как должное. Нет проблем.
– А Корвин, видимо, не…
– Тут никаких новостей. Он мертв. И все мы это знаем. Его могила уже мхом поросла. Если он жив, значит, сам отрекся от Амбера. Здесь все кончено. Ну так на чьей ты стороне?
Я хмыкнул:
– Вряд ли моя позиция дает мне право решающего голоса.
– Нам важно знать твое мнение.
Я кивнул и сказал:
– Знаешь, я всегда слежу, куда дует ветер. Плевать против ветра – не в моих правилах.
Джулиан улыбнулся и кивнул мне в ответ.
– И когда коронация? – поинтересовался я. – Надо понимать, что я приглашен?
– Конечно, конечно. Точная дата пока не назначена. Надо еще утрясти кое-какие мелочи. Как только дата будет назначена, кто-нибудь из нас свяжется с тобой.
– Спасибо, Джулиан.
– До свидания, Рэндом.
И я довольно долго оставался на месте, выбитый из равновесия сложившейся ситуацией. Потом продолжил путь. Интересно, как долго Эрик проворачивал свою затею, гадал я. Политические игры в Амбере могут пройти весьма быстро, однако сам план определенно продукт длительной разработки и подготовки. Естественно, у меня возникли серьезные подозрения, что Эрик причастен к беде, в которую угодил Бранд. И, никуда не денешься, подумывал и о том, что он и к исчезновению отца мог руку приложить. Тут ему надо было здорово потрудиться и устроить какую-то из ряда вон выходящую ловушку. Однако чем больше я думал, тем меньше мне хотелось сваливать вину за все происшедшее на него. Вспоминались и старые слухи о его причастности к твоему, Корвин, исчезновению. Однако при трезвом размышлении трудно было представить, чтобы все это мог учинить один человек. Ладно, решил я, раз теперь главный Эрик – пусть, достаточно просто не ссориться с ним.
И все же… всякую историю можно рассмотреть с разных сторон. Я попытался сообразить, кто бы мог показать мне другую. И пока соображал, что-то заставило меня обернуться. Обернувшись, я вновь окинул взглядом высокую гору, с которой еще не успел спуститься полностью.
И там, у вершины, я разглядел группу всадников. Похоже, они ехали по той же дороге, что и я. Сколько их там было точно, трудно сказать, но что-то около дюжины – многовато, чтобы вот просто так ехать именно здесь и сейчас. Как только я понял, что они таки едут следом за мной, у меня по спине мурашки побежали. Неужели?.. Что, если это все те же мерзавцы? Потому как я именно это и подозревал.
Каждый из них по отдельности мне был не страшен. Даже парочка не представляла серьезной опасности. Не в том дело. В дрожь меня бросило то, что, если это в самом деле они, значит, наша способность управлять Тенью, наше искусство тонких и сложных манипуляций не является исключительной нашей прерогативой. Значит, кто-то еще умеет то, что, как я всю жизнь считал, дано лишь членам нашего семейства. Плюс тот факт, что они охраняют Бранда. Плюс их намерения в отношении упомянутого семейства, ну или части такового, далеки от терпимости. Меня холодный пот прошиб от этой мысли: у нас есть враги, которые способны сравниться с нами в нашем величайшем могуществе!
Правда, пока всадники находились слишком далеко, чтобы решать, кто же они на самом деле такие. Но в игре на выживание нужно учитывать все мелочи, если хочешь победить. А не мог ли Эрик отыскать, обучить или вообще сотворить таких вот особых ребят, которые служили бы ему в этом особом качестве? У Бранда, наравне с тобой и Эриком, были самые веские права на престол Амбера… не говоря уже о том, что и с тобой не все было ясно, черт подери! Ну ты понимаешь, о чем я говорю. Я тебе все это рассказываю, чтобы ты понял, о чем я тогда думал. Ну вот. У Бранда были все основания заявить свои права на престол, и он бы их заявил, будь у него такая возможность. Ты выбыл из расклада, следовательно, Бранд становился главным соперником Эрика, если говорить о законном порядке наследования. А теперь учтем его нынешнее состояние, добавим способность моих преследователей преодолевать Тени… Словом, образ Эрика предстал передо мной куда более зловещим. Мысль эта пугала меня куда больше, чем сами всадники, хотя и они особой радости не вызывали. И я решил, что надо как можно скорее сделать сразу две вещи: переговорить с кем-нибудь из Амбера и попросить вытащить меня туда по Козырю.
Так. Решать быстрее. Жерар – самый безопасный вариант. Он мужик откровенный и нейтральный. В основном честный. Из разговора с Джулианом я понял, что во всем деле роль у Жерара скорее пассивная. Ну то есть он не намеревался активно мешать ходам Эрика. Не хотел крупных неприятностей. Но это вовсе не значило, что он одобряет происходящее. Скорее всего, он каким был, таким и остался – прежним Жераром-консерватором. Приняв решение, я спокойно полез в карман за колодой. И чуть не завыл. Козырей не было!
Я обшарил все карманы. Я точно взял с собой колоду, когда покидал Тексорами! Правда, потерять ее вчера я мог когда и где угодно – меня трепали, били и изрядно швыряли… и я весь день что-то терял. Прорычав сложное и длинное проклятие, я стукнул пятками лошадь и послал ее вперед. Теперь надо быстро двигаться и еще быстрее думать. Первоочередная задача – попасть в более населенное и цивилизованное место, где убийцам примитивного склада банально труднее работать.
Я понесся вниз по склону в направлении шоссе, на скаку манипулируя тонкой тканью Тени, – на этот раз я постарался вложить в это все свое умение. В тот момент желания мои сводились к двум факторам: устроить преследователям окончательную засаду и поскорее найти убежище.
Мир вокруг меня заколебался, дрогнул и стал в итоге той Калифорнией, которую я искал. Обернувшись на скаку, я увидел, что изрядный кусок утеса откололся и, словно в замедленной съемке, сошел на моих преследователей. Чуть позже я спешился, отпустил лошадь и бодро зашагал к шоссе. Одежда моя стала свежее и выше качеством. Какое тут было время года, я точно не знал, и оставалось гадать, какая погода сейчас в Нью-Йорке.
Немного погодя показался предвиденный мною автобус. Я проголосовал, автобус остановился. Я сел у окошка, закурил и принялся любоваться окрестностями. И вскоре задремал.
Проснулся я ближе к вечеру, когда автобус подъезжал к автовокзалу. Я почувствовал, что голоден как волк, и решил, что надо перекусить, а потом прыгнуть в такси и мчаться в аэропорт. Так что я взял себе три чизбургера и
