вагонов были задернуты. Но в одном из окон она увидела розовый кокон, похожий на сладкую вату. Та девочка с просеки? Девочка, кажется, тоже узнала Сашу и высунула язык. Саша высунула язык в ответ. Ему немедленно стало холодно. Саша улыбнулась. Хотя бы девочка сейчас в тепле и успела на поезд.
– Ну а мне-то что делать? – простонал мужчина с овчаркой.
– Давайте я его возьму? – неожиданно для себя предложила Саша. – Я в зале ожидания спрошу, каким поездом его можно отправить.
Мужчина с сомнением посмотрел на Сашу.
– Вы правда готовы его взять?
Вообще-то, ей самой очень хотелось на поезд и под теплое одеяло и она понятия не имела, возьмут ли собаку хоть на какой-то поезд. Но смотреть на то, как человек разрывался между собакой и поездом, было невыносимо, и Саша кивнула.
Мужчина просиял.
– Вот спасибо! – Он потянулся к ней, словно хотел взять ее руки в свои. Но Сашины руки прятались в карманах, поэтому он крепко сжал ее предплечья и с благодарностью посмотрел прямо в глаза. Жест вышел коротким и скомканным, потому что в процессе он выронил ушанку, смутился, наклонился ее поднять, а пока отряхивал, поезд издал предупреждающий гудок, и мужчина засуетился.
– Это Чарли. – Он сунул Саше в руку поводок. – Отправьте его, пожалуйста, на проспект Ленина, 14, квартира 50.
Он наклонился к собаке, потрепал ее по голове и что-то забормотал на прощание. Та радостно ткнулась носом ему в ладонь.
– Улицу Ленина? – уточнила Саша. – В Муроме нет проспекта Ленина.
– Почему в Муроме? – удивился мужчина. – Я из Чебоксар.
И, не дожидаясь ответа, он нырнул в открытую калитку, которую сторож тут же с лязгом захлопнул. Едва мужчина вскочил на подножку, поезд заскрежетал и тронулся с места. Мужчина махал им рукой до тех пор, пока не скрылся из вида. Чарли не залаял и не побежал за ним – только время от времени приподнимался и тихо скулил, словно звал хозяина назад. Поводок в Сашиных руках в очередной раз натянулся, и ее охватила паника. Что она теперь будет делать с этой собакой?
Это навело ее на еще одну важную мысль. Шлем!
– Скажите, а поезд останавливается в Муроме?
И тут же пожалела. Сейчас сторож скажет что-нибудь вроде: «Я похож на кассира?» – и отправит ее в зал ожидания. Но к сторожу внезапно вернулся его равнодушный бесцветный голос. Он сказал:
– Поезд следует без остановок.
Саша уже и так пожалела, что спросила, и поспешила прочь от перрона с его неразговорчивым сторожем.
Зал ожидания располагался в двухэтажном бетонном здании с выщербленными стенами и рядами желтых пластиковых стульев. Пахло хлоркой и мазутом – почему-то в помещении этот запах ощущался сильнее, чем на перроне. Может, просто на морозе у нее притупилось обоняние, а теперь нос оттаивал и чувствительность возвращалась? Саша в который раз пошевелила пальцами ног в сапогах. Вот бы наконец разуться!
Она потянула за собой Чарли и подошла к застекленной кабинке информации. Женщина по ту сторону что-то печатала на компьютере, и Саша постучалась.
Женщина перевела на нее недружелюбный взгляд, всем видом показывая, что ее отрывают от важной работы.
– Вам на скорый? – спросила она наконец.
– Нет, – ответила Саша. – Я хотела спросить…
– На второй этаж, – отрезала женщина. – Завтра будем разбираться.
В чем разбираться? – хотела спросить Саша, но женщина уже повернулась к компьютеру и продолжила печатать.
Второй этаж представлял собой широкий холл с рядами одинаковых дешевых кроватей. Такие бывают в фильмах о школах-интернатах или о жизни детей-сирот. Но Саша не была сиротой и уже два года как окончила школу. Ей здесь явно не место.
– Проходи, чего встала, – сказал женский голос с одной из кроватей.
Саша нашла взглядом девушку лет двадцати с двумя длинными косами.
– Ночью только скорые ходят, – сообщила девушка. – Ложись, спи.
Пустых кроватей было много, и Саша выбрала ту, что стояла дальше от входа.
– Не советую, – покачала головой девушка, кивая в ту сторону, и перешла на шепот. – Там Люська.
В самом углу на кровати действительно сидела женщина, которую Саша не сразу заметила, и медленно раскачивалась, обхватив себя руками.
– Что с ней? – тоже шепотом спросила Саша.
– У нее шепот.
– Что? – не поняла Саша.
– Шепот. Тебя что, еще не проверяли?
Саша села на кровать напротив девушки с косами.
– Нет.
– Значит, завтра будут. Если у тебя шепот, вообще отсюда не уедешь, – доверительно сообщила девушка.
Саша обернулась на Люську. Та продолжала раскачиваться, не обращая никакого внимания на их разговор.
– А это заразно?
Девушка пожала плечами.
– Никто не знает.
Саша посмотрела на Чарли. Тот послушно сидел у ее ног и дышал, высунув язык. Интересно, а у собак может быть шепот?
– Что это, вообще, такое?
Девушка снова пожала плечами.
– Я знаю только, что, если у тебя шепот, готовься поселиться тут навсегда.
С этими словами девушка улеглась на подушку и натянула одеяло до самого носа.
Саша положила шлем под кровать и привязала поводок к ножке. Потом передумала и отвязала. Достала из-под подушки запечатанное в пластик белье и начала заправлять постель.
Серое шерстяное одеяло было таким старым, что в нескольких местах на нем виднелись проплешины. В белом накрахмаленном пододеяльнике дырка была не сбоку, а в виде ромба посередине – в последний раз Саша спала под таким у прабабушки, когда та была еще жива. Она огляделась в поисках батареи, чтобы просушить на ней варежки, но ничего не нашла и повесила их на спинку кровати. Сняв сапоги, пуховик и шапку, она, не раздеваясь, забралась под тонкое одеяло и свернулась клубком, чтобы хоть немного согреться. От ее дыхания шел густой пар.
Какое-то время она пролежала, глядя в пустоту, поочередно согревая ледяную ступню одной ноги под коленкой другой. Но потом, словно заметив ее тщетные попытки, Чарли запрыгнул к ней на кровать и пристроился рядом. Его массивное тело щедро источало живое тепло. Саша обняла его одной рукой и наконец заснула под запах псины, мазута и сырой шерсти промокших варежек.
* * *
Проснулась Саша оттого, что у нее сильно замерз нос. Она поднялась и потерла глаза. Чарли нигде не было видно. От дыхания по-прежнему шел пар. Да сколько же здесь градусов?
Замотавшись в кокон из одеяла, Саша пошла в душевую. Покосилась на окна – не открыты ли? Но единственная открывающаяся фрамуга над раковиной была плотно затворена. Катя, вчерашняя девушка с косами, стояла под тонкой струей и терла ноги мочалкой.
– Если хочешь помыться, поторопись, горячая вода скоро закончится.
Саша помотала головой. Лучше уж
