Так начались восстания на Дону против Советской власти. Это были взрывы народного негодования. Вспыхнув в станице Суворовской, народный гнев разлился по всему лицу Донской земли и там, где углубители революции успели основательно похозяйничать, там восстание было особенно бурным и разрасталось в всенародное движение Сопротивления.
Для нашей страны эти восстания казачества были событием эпохальным, определившим судьбу страны на десятилетия вперед. Представим что никакого восстания не произошло, казаки смирились и решили жить на коленях, вместо того чтобы умереть свободными. Так же как жители Центральной России. И что? Тогда Троцкий, бывшим вторым человеком в стране после Ленина, своими запредельными зверствами выработал бы у всех условный рефлекс подчинения, как у собаки Павлова. Он быстро бы превратил все население в бесправных рабов и после смерти Ленина бросил бы все ресурсы в пожар мировой революции. Страна бы просто погибла.
Но свободное казачество восстало в безнадежной борьбе, не убоясь гибели. Гражданская война перешла в горячую фазу, было уничтожено масса людей и ресурсов, страна была отброшена на десятилетия назад. Но всем зато сразу стало понятно, что оставлять Троцкого во главе государства — смерти подобно, Сталин сплотил партийную верхушку, обвиняя Троцкого в сознательном провоцировании народных выступлений казачества и разжигании пожара гражданской войны, победил и сурово расправился с Троцким и троцкистами. Даже такой во многом антисоветский роман "Тихий Дон" для этой цели издавался под личным патронажем будущего вождя, чтобы все увидели и осознали куда ведет кровавая политика Троцкого. В хаос. В бездну. И молодой Советский Союз уцелел и окреп.
Так что не время и мне засиживаться на печи! Крутая каша заваривается. Возьмем в руки молоток и будем лупить красных по яйцам. Поехали!
Глава 3
Итак, Сальск. Сейчас это поселок с населением тысяч в семь. Всем руководит ревком во главе с тремя сволочами, бешеными собаками, заслуживающими виселицы. Это братья Красновы и примкнувший к ним Жиганов. Сил у красных в поселке в общей сложности, «по данным разведки», где-то 250 человек, и еще они могут вооружить столько же из числа сочувствующих им рабочих и иногородних. Городок-то маленький. Тут дивизию не поставишь с относительным комфортом. К тому же, мне не раз докладывали про низкий боевой дух бойцов местного гарнизона. Кроме этого, большевики явно не оставят атаку на станцию Торговую без последствий, из Батайска или из Царицына менее чем за сутки туда прибудет подкрепление "красногвардейцев" человек в 500–600.
А у меня в наличии всего полусотня конных калмыков! Не бог весть что! Мягко говоря. А бог, при прочих равных, всегда на стороне больших батальонов, как говаривал Наполеон.
Оказалось, что быть командиром не так-то и просто, мне приходилось постоянно разгребать свалившийся на плечи кошмар. То есть ежедневно заботиться и о пропитании пятидесяти солдат, и о об очередности назначения в караул, и о состоянии оружия и амуниции, и о выплате жалованья, и о поставках снаряжения, и о фураже для лошадей, и о солдатской похоронной казне. Солдатская доля — не сахар, не говоря уже о весьма вероятной возможности получить увечье или даже погибнуть. А вы еще о войне говорите, тем более с превосходящими силами противника!
Но голова для чего человеку дадена? Так что никаких долгих осад не будет, действую по методу: " пришел и победил". Нужно тоньше работать. Гибче. Все мои калмыки для маскировки переодеты под "краснокитайцев" с приколотыми красными бантами и нарукавными красными повязками. Действуем по-суворовски: "Удивил- победил". Необходимо плановое сокращение поголовья «буйных». Кроме того, в наличии у меня имеется конная коляска (купленная мной еще в Новочеркасске), на которую нами установлен пулемет. Не буду вспоминать, что мне стоило его раздобыть. Мытарствам и катанием его выпросили в том же Сальске у интендантов для отряда "красных казаков".
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Очень помогли купленные нами соответствующие документы "голубовцев" в станице Аксайской. А поскольку пулемет, это такая вещь, что всем сразу нужна — то чтобы наша очередь наступила очень быстро, без шума и пыли, мне пришлось немало заплатить. Вообще у красных царил такой бардак, такая вакханалия, все было «приколочено» настолько «ржавыми гвоздями», что «вынести вместе с забором» «чесались» не только руки, но и остальные части тела. Там же я сумел раздобыть недостающие винтовки и боеприпасы. Деньги решают многое, хотя к бумажным ассигнациям пришлось прилагать уже столбики золотых десяток. Но зато моя полусотня теперь полностью вооружена. У каждого из бойцов оружие стало частью тела. А то: " Нет патронов, нечем стрелять!" Что же, война дело не дешевое, так что я решил не жадничать.
Кроме того, я сварганил для своих бойцов еще и бутылки с химикатами. В одних был самодельный напалм, в других самопальная взрывчатка. Поскольку мои калмыки были люди в технике слабо разбирающиеся (ребята, как и полагается, были далеки от «сферических коней в вакууме», а потому, случалось, попадали впросак), то пулеметчика нам выделило из своих рядов сальское белое подполье. Вот он трясется на коляске, любовно поглаживая прикрытую чехлом машинку для убийства. Хорунжий Гульнов прошу любить и жаловать, крепкий брюнет средних лет с обветренным лицом и пронзительным взглядом под папахой. Спокойный, рассудительный, ответственный, очень аккуратный. У него руки боксера и мощные плечи. Второго номера и возницу коляски мы подобрали хорунжему из калмыков.
Белое подполье Сальска — общность весьма разнородная. Большинство из них местные "пикейные жилеты", «шишки», «прыщики» и прочие «пупырышки» и примкнувшая к ним интеллигенция, максимум они сгодятся мне, потом, для управления захваченным городком. Но все же два десятка бойцов, в основном из бывших офицеров, они пообещали выставить, мне в помощь. Действуем с ними согласованно и одновременно. Вот почти и все мои активы в данной операции.
Ближе к вечеру подъезжаем к Сальску. Слякоть, сырость, мерзкий холодок. Тачанку аккуратно разворачиваем вблизи дороги (это будет у нас опорный пункт в случае отступления), мои калмыки спешены и подготовлены для движения в колонне, а лошадей коноводы отвели в овраг, чтобы не маячили. "Краснокитайцы" все пешие, вот и мои будут такие же, чтобы не произошел "разрыв шаблона". Нет лучшего средства для маскировки, чем выставить себя напоказ. Феерия начинается! Настроение у меня стало настолько приподнятое, что не хватало только песню запеть.
Партия началась. Я сделал первый ход.
На входе в городок нашу колонну встретила застава красногвардейцев из двух десятков человек. Расслабились. Обленились. Заплыли жиром. К тому же половина из присутствующих красноармейцев — "красные китайцы". Тут мне придется развеять иллюзии о " краснокитайцах" как воинах-интернационалистах. Китайцы пришли в Россию явно не потому, что приняли "идеалы революции". Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись. Это обычные банды наемников. Конечно, никто не знает, что у китайцев в голове.
Да в сущности никаких китайцев и нет. Пока это просто группа монголоидных племен, усвоивших однотипную культуру и традиции. А так у них больше нет ничего общего. Китайцы состоят из двух больших подрасовых групп: мелкие южные монголоиды и более крупные северные. Кроме того, друг друга выходцы из разных провинций совсем не понимают, так как язык у них разный. И это понятно, так как никакого Центрального телевидения вместе с радио для погружения в языковую среду сейчас еще пока нет, а обучение касты чиновников на "мандаринском диалекте" проблему не решает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Естественно, при таком раскладе населения Китай постоянно пытается развалится на части, на составляющие племена. Раньше этому мешала чужеземная династия завоевателей маньчжуров.
