Альварец хотел было возразить, но только махнул рукой.
Раздался прерывистый сигнал тревоги.
– Прохождение «Нового Енисея»! – крикнул капитан. – Кошкин, куда ты смотришь? Мы же почти у входа в туннель!
Кошкин лихорадочно забегал пальцами по панели, спешно возвращая «Искатель» на стационарную орбиту: пока они пытались разгадать загадку розовых слонов, патрульный корабль едва не въехал в воронку, предназначавшуюся для гиперпространственных прыжков.
К счастью, БК отреагировал вовремя. «Искатель» оказался на безопасном расстоянии за несколько секунд до того, как грузовик, обладавший инерционной массой, соизмеримой с планетной, материализовался в патрулируемом секторе.
– Опять ворон считаешь?! – заорал капитан. – Нас чуть в туннель не затянуло! – Тут Альварец замолчал, потому что у штурмана на лице появилось очень странное выражение. – Ты чего? – спросил он тоном ниже.
– Повтори, – попросил Кошкин. – Насчет ворон. Что ты сказал?
– Э-э… Я спросил, не считаешь ли ты случайно ворон, – ответил Альварец. – Вместо того чтобы заниматься служебными обязанностями. Но это так, идиома. Ты не обращай внимания.
– Как ты думаешь, – спросил вдруг Кошкин, – есть ли в памяти нашего БК инструкции для экипажа и пассажиров гиперпространственных лайнеров?
– В памяти нашего БК есть всё, – ответил капитан. – В том числе песенка «Йо-хо-хо, и бутылка рому» в переводе на все земные и несколько галактических языков. А зачем тебе эта инструкция?
– Нужна!
БК-216 искомый документ выдал незамедлительно.
– Ага! – воскликнул Кошкин, ознакомившись с ним. – Вот тебе и ответ! При переходе и экипажу, и пассажирам нужно погрузиться в сон, глубокий, но непродолжительный. Поскольку гипноизлучатели в такой момент малоэффективны, а обычные снотворные препараты, наоборот, чересчур эффективны, пассажирам и экипажам предлагается прибегнуть к аутотренингу. Например, считать слонов! – торжественно сообщил штурман. – Вот они и считают – по рекомендации идиотов, составляющих инструкции! А потом слоны, которых они насчитали, приходят к нам! В смысле, прилетают. В общем, неважно, как-то материализуются.
Словно соглашаясь со сказанным, розовый слон покачал большой головой и неторопливо потопал по орбите в западном направлении.
После продолжительного молчания Альварец сказал:
– Только бы там не изменили инструкцию. Кто знает, каких гостей нам придётся встречать. Не дай Бог…
* * *
Вернувшись после вахты в каюту, Кошкин с наслаждением упал на койку.
«Опять не усну, – подумал он. – Принять, что ли, снотворное? Или гипноизлучатели включить? Нет, лучше попробую старинный способ».
Штурман улёгся поудобнее, закрыл глаза и принялся вполголоса считать:
– Один слон и один слон – два слона. Два слона и один слон – три слона. Три слона и один…
Вскоре он уснул. Ему приснилось стадо розовых слонов, пасущихся на стационарной орбите на высоте сорока тысяч километров от поверхности планеты Ганнибал.
Игорь Пронин
Угроза Вселенной
Внешне боевые корабли Императорского Флота Сириуса больше всего напоминают остовы многоэтажных домов, только обгоревшие и увеличенные в десятки, а то и сотни тысяч раз. Увеличена каждая балка, каждый торчащий кусок арматуры, увеличены приготовленные строителями горки кирпичей и забытые ими же инструменты, увеличен наваленный там и сям мусор, увеличены пятна сажи от случайного пожара. Увеличившись же, всё это великолепие летит через космос с умопомрачительной скоростью, совсем или почти не разваливаясь.
Непостижимая юному человеческому разуму, многомиллионолетняя цивилизация! Они уже давно забыли не только своего сириусянского Элвиса Пресли, но даже Леонардо да Винчи, а уж про остальных и говорить нечего. Они забыли всё то, чем ещё только будет жить когда-нибудь человечество. Их детёныши уверены, что космические корабли были всегда – ну, таких маленьких умников, положим, и на Земле хватает. Однако Сириус в своём развитии ушёл от нас настолько, что там так считают и учителя. И учителя учителей, и даже профессора истории – память о тех днях, когда сириусяне ютились на давно, опять же, забытой планете, навсегда стёрлась из их памяти. Живут они теперь… Однако это тоже из области, для людей непостижимой – вот где они живут. И жизнь ли это в нашем понимании?
А оттого – поди пойми эту прекрасную эстетику кораблестроения Сириуса! Гройт подавился чипсами, когда заметил нагоняющую их эскадру.
– Чтоб я сдох! – пожелал он зачем-то сам себе, когда робот Стэнли спас человека, как и положено по законам роботехники. – Не смей прикасаться своими холодными манипуляторами к моей мускулистой спине! Но… Чтоб я сдох! Кажется, до сих пор мы жили на складе стройматериалов, и только теперь Господь начинает что-то действительно создавать! Вот только не своими руками, а с помощью каких-то жопоруких существ… Да что же это?!
– Какие-то новости? – Капитан Поллисон, копавшийся в стойке резервного сервера, повернулся к экрану: – О да. Какие-то новости. Ненавижу новости.
По сравнению с гигантами Сириуса их «Жадина» выглядел сущей малюткой. Обоим людям стало жаль кораблик, а ещё больше самих себя – как-то сразу было ясно, что гигантская нелепая эскадра ничего, кроме зла, принести не может. И только робот Стэнли думал исключительно о себе. Низшее существо.
– Господин капитан! Ваш первый и последний помощник снова меня ударил!
Он специально так говорил: «первый и последний», чтобы досадить Гройту. И напрасно – тому хватало одного упоминания об официальной должности Поллисона. Когда-то, чтобы заполнить документы на корабль, они разыграли её, подкинув монетку. Выигравший получал пьяную шлюшку, прилепившуюся к их столику в кафе у здания Космической Инспекции, проигравший шёл оформлять лицензию. Гройт, как всегда, выиграл и, как всегда, наутро счёл себя проигравшим.
– Скажи ещё, что тебе больно, кусок пластика без сердца!
– Перестань его оскорблять! – взмолился Поллисон. – Стэнли не кусок пластика, а матрос, он имеет свои права. Вот накатает на тебя жалобу по возвращении в порт, тогда… Звёзды и пустота, ну о чём мы говорим! Они подают какие-нибудь сигналы, Гройт?
– Подают какие-то… Но пока ничего не ясно, это не земной код.
Между тем зловещие корабли, оказавшись на расстоянии всего лишь пары сотен километров, почти уравняли скорость с «Жадиной». Они приближались, эти недостроенные дома, всем кварталом сразу.
– Ну и масса же прёт! Они, наверное, тащат за собой целый ворох комет. Может быть, к нам не подойдут? – с надеждой спросил Гройт. – Может быть, станут изучать на расстоянии? Всё неизвестное потенциально опасно. Ненавижу неизвестное, особенно такое большое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
