убивает, есть не творение зла, а несоответствие добра, вытекающее из справедливости судов, когда им предшествовало беззаконие непокорного человека. Ради Бога, дела которого истинны и пути которого правы, святой Захария очень правильно исповедует в своей молитве, что Тот, Кто в высшей степени добр, делает все, что Он делает.
30. Поэтому чудесным делом Он использует даже самое несоответствие природ, которым наказываются человеческие грехи, тогда как это совершается непреложной справедливостью, дающей каждому свое, чтобы сделать несоответствие всякой природы другой универсально соответствующим Его собственным делам. Всякая же природа, хотя она и менее приспособлена к другой природе для спасения, не должна считаться от нее злой, потому что она вредит (ибо всякая природа по своей природе хороша), но вообще по этой причине невзгоды причиняются природой всякой другой природе, потому что она поддается несовместимости и поддается слабости. Ибо вообще даже те вещи, то есть самая природа, в которых обыкновенно обнаруживается только несомненное разрушение, если они смягчены соответствующей умеренностью со стороны других, превращаются от опасности смерти в средства спасения: что мы находим уже в ядовитых животных. Ибо некоторые говорят, что всякий раз, когда в теле зарождается острый огонь, он быстро гасится жалящими и кусающими скорпионами. Но хотя некоторые, возможно, могут счесть это двусмысленным или ложным, никто, конечно, не может отрицать, что он превосходно обнаруживается у змей. В самом деле, кому не известен тот факт, что гадюки по своей природе ядовиты и что они убивают и скорпионов своим ядовитым жалом, и все же, чтобы показать, что вредит не злоба природы, а несоответствие, мы знаем, что из плоти змей, при условии умеренного соответствия других вещей, изготавливаются лекарства против укуса змей; и не только тем, кого жалят скорпионы, но и тем, кого кусают змеи. Кто здесь не удивляется мудрости Божией? Кто не будет превозносить Его доброту и благодарить благоразумие Того, Кто, не сдерживая Своего милосердия во гневе, когда Он породил опасности для грешников, затем постановил, что должна быть оказана помощь находящимся в опасности: чтобы мы, чувствуя неудобства от своего беззакония, могли чувствовать себя легче от Его благости. Кто может объяснить в достаточных словах похвалу Творца, когда Он создал одну и ту же ехидну так, что она несет в себе и разрушение, и исцеление; и то, что, будучи живым, поглощает смерть, после смерти восстанавливает здоровье; Он одновременно приносит и отталкивает разрушение жизни; и яд, настоянный на зубе змеи, должен быть погашен плотью того же змея? При этом случается, что ехидна, которая при жизни вела войну с человеческой немощью и смертью, будучи мертвой, ведет войну с жизнью и спасением. Кто же это делает, как не Тот, Кому Церковь воспевает милость и суд (Пс. 3:1)?
31.Есть род снадобья, который не знает, насколько он мешает здоровому человеку, если его принимать отдельно; и какую пользу он принесет слабым, если его соответствующим образом смешать с другими видами? А чтобы говорить о тех вещах, которых всегда все желают и при ежедневном употреблении которых оказывается нужда не только в немощи, но и в здоровье и самой человеческой жизни, обратим внимание на хлеб и вино, ни то, ни другое не подходит человеку, у которого жар. Ибо мы видим от врачей, что больным всегда запрещено пить, но иногда даже хлеб. И это так не потому, что хлеб или вино плохи, а потому, что они не годятся для больных. Ибо, следовательно, когда они начинают алкать, они и питают силу, и сохраняют здоровье; однако их разнузданное принятие лишает сильных сил, а здоровых заставляет ослабевать. Вот, как велико состояние и соответствие вещей в творениях Божиих, которым противостоит неумеренность и несоответствие: в том, хотя и называется естественным, обнаруживается не природная злоба, а случайная слабость, которая легко изменяется во всех созданиях, и кто так ценит блага, созданные высшим Благом, признают неизъяснимую и неописуемую хвалу Творца; и благодаря этому следует любить более всего Того, Кто даже в тех вещах, которые мы считаем наказанием за наши беззакония, оказывается милосердным и справедливым, в то время как Он тем же самым возвышает слабых, чем и сокрушает упрямых; и поскольку за предшествующей гордыней немедленно следует несчастье в человеке, милостивый и справедливый Господь, откуда Он возлагает бремя для гордости, оттуда помещает и облегчение милосердия.
32. Однако, кто является сыном Церкви, в которой, как ты говоришь, некто предложил утверждаение, что мухи, скорпионы, блохи и жуки созданы не Богом, а диаволом, остерегайтесь, чтобы не прельститься и не обмануться смертельной хитростью манихеев, которые верят в бога света и бога тьмы. Следовательно, поскольку они говорят, что природа света хороша, а природа тьмы плоха, то их заблуждение привело их к тому, чтобы утверждать, что во всех вещах, существующих в мире, есть некоторые хорошие и некоторые плохие природы: не разумеют, как говорит Апостол, ни того, что говорят, ни того, что утверждают (1 Тим. 1:7). Ибо если что сказать что-нибудь о свете и тьме, природу которых они главным образом считают противоположными, не является ли первое их ложное утверждение найденным в том, что тьма, которая, по их естественному мнению, противоположна свету, не имеет никакого значения природы? Ибо свет и тьма не имеют двух природ; а где нет света, там самое отсутствие света называется именем тьмы; как отсутствие голоса называется молчанием, как отсутствие одежды называется наготой, как пустым называется сосуд, в который не наливается ни вещества, ни жидкости, ни чего-либо еще: так и у нас самих голод там, где нет еды, и жажда там, где нет питья.
33. Все эти вещи, о которых я упомянули подобное и о которых я теперь умолчал, чтобы сохранить умеренность в рассуждении, действительно, без сомнения, противоположны, но не по своей природе, а по габитусу и лишению, то есть по той противоположности, посредством которой либо что-то удерживается или что-то не удерживается. Соответственно, хотя они и являются противоположностями, однако не всегда обнаруживаются их противоположные действия: ибо тот свет тела, который манихеи почитают как главное благо, хотя он действительно и хорош, так как он создан высшим благом, тем не менее он становится хорош до такой степени, что, естественно, является предпочтительной субстанцией жизни. Хоть это и хорошо, но иногда оно приносит тем, кто использует его не по назначению, не пользу, а карательное воздействие. Свет восстанавливает, утешает страждущих. С другой стороны, когда глаза болят, они получают некоторый отдых от темноты, а когда двери и окна закрыты, они чувствуют
