тебе, мы все тут на равных. Ну почти, – продолжила она. – Общаемся по имени, шутим, и от этого работа лучше, эффективность повысилась, мы даже рейтинги повысили, руководство сверху в восторге. Знаешь, – она сделала паузу, усаживаясь в свое кресло, – я сама не ожидала такого результата. Когда предложили перейти на неформальное общение, многие были против. Мол, как это – обращаться к начальству по имени? А сейчас все привыкли, и атмосфера стала намного приятнее. Люди начали делиться идеями, не боятся высказывать своё мнение. Даже те, кто раньше молчал на совещаниях, теперь активно участвуют в обсуждениях. И знаешь что? Самые ценные предложения часто приходят именно от младших сотрудников, которые раньше стеснялись говорить.
– Поверить не могу, – еле слышно произнесла я.
– Да, а самое крутое знаешь что? – она произнесла почти шёпотом, наклонившись ко мне. – Завтрак, обед, ужин – ты можешь заказывать что угодно, и это за счёт компании.
– Не может быть! – я не смогла сдержать удивлённый возглас.
– И знаешь что? Это только часть бонусов. Ещё есть спортзал, массаж, бесплатные курсы повышения квалификации…
– Прикалываешься?
Анька серьезно посмотрела на меня и стало ясно, все правда.
До десяти подруга мне работать не разрешила, говорит босс рерьезно к этому относится, и даже как то отслеживает. Два часа пролетели незаметно за разговорами. Я рассказывала ей про свой отпуск, старательно обходя тему конфликта с мужем и работы над книгой. Вместо этого я описывала живописные места, где побывала с мальчишками, забавные случаи в дороге и новые знакомства.
В десять офис оживился, все продолжали работать, не забывая общаться и смеяться. Иногда босс присоединялся к остальным, бросая шуточки и делясь забавными историями из своей молодости. Атмосфера наполнилась теплом и непринужденностью, словно все собрались не на работе, а на дружеской встрече.
Но только не для меня. Я привыкла к тишине, и работать в таком… шуме у меня не получалось. Я не могла прочитать ни одной главы, ни одной строчки – слова разбегались по строчкам, мысли путались, а смех коллег действовал на нервы.
Устроившись в углу, я обхватила голову руками, пытаясь сосредоточиться на тексте, но каждое слово тонуло в общем гаме. Мои наушники с классической музыкой не спасали – слишком уж заразительными были шутки босса, слишком громким – общий смех.
Я завидовала остальным, их способности одновременно болтать и работать. А у меня всё валилось из рук – даже простая проверка документов превращалась в пытку. В такие моменты я особенно остро чувствовала себя чужой в этом дружном коллективе, где все так легко находили общий язык.
В конце концов, я решила взять перерыв и выйти на свежий воздух. Только там, в тишине коридора, я смогла наконец-то собраться с мыслями и понять, что мне нужно найти свой способ работать в этой шумной атмосфере, не теряя при этом эффективности.
– Проблемы? – услышала я голос Александра Владимировича.
Подняв голову, я встретилась с его внимательным взглядом.
– Слишком шумно, я привыкла работать в тишине, – призналась я, чувствуя, как краснею.
– Можешь пойти работать дома, твоя работа не обязывает тебя находиться здесь, – спокойно ответил он.
Мои глаза округлились от неожиданности.
– Дома… – протянула я, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Там… не получится.
Александр Владимирович удивлённо приподнял брови.
– Что-то не так? У тебя проблемы дома?
Я отвела взгляд, не зная, как объяснить. Офис был моим единственным спасением – единственным местом, куда я могла сбежать от всего того, что происходило за закрытыми дверями моей квартиры.
– Нет-нет, просто… я привыкла работать здесь, – выдавила я, стараясь улыбнуться.
– Понял, – мягко произнёс он. – Но знай, что если ситуация изменится, и тебе понадобится работать из дома – ты всегда можешь это обсудить со мной.
Я кивнула и он ушёл, оставив меня наедине с моими мыслями. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Как же я могла быть такой слабой, чтобы не суметь объяснить свою истинную причину? Но рассказать правду было выше моих сил.
Через какое то время я вернулась и увидела коллег столпившихся вокруг Аниного стола, там был и босс, который присел и внимательно слушал подругу.
Я не могла слышать, что она говорила, но подойдя ближе...
Господи.
– …Он снова ударил меня. Просто потому что я не так посмотрела, не то сказала. Боль растекалась по телу, а я лежала на полу и думала – почему я терплю это? Почему не уйду? А потом он вернулся, и всё началось заново…
Каждый слог, произнесённый Аней, словно ножом резал меня. В полной тишине офиса эти строки звучали особенно жутко. Я увидела, как побледнело лицо босса, как слёзы навернулись на глаза некоторых коллег.
Аня продолжала читать, не замечая моего появления, а я стояла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. В этой ситуации было что-то сюрреалистичное – мои самые страшные фантазии, мои переживания, которые я пыталась облечь в художественную форму, вдруг оказались выставлены на всеобщее обозрение, я не была к этому готова.
«…Я знаю, что должна уйти. Должна найти в себе силы. Но как? Как жить дальше, когда каждый день – это борьба за право просто существовать?» – продолжала подруга, а я мечтала проволиться сквозь землю и вдруг она повернулась ко мне.
– Ты это распечатала? – спросила и все уставились на меня.
Я молчала.
– Потрясающая работа – кто то сказал всхлипнув. – Ань скинь мне, хочу прочитать до конца.
– Вик, ты где нашла этого автора? Я поискала в интернете и ничего не нашла, на нашем сайте нет Тори Ро, – спросила подруга, всё ещё смотря на мою рукопись.
– Анонимно прислали на почту, – выпалила я дрожащим голосом. – Решила распечатать и почитать на досуге, а в моём принтере краска закончилась, что так хорошо?
– Подожди, но это же явно не любительский текст, – нахмурилась подруга, перелистывая страницы. – Тут и оформление, и редактура...
– Ну… может, это какой-то начинающий автор решил разослать свои работы в издательства, – неуверенно проговорила я, отводя взгляд.
Внутри всё дрожало, когда я подняла глаза и увидела, как на меня внимательно смотрит босс.
– Анонимно говорите прислали? – его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась сталь. Он направился ко мне, держа рукопись в руках, и я ощутила, как проницательный взгляд
