построить, вынырнув из лавины потрясших его эмоций, не отличалась оригинальностью:
– Я не могу без тебя.
Лежащая в его объятиях возлюбленная, прижавшись спиной к могучей рельефной груди, наугад протянула руку назад и накрыла ладошкой губы Сергея, призывая к молчанию, покачала головой.
– Правда. Это правда, – настаивал он.
Вновь покачав головой, Светлана потёрлась макушкой о его подбородок.
– Кому она нужна? Правда в том, что я должна исчезнуть. Встать с этой постели и уйти навсегда. Так будет правильно. Для тебя и для меня. А «могу», «не могу» – это всё не имеет никакого значения. У нас обоих есть обязательства, которые мы не сможем нарушить.
– У тебя кто-то есть? – Сергей отчаянно не хотел в это верить.
– Разве мало того, что ты женат? И не просто женат, а на моей подруге. Мне вообще не следовало ни минуты оставаться в твоём доме, надо было съехать вместе с Натальей.
– Послушай меня, – приподнявшись на локте, Сергей развернул любимую к себе, заглянул в глаза, – послушай и поверь. Сейчас я расскажу тебе всё. Только поверь, пожалуйста. Мы поженились с Наташей…
– Нет, я не буду ничего слушать! Чужие семейные истории меня не касаются. Я уйду, уеду из Москвы, и ваши взаимоотношения не будут иметь никогда ко мне никакого отношения. Не надо мне ничего знать!
– Успокойся, Света. Дай мне сказать, и ты всё поймешь. Видишь ли…
– Нет, не надо! – вновь прервала она. – Зачем, ну зачем мне банальности о том, как лодка вашего брака разбилась о быт, и ты жаждешь новых свежих отношений?
– Да послушай же, наконец! Мне в своё время просто нужен был…
– Прекрати сейчас же! Не смей предавать свою семью! Всю жизнь презирала мужиков, говорящих гадости за глаза про женщин, с которыми они день изо дня живут. Ради всего святого, не опускайся в моих глазах ниже нижнего предела, останься мужиком. У тебя семья, Наталья, Катька, они тебя любят, они в тебе нуждаются, в конце концов. Это нечестно, гадко по отношению к ним.
Возмущённый до глубины души, Сергей не стал молчать:
– Не собирался я про Наташу гадости говорить. Она хороший человек.
– Вот и не подбивай меня отнимать мужа у хорошей жены. Закрыли тему. Всё.
В Сергее уже закипал гнев.
– Твоё мнение мне понятно. Кстати, в этом я с тобой солидарен. Неприятно слушать сопли от мужика, мол, жена не понимает, не ценит, пилит и так далее. Не устраивает – разведись. Но у нас с Наташей просто совсем другой случай. Мы сначала состояли в фиктивном браке. В фиктивном, понимаешь ты? И никто из нас никому ничего не должен! Ни она мне, ни я ей. Ясно теперь?
Растеряно глядя на раздражённого Сергея, Светлана пыталась переварить услышанное, выходило у неё как-то неважно. Затем мозг зацепился за одно насторожившее слово.
– Сначала? А потом? Уже не состояли в фиктивном браке? Тогда в каком же?
Собираясь с мыслями, чтоб максимально кратко, но убедительно донести до любимой суть, Сергей яростно потирал и без того взъерошенную макушку. Выглядело это комично, но диссонировало с исключительной важностью момента.
– Понимаешь, нашей корпорацией владеют японские хозяева. Порядки поэтому царят нетипичные. На определенном этапе карьерного роста мне намекнули, что политика фирмы такова, что руководитель даже среднего звена должен быть образцом не только деловых качеств, но и носителем неких крепкосемейных ценностей. Короче, как минимум быть женатым. Наталия предложила заключить фиктивный брак. Но наши въедливые японцы вполне могли просветить под микроскопом не только моё досье, но и новоиспечённый брак, а также молодую жену. И мы придумали поселиться вместе. Жить в моей квартире, но без всяких обязательств. Ну, там, не делить постель, не ревновать друг друга к личной жизни и так далее. Но как-то всё складывалось, что времени ни у неё, ни у меня на ту самую пресловутую личную жизнь в тот момент не оставалось. Я семимильными шагами карьеру делал, Наташа со своим магазином обустраивалась. И в какой-то момент мы подумали – я один, она одна, таскать любовников на общую площадь как-то неприлично… Словом, двое одиноких людей, которые чисто по-человечески друг другу симпатичны, сели за стол переговоров и спросили себя и друг друга: сможем ли мы помочь друг другу решить… – он слегка помедлил, подыскивая аккуратное определение, – некоторые проблемы, которые возникают у взрослых людей, не нашедших ещё свои половинки, с которыми им могло быть хорошо?
– И что, решили?
– Да. Мы решили попробовать, что из этого получится. Остались вполне довольны результатом. Но…
– Может быть, не нужно никаких «но»? Если у вас всё хорошо, что же тогда между вами, если не настоящие отношения? Вы семья, в полном смысле слова, и ты в любом случае имеешь перед своей семьёй обязательства, независимо от того, как она сложилась. У меня всё равно нет права ломать вашу жизнь.
Сергей обнял любимую, закрыл её губы коротким нежным поцелуем, прерывая поток возражений.
– Я не закончил ещё, Светка. Это не всё, о чём мы тогда договорились. Вступая в отношения по договору, мы предполагали ещё тогда, что когда-нибудь один из нас полюбит. Полюбит по-настоящему. Мы разумные люди и понимаем, что союз по договорённости не может мешать настоящей любви. Мы договорились честно признаться, если один из нас влюбится, и мирно разойтись. Мы успели с Наташей откровенно поговорить до её отъезда. Она уже знает, что моё сердце больше не свободно. Я хочу быть с тобой, если у тебя нет никого другого.
Бессильно покачав головой, Светлана уткнулась лбом в плечо Сергея, унимая стук в висках. Что-то нереальное было в его рассказе, не покидало ощущение выдумки, ладно скроенной заготовки, которую обычно выдают ловеласы, чтобы сломить сопротивление слишком неприступной барышни и заполучить строптивую «добычу». Устыдившись своего мысленного сравнения Сергея с беспринципными охотниками за любовными приключениями, женщина тяжело вздохнула и лишь сильнее обняла любимого.
– Я тебя не тороплю. Для тебя всё, конечно, неожиданно, я понимаю. Просто и ты пойми одну вещь: между нами нет преград, мы любим друг друга, значит, имеем право быть счастливыми, быть вместе. Главное, чтобы мы оба этого хотели. Ты понимаешь меня, Светка? – Ответом ему были лишь немые кивки. – Вот и хорошо. Когда ты всё обдумаешь, ты поймёшь, что тебе совершенно незачем отказываться от того, что нам судьба дарит. Мы будем жить долго и счастливо, я уверен. Свет мой, а ты хоть любишь меня? А то я тут распинаюсь, а ты ждёшь момента, чтобы сбежать? – хитро прищурив глаз, Сергей выжидательно разглядывал женскую макушку.
Шутка не прошла. Светлана коротко, почти раздражённо выдохнула только одно:
– Люблю.
И снова в сумерках неосвещённой комнаты воцарилась тишина.
Что он мог ещё сказать? Оставалось только полагаться на силу и взаимность чувств, здравый смысл
