старика и заставить показать безопасную дорогу в Урдисабан.
Рядом с домом никого не оказалось, и Сафир, обойдя его вокруг, поднялся по низким ступенькам и толкнул дверь. Она оказалась не заперта и
